На несколько миллиардов долларов больше

На несколько миллиардов долларов больше

На несколько миллиардов долларов больше

Корреспондент The Guardian по финансам Руперт Нейт - неумолимый поклонник филантропа Билла Гейтса. 11 апреля он восторгался тем фактом, что «миллиардеры, в том числе основатель Microsoft Билл Гейтс и соучредитель Twitter Джек Дорси, вложили огромные суммы собственных денег в финансирование решения надвигающегося кризиса». По-видимому, он не знал, что в опубликованной на следующий день в The New Republic подробной статье задокументирована роль Гейтса, как главного кукловода в ответных мерах мира на пандемию.

Более чем через год после вспышки COVID-19 кризис все еще «разворачивался» именно из-за диктатуры Гейтса над глобальными усилиями по борьбе с вирусом. Настаивая на защите интеллектуальной собственности Big Pharma, Гейтс в одиночку заблокировал то единственное, к чему стремились ученые и эксперты в области здравоохранения: совместное использование производств во избежание накопления запасов и дефицита, с одновременным удовлетворением потребностей человечества.

Теперь, даже после широкого освещения скандала, спровоцированного решительным противодействием Гейтса отказу от интеллектуальной собственности, которое ограничивает возможности производства вакцин в масштабах, необходимых для сдерживания пандемии, Нейт еще раз выражает свое неистовое восхищение, ссылаясь на готовность Гейтса не считаться с расходами: «Мы впустую потратим несколько миллиардов долларов на конструкты, которые не будут использоваться, потому что что-то другое будет лучше. Но несколько миллиардов в ситуации, когда триллионы долларов ... с экономической точки зрения теряются, того стоят».

Несколько миллиардов (долларов): мелочь для сверхбогатых

Контекст

Заявление Гейтса заслуживает внимательного изучения. Оно раскрывает больше о его мировоззрении, чем он мог предполагать. Возможно, это даже ключ к разгадке того, что Мелинда Гейтс подала на развод, о чем также рассказал Нейт. Гейтс упоминает «конструкты», очевидно, имея в виду исследовательские проекты, объявляемые мертворожденными, когда их результаты оказываются хуже, чем у других проектов, на которые рассчитывает тот же филантроп. Он называет это «пустыми тратами», хотя должен знать, что цель исследований - отделить то, что не работает, от того, что работает хорошо.

В этих тратах нет ничего расточительного. Произведенные впустую «конструкты» - существенное следствие структуры и логики исследований. Но сосредоточенный на наивной идее создания пресловутой «более совершенной мышеловки», Гейтс, очевидно, считает расточительным все, что не проходит проверку интеллектуальной собственностью и не указывает на гарантированную прибыль в будущем.

Сожалея о потерях, Гейтс продолжает объяснять, почему такие «траты» можно терпеть - не потому, что это шаг в продвижении дела здравоохранения. Нет, как однажды сказал Джеймс Карвилл кандидату Биллу Клинтону: «Это экономика, дурачок». Гейтс говорит о «ситуации, в которой мы находимся», и поясняет, что угроза, которая его беспокоит, связана не с миллионами людей на глобальном юге, а с потерей триллионов долларов в экономической активности. Гейтс - человек, который знает свои приоритеты. Эти триллионы приносят состояния мультимиллионерам, благотворительность которых может спасти человечество. В отличие от Маккензи Скотт, Гейтс, возможно, не заметил, что пандемия увеличила благосостояние нынешнего поколения мультимиллиардеров, таких, как он сам. Чем дольше она просуществует, тем долговечнее будут результаты.

Гейтс считает, что потеря «нескольких миллиардов», когда ваше состояние оценивается примерно в 124 миллиарда долларов, «того стоит», если то, что вы делаете, направлено не столько на спасение людей, сколько капиталистической экономики. Он неоднократно настаивал не только на том, что защита интеллектуальной собственности является ключом к экономике, но и на том, что процветающая капиталистическая экономика, в которой доминируют такие мировые конгломераты, как Microsoft и Big Pharma, является ключом к здоровью человека. Он искренне верит в это, даже если по ходу дела происходят какие-то «траты», когда сотни тысяч умирают в Индии, Бразилии и других местах, страдающих от дефицита интеллектуальной собственности.

Историческая справка

Нейт использует предстоящий развод благотворительной пары, чтобы еще больше расхвалить образцовую щедрость Билла: «Билл с состоянием в 124 миллиарда долларов занимает четвертое место в списке самых богатых людей в мире, но он был бы еще более богатым, если бы он не обязался перед смертью раздать по крайней мере половину своего состояния». Технически это верно в отношении личных денег Гейтса, но его фонд является личным богатством в другой форме.

Более того, если богатство - это сила, как признает большинство людей, - фонды предлагают прямую политическую власть способами, недоступными для одного человека. Те, кто вкладывает огромные суммы своих личных денег в фонды, носящие их имя и контролируемые ими, вкладывают в свою политическую власть гораздо больше, чем в коллективную идею, которую Адам Смит, отец капиталистической теории, однажды назвал «богатством народов».

Гейтс, безусловно, был самым удачливым техно-творцом в триумфальной истории информационных технологий за последние 40 лет. Если бы IBM не подарила ему в интеллектуальную собственность разработку MS-DOS, которую сама IBM продавала по всему миру на своих ПК, он мог бы войти в историю как еще один недоучка из Гарварда, пристрастившийся к экспериментам с компьютерным кодом. Любой, кто провел 1980-е годы с MS-DOS, может понять, почему Гейтса никогда не будут помнить как одного из самых выдающихся представителей племени, в которое входил Стив Джобс и такие люди, как Тим Бернерс-Ли и Линус Торвальдс.

Последние двое никогда не стремились стать миллиардерами или иконами бизнеса. Гений Гейтса был в понимании того, как использовать отсев. Его история в некотором роде похожа на историю его друга Уоррена Баффета, который честно приписывает свой успех пониманию тайны сложных процентов. У этих сверхбогатых людей есть общие черты, которые некоторые называют аутичными.

В своем панегирике Нейт имел смелость процитировать Ананда Гиридхарадаса, которого он называет «одним из критиков благотворителей-миллиардеров». Гиридхарадас предсказывал, что развод Гейтса будет иметь последствия в «мирах бизнеса, образования, здравоохранения, гражданского общества, благотворительности и не только». Он объясняет, что это «потому, что наше общество совершило колоссальную ошибку, позволив богатству покупать возможность для частных лиц принимать квазигосударственные решения».

Мы можем задаться вопросом, связан ли развод каким-либо образом с последними спорами о роли Гейтса в провале вакцинации. Читала ли Мелинда статью в The New Republic или слушала рассуждения Гиридхарадаса? Узнаем ли мы когда-нибудь об этом? Скорее всего, в недалеком будущем урегулирование спора, возможно, будет напоминать соглашение 2019 года на 38 миллиардов долларов о разводе Маккензи Скотт с Джеффом Безосом.

Состояние г-жи Скотт на сегодняшний день оценивается в 68 миллиардов долларов. Ее приверженность благотворительности кажется более искренней, чем у ее бывшего мужа или Гейтса, тем более что она значительно менее самодовольна и более тонко чувствует социальную ответственность. По мнению Скотт, «у меня нет сомнений в том, что чье-либо личное богатство является продуктом коллективных усилий и социальных структур, которые предоставляют возможности для одних людей и препятствия для бесчисленного множества других». Она даже осмелилась предложить фразу, которую большинство миллиардеров избегают вспоминать из-за страха расправы: «Экономические потери и, в равной степени, последствия для здоровья были тяжелее для женщин, для цветных и для людей, живущих в бедности. Между тем, это существенно увеличило богатство миллиардеров».

Остается один серьезный вопрос, и он касается СМИ. Почему престижные газеты, такие как The Guardian и The New York Times, постоянно поддерживают таких филантропов, как Гейтс, воздерживаясь от любой даже умеренной критики? В марте The Times опубликовала подкаст на тему вакцин, в котором содержались скрытые наблюдения, заслуживающие серьезного освещения. Репортер-расследователь Меган Туи призналась, что «мы снова и снова обнаруживали, что в мире общественного здравоохранения было много людей, которые «без протокола» говорили о своих опасениях по поводу Гейтса и его растущей силы и влияния на общественное здравоохранение, но очень неохотно заявляли об этом под запись, в значительной степени потому, что его деньги сейчас повсюду».

Туи также отмечает, что «по мере того, как он становился более могущественным, людям стало очень трудно представить себе радикальные реформы без его поддержки». Ее редакторы, очевидно, никогда не просили ее писать статью о влиянии Гейтса. С такими СМИ действительно трудно себе представить «радикальную реформу» в нынешней глобальной экономике.

Оценить статью
(0)