На пути к распаду или обществу многосторонних интересов?

В то время как пессимисты предупреждают, что продолжающиеся конфликты в обществе знаменуют собой начало распада государства, вполне возможно, что в распрях рождается демократическая культура.

В последние месяцы в Кыргызстане бурлят события. Общество сотрясают постоянные конфликты, протесты и скандалы.
Все эти потрясения частично или даже полностью обусловлены волной демократизации, последовавшей за мартовской сменой власти. Все слои общества, от железнодорожников до заключенных заявляют о своих жизненных интересах и готовы идти на самые крайние меры, чтобы их отстоять.
Непопулярные кадровые назначения и перемещения — и не только на ключевых постах — вызывают шквал протестов и возмущения. Среди различных властных группировок идет ожесточенная борьба за право контролировать главные политические и экономические рычаги государства.
Привычную структуру анализа с разделением на проправительственные, оппозиционные и нейтральные силы заменила более туманная модель фрагментированного, расколотого общества со множеством центров политического влияния.
Уже нельзя говорить об исполнительной власти и парламенте как об институтах с предсказуемым поведением и единой позицией хотя бы по ключевым вопросам. Они раздираемы внутренними противоречиями и подвержены влиянию самых разнообразных внешних сил. Последним случаем, наглядно продемонстрировавшим, насколько глубоко зашло противостояние, стало задержание сотрудника СНБ представителями МВД, повлекшее за собой скандал, который затронул оба силовых ведомства, парламент и правительство.
Власть пока плохо справляется со своими функциональными обязанностями по обеспечению законности и порядка, разумного управления ресурсами, по проведению кардинальных реформ и бесспорно проигрывает своим критикам в борьбе за общественное мнение.
В такой ситуации все чаще озвучивается точка зрения о том, что страна ускоренными темпами движется к трагической развязке, когда станет окончательно ясно, что Кыргызстан не состоялся как полноценное государство, и в страну придется вводить миротворческие силы извне. Наиболее пессимистические прогнозы предрекают разделение страны на две части и их дальнейшее присоединение, соответственно, к Узбекистану и Казахстану.
По мнению наблюдателей, прослеживаются два основных варианта негативного развития событий.
Первый — это откат Кыргызстана в жесткий авторитаризм, оправдываемый неспособностью граждан принять участие в демократическом управлении страной. Здесь возможно как появление на авансцене жесткого авторитарного лидера, так и захват власти хунтой из числа представителей силовых структур. Это повлечет за собой новый виток революций и контрреволюций, нескончаемые репрессии.
Второй вариант — полная «афганизация» общества и кровавые гражданские столкновения, война всех против всех. Именно этот вариант развития событий особенно активно озвучивается многими общественными деятелями, внутренними и внешними обозревателями. Однако сторонники такого взгляда на будущее Кыргызстана почему-то забывают аргументированно указать на те предпосылки, которые заставляют их делать подобные прогнозы.
На самом деле трезвый анализ событий приводит к выводу, что серьезных предпосылок для конфликта не существует.
Во-первых, любой конфликт, способный развалить даже такое молодое государство, как Кыргызстан, должен иметь широкую конфликтогенную базу, охватывающую все слои общества. На сегодняшнем этапе развития кыргызского общества наиболее вероятной причиной раскола страны могли бы стать социальный конфликт (борьба бедных против богатых или межэтническое противостояние) или идеологически обусловленный конфликт (религиозное противостояние).
Но даже в случае возникновения такого конфликта участвующие в нем стороны пойдут до разрушительного конца, только если почувствуют, что иного пути нет и все попытки к компромиссу исчерпаны. Что и было продемонстрировано последними событиями в селе Искра Чуйской области, где произошел конфликт между кыргызами и дунганами.
Но конфликты, имевшие место в Кыргызстане за последнее время, по своим масштабам не затрагивают все составные части общества. То есть в целом отсутствуют непримиримые противоречия между широкими социальными интересами. Более того, многие инциденты остаются на уровне межличностного конфликта крупных политиков или конфронтации внутри отдельных групп.
То, что мы наблюдаем в обществе, это по большому счету «выпуск пара» от мелких, латентных конфликтов, ранее подавлявшихся. Если этот скрытый конфликтогенный потенциал не реализовать сейчас, он чреват гораздо более серьезными последствиями в будущем.
Насильственный политический конфликт в сегодняшней атмосфере многополярности властных центров маловероятен, ибо само существование множества центров влияния и лидеров способствует взаимному компромиссу. В ситуации, когда ни одна политическая сила не в состоянии диктовать свои условия остальным, естественным образом подключается механизм компромиссов и договоренностей.
То, как легко Кыргызстан пережил самый напряженный предвыборный период, завершившийся созданием президентско-премьерского тандема, и то, что самые различные по своим убеждениям политические партии активно ищут пути к объединению, демонстрирует традиционный для кыргызского общества потенциал к достижению взаимовыгодных договоренностей.
Сам факт того, что в Кыргызстане стороны в конфликтах стремятся придать происходящему максимальную огласку, привлекая СМИ и рассылая пресс-релизы, демонстрирует их нужду в общественной поддержке и легитимизации своих действий.
Ведь гласность и привлечение общественного внимания к случаям столкновения противоборствующих интересов в конечном итоге способствуют урегулированию конфликта и предотвращению его эскалации. Информирующая роль СМИ способна даже самых ярых сторонников насильственных действий заставить пересмотреть свою позицию.
В связи с вышесказанным будет более правильным охарактеризовать происходящее в стране как неизбежные и в ряде случаев позитивные атрибуты общественных перемен. Неизбежные — потому, что слом сложившихся институтов власти в пользу усиления демократии всегда означает переоценку ценностей, передел сфер влияния и частичную потерю эффективности. Позитивные — потому, что кыргызстанцы учатся жить в условиях постоянного столкновения многосторонних интересов общества.
В обществе, стремящемся к демократическим формам управления, конфликт интересов всегда находится в центре внимания. Важно понять, что даже самое жесткое столкновение интересов не означает кровопролитие, а кровопролитие не означает войну.
Многогранные интересы различных слоев и групп кыргызского общества не всегда будут совпадать, и в ходе столкновения интересов возможны новые жертвы, но в процессе этого люди учатся сосуществовать.
С точки зрения общественных интересов, более тревожным является осознание того, что общественность, перегруженная ложными посылами о неизбежности распада общества, может потерять пороговую чувствительность к таким сигналам и способность адекватно реагировать на них, если наступит реальная угроза распада общества.
При этом угроза распада общества видится более реальной в первом варианте развития событий с ползучим наступлением авторитаризма, которое повлечет за собой восстания и репрессии.
Именно для сторонников авторитаризма выгодна идея немедленного вмешательства в «безнадежно конфликтогенную ситуацию» и ограничения прав и свобод граждан во имя порядка и стабильности.