Спикер грузинского парламента теряет политическое влияние

Полтора года назад Нино Бурджанадзе занимала пост и.о. главы государства и была членом триумвирата, осуществившего «революцию роз». Впрочем, затем ее политическая звезда потускнела, когда президент Михаил Саакашвили доказал, что является ведущим политиком Грузии. Недавний визит в Тбилиси президента США Джорджа У. Буша усилил впечатление, что нынешний спикер парламента Бурджанадзе уже не имеет прежнего влияния на грузинскую политику.

В ходе парламентской кампании 2003 г. Бурджанадзе, занимавшая тогда пост спикера, вступила в тактический союз с Зурабом Жвания, политиком-реформатором, погибшим в феврале от отравления угарным газом. Вместе с примкнувшим к ним Саакашвили они стали во главе движения протеста, отстранившего от власти в ноябре 2003 г. администрацию Эдуарда Шеварднадзе.

В какой-то мере Бурджанадзе всегда рассматривалась в качестве «младшего» члена правящего триумвирата и находилась в тени таких сильных личностей, как Саакашвили и Жвания. И тем не менее она пользовалась значительным влиянием. С ноября 2003 по январь 2004 г. она занимала пост и.о. президента, отчасти благодаря своей репутации умеренного политика. Бурджанадзе также считали посредником, которая помогала сглаживать политические разногласия между импульсивным Саакашвили и Зурабом Жвания, имевшим репутацию более осмотрительного человека.

После того как в Грузии прошли досрочные выборы и Саакашвили стал президентом, Жвания получил портфель премьера, а Бурджанадзе вернулась на пост спикера парламента. С самого начала Саакашвили был «первым среди равных» в триумвирате. Однако его действия по проведению в Грузии реформ в первые месяцы президентства в какой-то мере смягчались благодаря общему влиянию Жвания и Бурджанадзе.

Неожиданная смерть Жвания радикально изменила расклад сил в грузинской политике, лишив Бурджанадзе дополнительного влияния, которое было необходимо для того, чтобы поддерживать роль противовеса Саакашвили. Оставшиеся без ответа вопросы, касающиеся гибели Жвания, причиной которой официально считается неправильно установленный газовый обогреватель, нанесли, по мнению некоторых грузинских политиков, серьезный удар по политической репутации Бурджанадзе.

«Власти так и не смогли дать внятные объяснения, и это привело к снижению рейтинга всего правительства в целом и рейтинга Бурджанадзе в частности», – сказал Зураб Ткемаладзе, зампредседателя парламентской фракции «Правая оппозиция: Промышленники – Новые правые».

Причиной резкого падения влияния Бурджанадзе стал тот факт, что многие протеже Жвания не встали на сторону спикера парламента после случившейся в феврале трагедии, полагает лидер оппозиционной Республиканской партии Леван Бердзенишвили. «Союзники Жвания видели в президенте политического оппонента. Однако сегодня они склонны искать расположения Саакашвили, хотя более логично было заключить союз со спикером и создать альтернативную политическую силу, отличную от альянса пропрезидентских политиков», – сказал Бердзенишвили.

Владимир Папава, депутат, которого считают союзником как Жвания, так и Бурджанадзе, оспаривает мнение о том, что смерть премьер-министра стала поворотным пунктом в политической судьбе спикера. «Мнение о том, что на роль Бурджанадзе и ее политическую карьеру серьезное влияние оказала смерть премьер-министра Жвания, преувеличено», – сказал Папава. «Она остается одним из самых влиятельных государственных деятелей... Все решения, имеющие государственное значение, принимаются при непосредственном участии председателя парламента Бурджанадзе».

Бурджанадзе продолжает занимать видное положение, но сегодня ее влияние меньше, чем прежде. Во время визита Буша 9-10 мая роль Бурджанадзе была значительно менее значительной, чем роль Саакашвили, и ограничилась короткой встречей с президентом США в грузинском парламенте. Ранее в мае Бурджанадзе не попала в список делегации, которая должна была участвовать в праздновании в столице Аджарии Батуми первой годовщины акций протеста и смещения лидера сепаратистского региона Аслана Абашидзе. Бурджанадзе приехала в Батуми только после того, как Саакашвили «исправил положение» и пригласил ее в последний момент присоединиться к делегации, сообщил 6 мая государственный телеканал.

Снижение статуса Бурджанадзе проявилось задолго до визита Буша. Первым признаком стало решение Саакашвили 8 февраля назначить преемником Жвания на посту премьер-министра Зураба Ногаидели. Сообщалось, что Бурджанадзе была «удивлена» назначением Ногаидели, что стало свидетельством снижения ее влияния на процесс выбора кандидатуры нового премьер-министра.

Еще одним признаком ослабления влияния Бурджанадзе стали события в марте, когда парламент принял не обязательную для исполнения резолюцию о сроках вывода российских войск из Грузии. Резолюция была принята, несмотря на очевидное желание Бурджанадзе провести более умеренное решение.

Бердзенишвили охарактеризовал позицию Бурджанадзе в ходе дебатов по вопросу о выводе российских баз как «мягкую», заявив, что это привело к еще большему ослаблению ее влияния. «Между членами парламента не было никакого расхождения мнений по проблеме баз, речь шла исключительно о тактических вопросах», – сказал Бердзенишвили. «В политике следует быть более решительным».

«Я бы сказал, что даже некоторые депутаты, такие как Гига Бокерия и Майя Надирадзе, имеют больше власти, чем спикер, из-за их более тесных отношений с президентом», – добавил Бердзенишвили.

Ослабление влияния Бурджанадзе пугает политическую оппозицию. Оппоненты Саакашвили контролируют незначительную часть мест в парламенте, и многие надеялись, что Бурджанадзе будет играть гораздо более важную роль, выступая в качестве противовеса президенту.

По мнению Шалвы Нателашвили, лидера грузинской Лейбористской партии, оппозиционные политики «многого ожидали» от Бурджанадзе. «Мы надеялись, что она достигнет большого успеха в политике; Лейбористская партия, например, считала ее высоко квалифицированным политиком с большим потенциалом», – сказал Нателашвили.

По словам Бердзенишвили, Бурджанадзе не стала реализовывать своего «политического потенциала» и использовать в полной мере полномочия спикера, которыми она располагает согласно грузинской конституции. «В настоящее время она лишь частично контролирует политическую ситуацию в стране, не так, как это мог бы делать спикер парламента», – сказал Бердзенишвили.

Деятельность Бурджанадзе на посту спикера парламента разочаровала также некоторых представителей движения за права женщин, которые считали ее пионером в монополизированной мужчинами политической жизни. Галина Петриашвили – эксперт по гендерным проблемам и президент НПО «ГендерМедиаКавказ» – разделяет убеждение, что спикер не реализовала своего политического потенциала. Бурджанадзе могла использовать мнение о том, что она является «мягким» политиком, в свою пользу, однако она этого не сделала, заявила Петриашвили.

Некоторые политики и эксперты неправильно понимают понятие ‘мягкости’, считая мягкими некоторые хорошо продуманные решения спикера. Женское движение Грузии поддержало бы эту ‘мягкость’, особенно в таких вопросах, как разрешение конфликтов и права человека», – сказала Петриашвили.

«Впрочем, на самом деле Бурджанадзе не оставляет впечатления мягкого и феминистского политика», – добавила она. «Спикер делала очень резкие заявления с самого начала своей карьеры, например, отстаивая в качестве приоритетной задачу наращивания мощи грузинской армии».

Диана Петриашвили
«Eurasianet»
От редакции. Диана Петриашвили – независимый журналист из Тбилиси, освещает проблемы политики и бизнеса.