Переоценка Путина

Американская печать продолжает анализировать последствия убийства Аслана Масхадова для самой Чечни, России и отношений между Москвой и Западом. Так, обозреватель «Вашингтон пост» Джим Хогланд считает, что осадное мышление президента России Владимира Путина, заставляющее его видеть вокруг одних врагов, все больше усиливается, вынуждая его занимать все более жесткую позицию в отношении соседей и оппонентов. И, поскольку попытки Запада смягчить линию поведения Путина через примирение и диалог провалились, настала пора от них отказаться.

Кровавым подтверждением решимости Путина играть ва-банк, Хогланд считает убийство Аслана Масхадова. «Это послание всему региону, а возможно, и всему миру о том, что Путин не будет искать решения конфликта с чеченцами через переговорный процесс, - сказал журналисту живущий в Вашингтоне дипломат из одной из бывших советских республик, - он уничтожил все альтернативы российскому военному завоеванию и показал, что другие варианты для него неприемлемы».

Хогланд считает, что убийство Масхадова, произошедшее всего через несколько недель после встречи Путина и Буша, является для Вашингтона тактической неудачей. Оно пустило под откос тонкие тайные усилия администрации Буша подтолкнуть Путина к поиску политических средств урегулирования в Чечне – а такой результат, по мнению ряда американских представителей, мог обеспечить только Масхадов.

«Смерть Масхадова положила конец всем дебатам, имеющим практический смысл, - продолжает автор статьи. - Российские диссиденты и чеченские партизаны предсказывают, что восстание теперь превратится в борьбу до конца и будет сопровождаться еще более чудовищными террористическими актами».

Джим Хогланд признает, что потребность Буша в российской помощи в глобальной войне против терроризма дает ему мало пространства для маневра, чтобы оказывать давление на Путина по поводу Чечни. Сохранилась, по его мнению, и инстинктивная симпатия Буша к Путину, не случайно же американский президент называет своего российского коллегу по имени, а в длинном списке кличек, которые дает людям Буш, тот проходит как «Пути».

«Тем не менее, это надо менять, - пишет журналист. - И дело не только в Чечне. Путин пошел в атаку на Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе. Он заявляет, что ОБСЕ намерена дестабилизировать Россию, поощряя демократию в Украине, Грузии и прочих местах. Такая паранойя привела к тому, что Путин попытался заблокировать финансирование этой организации, включающей в свой состав 55 государств. Запад должен создать объединенный фронт борьбы против этого катастрофического курса и других разрушительных бросков Путина в направлении самообороны и изоляции».

Незадолго до своей поездки в Братиславу Буш задал одному иностранному руководителю два запоздалых, но очень важных вопроса. Звучали они в перефразированном виде так: «Не слишком ли я доверился Путину во время своей первой встречи с ним? Не слишком ли большой капитал я вложил в него?». «Если он начинает задавать такие вопросы, - пишет в заключение своей статьи Джим Хогланд, - значит, он задумался о правильных ответах на них. Если Путин не сменит направление своего движения, это должны сделать Буш и его партнеры».

«Бостон глоб» в своей редакционной статье отмечает, что это убийство оставляет без ответа много вопросов. И дело не только в том, что до сих пор неясно, как, собственно, был убит Масхадов. Гораздо важнее понять, какие цели преследовало это убийство.

«Позиция Путина в конфликте с чеченцами является упрямо воинственной, - говорится в статье. - Путин упорно выставлял Масхадова бандитом-террористом и отказывался от неоднократных приглашений Масхадова к диалогу, которые могли бы привести к политическому урегулированию конфликта, погубившего более 20 тысяч чеченцев и больше россиян, чем было потеряно в войне в Афганистане. Путин постоянно утверждал, что предложения Масхадова о переговорах не только неискренни и не заслуживают доверия, но что Масхадов в любом случае не имеет реальных властных полномочий, чтобы обеспечить выполнение любого достигнутого соглашения».

«Эти утверждения Кремля стали казаться особенно безосновательными, когда Масхадов в феврале объявил о прекращении огня на неделю, которое соблюдалось вплоть до 22 числа, годовщины депортации Сталиным в 1944 году чеченцев из Советского Союза, - продолжают авторы комментария. - Сам по себе факт, что чеченские боевики соблюдали призыв Масхадова к прекращению огня, доказал глупость путинской позиции».

Не менее глупыми, по мнению газеты, были и заявления, делавшиеся ещё при жизни Масхадова, что среди чеченцев нет никого, с кем бы Путин мог вести переговоры. Масхадов в одном интервью, помещенном в этом месяце на веб-сайте «Кавказ-Центр», заявил: «Мы считаем, что 30 минут честного диалога лицом к лицу достаточно, чтобы положить конец этой войне и объяснить президенту Российской Федерации, чего хотят чеченцы».

«Точку зрения своего президента разделяют далеко не все россияне, - напоминает «Бостон глоб». - Представители Союза комитетов солдатских матерей недавно встречались в Лондоне с Ахмадом Закаевым и после встречи заявили, что терроризм, ставший следствием войны в Чечне, порожден «близорукой и преступной политикой Путина».

Возвращаясь к вопросам, которые остались без ответа после убийства Масхадова, газета отмечает, что важнейший из них сводится к мотивам президента Путина. Ведет ли он войну в Чечне по причине бездумного сталинистского рефлекса, или же он хочет продлить этот конфликт, чтобы можно было использовать его собственную войну с терроризмом как оправдание для дальнейшей концентрации власти в Кремле?

Московский корреспондент агентства «Юнайтед пресс интернешенел» Питер Лавелль разделяет мнение своих коллег из «Бостон глоб» относительно того, что убийство Масхадова оставило много нерешенных вопросов. Но он ставит на первое место вопрос о том, как повлияет это убийство на отношение Запада к политике России в Чечне.

Для многих на Западе смерть Масхадова означает утраченную возможность на установление мира в Чечне. Но Кремль, как считает автор статьи, руководствовался принципиально иными соображениями. «После того, как Масхадова убрали со сцены, достичь политического решения чеченского конфликта стало практически невозможно, и это дает Путину повод для продолжения его бескомпромиссной политики в Чечне», - пишет Лавелль.

В этой связи он предлагает задуматься над тем, почему Масхадова убили именно сейчас. Во время своей встречи с канцлером Германии Герхардом Шредером в конце прошлого года Владимир Путин утверждал, что он открыт для предложений Евросоюза по прекращению кризиса в Чечне. В то время появился шанс на переговоры между Кремлем и Масхадовым. Но теперь это невозможно, и Кремль такая ситуация устраивает больше всего.

Объясняет это автор статьи тем, что убийство Масхадова загнало Запад в тупик. Западные аналитики утверждают, что после смерти Масхадова количество террористических актов в Чечне увеличится, группировки повстанцев будут настроены более радикально и, что самое важное, эти группировки обратятся за помощью к иностранным боевикам. Может ли Запад при таких обстоятельствах поддерживать кого-либо из лидеров чеченских повстанцев? Совершенно очевидно, что поддерживать Шамиля Басаева нельзя, ибо тогда Кремль вполне правомерно поставит вопрос: «Вы с нами или против нас в борьбе с терроризмом?»

«После удаления Масхадова с политической сцены инициатива оказалась в руках Кремля, и теперь Западу приходится переосмысливать свое отношение к чеченской проблеме, - резюмирует Питер Лавелль. - Путин лишил козыря тех на Западе, кто сочувствует чеченским повстанцам. Но сработают планы Путина или нет – это совершенно другой вопрос».