Украина, наконец, приступила к решению языковой проблемы

Украина, наконец, приступила к решению языковой проблемы

Украина, наконец, приступила к решению языковой проблемы

Парадокс состоит в том, что этот процесс идет на основании национального законодательства о языках, но вопреки политической воли центральной власти.

Проблема возникла вместе с приобретением Украиной государственности и за долгие 15 лет власть не желала хотя бы приступить к ее решению, даже не соглашалась с ее существованием. Нет такой проблемы, и всё тут! А проблема существует и дает о себе знать постоянно, естественно обостряясь в периоды предвыборных кампаний, когда политики, озабочиваясь привлечением электората, вынуждены ее обсуждать.

Суть проблемы   в отсутствии правового урегулирования применения языков. Прежде всего, украинского и русского. Да и остальных традиционно используемых в стране языков. Правда, есть Конституция, ее статья 10 закладывает основу такого урегулирования. Однако языковые права граждан остаются неясными как для самих граждан, так и для бюрократов.

На языковую проблему в Украине указывают и западные ученые. Профессор политологии Оттавского университета (Канада) Доминик Арела, исследующий проблемы языковой политики в многонациональных государствах, считает, что ситуация вокруг русского языка в Украине кризисная: «В течение многих лет в Украине политики не относились серьезно к языковой политике. Сначала ее игнорировали национал-демократы, а теперь и оранжевая власть. Русский язык в Украине остается доминирующим в половине регионов страны. Но главная проблема состоит в том, что языковая политика до сих пор не была кодифицирована в праве. Бесспорно, есть закон и Конституция, но остается непонятным, в чем именно состоят права украиноязычных и русскоязычных граждан. Именно поэтому проблема не исчезает» («Украинская правда» со ссылкой на Радио «Свобода», 29.05.06).

И вот с 1 января сего года вступила в силу ратифицированная еще 15 мая 2003 года Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств. Этот международный договор   результат выполнения обязательств, принятых Украиной при вступлении в Совет Европы. В соответствии с Законом «О международных договорах Украины», он стал частью национального законодательства, более того, получил преимущество при возникновении правовых коллизий с национальными законами.

В Законе о ратификации Хартии определен перечень 13 традиционно используемых в стране языков, которые Украина признаёт региональными языками или языками меньшинств и обязуется принимать вполне конкретные меры по их использованию в частной и, что особенно важно, общественной жизни. В том числе и в отношении русского языка.

Руководствуясь этой абсолютно четкой правовой нормой, местные советы Юго-Востока запустили процесс имплементации Хартии в отношении русского языка на всей территории областей региона. А в многоязычной Одесской области на ограниченных территориях положения Хартии используются в отношении болгарского, гагаузского, еврейского, молдавского, немецкого, польского, румынского языков.

Центральная власть не намерена исполнять закон о ратификации Хартии. Более того, испытывает огромное желание Хартию похоронить. Причина   в глубоком несоответствии проводимой властью языковой политики с принципами, провозглашенными Хартией. В основу украинской языковой политики положен принцип единого языка   украинского. По мнению власти, лишь единый для всей страны украинский язык способен  сплотить нацию. В свою очередь, авторы Хартии руководствуются принципом единства в многообразии, убежденные в том, что только уважение к разным языковым предпочтениям граждан может быть основой единения нации.

Для того чтобы похоронить Хартию властью принято решение извратить ее цель и объект. Об этом было заявлено в коалиционном соглашении БЮТ, «НУ» и Соцпартии: «Привести Закон України „Про ратифікацію  вропейської  хартії   регіональних мов або мов меншин“ (8002-IV, 15 травня 2003 р.) у в дповідність з метою  і об’єктом Хартії   шляхом внесення в  існуючий Закон змін і доповнень» («Украинская правда», 21.06.06).

Оранжевой коалиции уже нет, но процесс идет. Так, нацкомиссия по укреплению демократии, созданная указом Президента в прошлом году (председатель   С. Головатый, его заместитель   Р. Зварич), утвердила новую редакцию официального перевода Хартии на украинский язык и передаст его Президенту, чтобы тот направил на утверждение в Верховную Раду. Об этом сообщило Министерство юстиции (ICTV, 13.07.06).

Решено представить, будто целью Хартии является развитие языков, «находящихся под угрозой исчезновения». Что даст возможность отказаться от обязательств по развитию русского и других языков из упомянутого перечня, а вместо них провозгласить принятие таких мер в отношении фактически умерших языков, то есть тех, которыми признают родными несколько десятков человек, например, носителей караимского (72 чел.), крымчацкого (68 чел.). Это удобно: обязательства по защите языков есть, а требовать выполнения этих обязательств фактически некому.

Объектом Хартии решено представить исключительно языки безотносительно к их носителям. Это тем более удобно: не нужно брать во внимание требования носителей языков об удовлетворении своих языковых прав, достаточно сосредоточиться на языках (как на музейных экспонатах).

Таким хитроумным способом можно похоронить Хартию, официально не отказываясь от нее. Путем денонсации закона  о ее ратификации и протаскивания  через Верховную Раду нового уже подготовленного законопроекта.

Искусственная трактовка властью цели и объекта Хартии не имеет ничего общего с истиной. В действительности, целью Хартии является принятие мер по развитию всех традиционно используемых языков при условии, что принятие мер по развитию каждого из них оправдано достаточным количеством носителей языка.

В этом нетрудно убедиться, познакомившись с опытом ратификации Хартии государствами Европы. На сегодня Хартию ратифицировали 20 европейских государств: Австрия, Армения, Великобритания, Венгрия, Германия, Дания, Испания, Кипр, Лихтенштейн, Люксембург, Нидерланды, Норвегия, Сербия и Черногория, Словакия, Словения, Украина, Финляндия, Хорватия, Швейцария, Швеция. Все они в свои законы о ратификации Хартии включили все распространенные в каждом государстве языки и предусмотрели конкретные возможности использования каждого из этих языков в сферах общественной жизни. Так, в Австрии региональными языками признаны хорватский, словенский, венгерский, чешский, словацкий и цыганский языки. В Хорватии   итальянский, сербский, венгерский, чешский, словацкий и, что примечательно, украинский язык. Украинский язык получил статус регионального также в Сербии и Черногории (на территории Сербии), а вместе с украинским   албанский, боснийский, болгарский, венгерский, цыганский, румынский, рутенский, словацкий и хорватский языки.

Подобный же статус украинский язык получил и в Словакии, а вместе с ним болгарский, хорватский, чешский, немецкий, венгерский, польский, цыганский, рутенский языки.

Обратим внимание: Словакия не стала определять территории, на которых используется тот или иной региональный язык, а ввела для их определения количественный критерий   20 процентов носителей языка от численности населения этих территорий. Позже так же поступила и Украина, как ни странно, обойдя молчанием вопрос о количественном критерии. Ведь отсутствие критерия рождает правовую неопределенность. Для ее устранения при разработке нового закона о языках в Украине, основанного в отношении региональных языков на нормах Хартии, можно воспользоваться опытом Словакии, а можно использовать критерий, используемый в пояснительном докладе к Хартии   «от нескольких тысяч до нескольких миллионов носителей языка».

В Словении региональными стали итальянский и венгерский языки. В Венгрии   хорватский, немецкий, румынский, сербский, словацкий и словенский. В Дании   немецкий язык, а во входящих в Датское королевство Фарерских островах и Гренландии, наряду с главными официальными на этих территориях, соответственно, фарерским и гренландским,   датский. В Нидерландах   фризский язык. Пунктуальные немцы к региональным языкам отнесли восемь языков, включая датский, сорбский (язык лужицких сербов) и цыганский. В Швеции   финский язык и язык саами. В Финляндии   язык саами и (обратим внимание) шведский, являющийся в этой стране государственным, но менее распространенным по сравнению с государственным финским. Так же поступила Швейцария в отношении двух своих государственных, но менее распространенных языков   ретороманского и итальянского. (Ну, кто может сказать, что в Швейцарии итальянскому языку, на котором говорят 12% всех граждан страны, граничащей к тому же с Италией, сегодня угрожает исчезновение?!) Испания ввела под защиту Хартии официальные языки своих автономий: Страны Басков, Каталонии, Балеарских островов, Галисии, Валенсии и Наварры, а также другие традиционно распространенные и защищенные уставами автономий языки.

Понятно, что абсолютное большинство перечисленных языков сейчас не находятся «под угрозой исчезновения». Нетрудно убедится, что численность носителей многих языков превышает миллион человек. Причиной того, что они оказались в перечнях региональных языков, явилось понимание истины: развитие региональных языков (наряду с развитием государственных языков)   основа построения прочного общего европейского дома, в котором каждому удобно жить.

Характерна реакция Совета Европы на намерение Украины исключить русский язык из перечня языков, подпадающих под действие Хартии. В секретариате Европейской хартии региональных языков или языков меньшинств заявляют, что такое намерение невозможно осуществить. По сообщению украинской службы «Немецкой волны» от 14 июня, как отмечают в секретариате, в январе 2007 года Украина должна предоставить Совету Европы отчет по выполнению Европейской хартии, и в нем Киев должен сообщить о выполнении мероприятий по сохранению 13 языков, вошедших в перечень региональных языков или языков меньшинств, включая и русский. «В Хартии определено, что государства могут расширять этот перечень, но они не могут из него ничего вычеркивать. То есть они не могут в том, что касается защиты языков, делать шаг назад   только вперед»,   пояснил эксперт секретариата Совета Европы по вопросам имплементации Европейской хартии региональных или языков меньшинств Хасан Бермек.

Тем удивительней, что еженедельник «Зеркало недели» для придания намерениям власти похоронить Хартию цивилизованного вида обратился за помощью именно к Хасану Бермеку («ЗН», 22–28.07.06). В надежде, что «его ответы несколько остудят пыл сторонников предоставления русскому языку статуса регионального». Отнюдь. Эксперт, пояснив цели и содержание Хартии, по существу, поддержал таких сторонников. Так эксперт справедливо отметил, что «предоставлять какой бы то ни было статус языку могут только органы центральной власти… . Что касается имплементации решений центральной власти, то это, конечно же, прерогатива местных и региональных властей». Центральная власть Законом «О ратификации…» уже решила вопрос о придании определенным языкам статуса регионального. Местные советы лишь выполняют свою прерогативу по имплементации данного Закона".

На вопрос «ЗН», существует ли принципиальная разница между понятиями «язык меньшинства» и «миноритарный язык», Хасан Бермек отвечает: "Для нас не имеет значения трактовка термина. Наша цель   защитить язык. И Хартия не предусматривает отдельных механизмов защиты того или иного языка. Определение термина «региональные или миноритарные языки» дается в пункте а) статьи 1 Хартии: «i) традиционно используются в границах определенной территории государства ее гражданами, которые образуют группу, по своей численности меньшую, чем остальное население этого государства; ii) отличаются от официального языка (языков) этого государства». Так что зря нацкомиссия по укреплению демократии занималась новым переводом Хартии. Тем более что в действующем переводе нет упоминания о национальных меньшинствах. «Языки меньшинств» согласно приведенному определению подразумевает меньшинства языковые, а не национальные.

Первое, чем интересуется Комитет экспертов Совета Европы по имплементации Хартии спустя год после ее ратификации, состоит в адаптации национального законодательства ее нормам. Следовательно, заботой центральной власти, вместо попытки поставить Хартию на грань исчезновения, должно стать принятие нового закона «О языках в Украине», в котором обязательно должен быть прописан статус украинского языка как государственного и, в соответствии с Хартией, меры по активному использованию русского языка,как наиболее распространенного миноритарного языка (языка меньшинства), других языков, получивших статус региональных в законе о ратификации. В новом законе необходимо предусмотреть четкий механизм имплементации Хартии на государственном уровне с тем, чтобы его выполнение не зависело от политической принадлежности исполнителей.

Владимир Елецкий

Оценить статью
(0)