Хотят ли русские войны?

Последние геополитические процессы, происходящие на политической карте мира, дают многочисленным экспертам и политологам право судить о дальнейшем отступлении российского вектора влияния в глубь Российской Федерации. При этом Кремль теряет и традиционные «зоны ответственности», сложившиеся на основе многовековых — культурных и этнических отношений со странами так называемого ближнего зарубежья. Наиубедительнейшей причиной тому считается отсутствие у России необходимых ресурсов для стратегического прорыва в мировой политике в целом, и в «юго-восточной» политике РФ в частности.

Рассмотрим причины тяжелейшего состояния российской дипломатической машины. Главная причина, насколько мне кажется, заключается в том, что российскому обществу навязаны чуждые идеи и ценности, противоречащие как советско-русским идеологическим параметрам, так и православным критериям. Политические институты США фактически не пересмотрели свое отношение к России после распада СССР, наращивая экономическое и политическое давление на Восток и подкармливая свой внутриамериканский электорат всеми прелестями идеи об однополярном мировом господстве. Частично американским СМИ удалось распространить эту идею на либеральный западноевропейский рынок, на некоторые страны СНГ, в том числе и на Азербайджан.

Вторая причина, как видится, заключается в сверхзависимости российской экономики от цен на сырую нефть и газ на мировых рынках. Российской экономике так и не удалось осуществить качественную трансформацию в общеевропейские и общемировые экономические институты. Попытки взять под свой энергетический контроль часть Восточной Европы и Южный Кавказ носят в большей степени фрагментарный, нежели стратегический характер.

Третья причина — это политическая пассивность русскоязычного населения постсоветского пространства, их высокая степень социальной и общественной изоляции в странах бывшего СССР от общественно-политических процессов.

Поэтапный вывод российских военных баз с территории Грузии и их переброска в Армению наглядно подчеркивает всю неспособность официальной Москвы выполнять роль беспристрастного арбитра в вопросе карабахского урегулирования, а ухудшающиеся отношения с Киевом и Кишиневом вынуждают Кремль смириться со статусом евразийской полудержавы.

Отсутствие света в конце тоннеля в чеченском вопросе и укрепление американских позиций в Средней Азии еще раз свидетельствуют об отсутствии ясной и внятной государственной политики Российской Федерации по отношению к странам так называемого ближнего зарубежья.

Усиливающееся воздействие европейских структур на Москву в сфере соблюдения прав и свобод граждан и соответствия по данным направлениях основным европейским стандартам официального курса РФ заставляет Кремль замедлять темпы экономической и политической интеграции в единое европространство.

На этом фоне неудивительна активизация российской дипломатии в направлении Индокитая, Юго-Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанского регионов. Активизация заметна и со странами СНГ, в которых не произошли так называемые «цветные революции», в том числе и с Азербайджанской Республикой.

Каковыми в данном случае должны быть базовые приоритеты азербайджанской дипломатии? Думается, что данный вопрос необходимо рассмотреть в контексте всего «пакета региональных и межрегиональных отношений», без заигрывания с тем или иным политическим центром силы. С учетом того обстоятельства, что тюркский этнос уже сегодня стучит в дверь Евросоюза как авангард исламской цивилизации, изменится и этнонациональный облик европейской культуры, в которой специфическое место будет отведено и России. \"Новая Европа вместе с Россией будет экономически менее зависимой от США и от американских сателлитов. В этом случае внутриевропейские противоречия как бы отойдут на второй план, а зависимость «Новой Европы» от энергоресурсов СНГ и Азии увеличится. Экспорт большой нефти из Азербайджана, который намечается на 2007–2014 гг., позволит азербайджанской дипломатии наращивать свое давление, при этом увеличивая степень маневренности с помощью экономических рычагов, позволяющих отбивать капризы многочисленных западных и, прежде всего заокеанских политических институтов.

А с великим северным соседом в любом случае придется постоянно искать и находить экономический и политический диалог, развивать культурные контакты. Не обращать никакого внимания на призывы псевдодемократов и политических сил с нездоровой психикой, продолжать интеграционный процесс в сторону европейского сообщества без вступления в тот или иной военно-политический блок. Мы должны четко осознать, что НАТО — это клуб сильнейший, и нас там никто не ждет.

И последнее. Нельзя забывать про расположение Каспия в центре Великого шелкового пути. После своего возрождения этот путь соединит Европу и Азию, и с этой точки зрения улучшит и ускорит социально-экономическое развитие стран Прикаспийского региона.