Выборы в Государственную думу России, без сомнения, вызывают острый интерес у большинства казахстанцев. Хотя бы потому, что Россия — это главный стратегический союзник. Выборы должны обозначить контуры курса, по которому намерена идти постпутинская Россия, продемонстрировать реальный расклад сил накануне главного события — президентских выборов 2008 года. О политической ситуации в России накануне решающих событий размышляет известный политик и экономист Ирина Хакамада.
Справка «ЭК»
Ирина Муцуовна Хакамада — российский политический и государственный деятель, кандидат экономических наук, председатель Российской демократической партии «Наш выбор».
С 1995 по 2000 год — председатель организации «Общее дело». C 2000 по 2003 год — сопредседатель политической партии «Союз правых сил». В 2004 году выдвинула свою кандидатуру на выборах президента Российской Федерации.
Является сопредседателем российского общественного совета по развитию образования, членом совета по внешней и оборонной политике, членом комитета «2008: свободный выбор», возглавляет попечительский совет благотворительного международного фонда VALE Hospice International.
- Ирина Муцуовна, разделяете ли вы взгляды большей части населения и политиков, что в России с уходом сильного лидера Владимира Путина не нужна президентская власть? Не пора ли перейти к парламентской республике, где президент играет главным образом представительскую роль?
- Когда в 2004 году я решилась на президентскую кампанию, то частью моей программы было формирование в России парламентской республики, когда политическое большинство, которое обеспечивается во время парламентских выборов, назначает
- То есть это то самое гражданское общество, о котором вы так часто говорите?
- Да.
- Сейчас вы считаете это целесообразным, но не потому, что это связано c Путиным, а потому что так правильно?
- Если бы даже сегодня президент Путин, победив с «Единой Россией», изменил бы Конституцию в сторону парламентской республики, даже понимая, что, может быть, эти выборы несправедливые, я бы все равно эту идею поддержала.
- Кто из самостоятельных политиков, на ваш взгляд, может реально претендовать на президентский пост в 2008 году? Кроме тех, конечно, кого выдвинет Кремль.
- На самом деле никто. Потому что, если бы были равные условия конкуренции, они бы могли вытянуть некие рейтинги. Но рейтинги у всех кандидатов, которые находятся в реальной оппозиции, нулевые, потому что их нигде не видно и не слышно. Но по своему профессиональному уровню, я считаю, достаточно конкурентоспособен Михаил Касьянов. Дело в том, что по нашей Конституции президент слишком много занимается управлением государством. Касьянов же — бывший
- Признаете ли вы, что Путин, несмотря на его жесткий политический курс, по сути дела, спас страну от распада?
- Я признаю, что он принял страну в ужасном состоянии, но я не признаю факта единоличной роли Владимира Путина. Потому что,
- В журнале «Эксперт» пишут, что России угрожает в дальнейшем рост инфляции именно
- Да, я с этой позицией абсолютно согласна, потому что создание государственных частных корпораций, супергигантов во всех областях никак не стимулирует конкуренцию и формирование несырьевого сектора.
- То есть не дает развиваться частному бизнесу в России как таковому?
- Не только частному бизнесу — не дает развиваться вообще новой экономике очень серьезно. Потому что новая экономика должна произрастать свободно, в условиях свободного перелива капитала. Свободного перелива капитала нет. Огромные компании вкладывают свои средства во все ресурсы, которые становятся прибыльными, например в ту же недвижимость, но это фактически государственные, чиновничьи, частные, олигархические монополии. А они по определению негибкие, неэффективные, они давят все живое вокруг. И в этих условиях новая экономика не может расти.
А новая экономика — это, в частности, биотехнология, это связано с наукой, созданием других альтернативных источников сырья, это экономика мозга. Экономика мозга не работает, когда ее так задавливает коррумпированная экономика сырья и недвижимости.
- Бесспорно, что за время правления президента Путина заметно ухудшились отношения России с рядом иностранных государств. Что тому послужило причиной:
- Я думаю, что если последовательно отстаивать свою независимость и конкурировать с глобальными европейскими странами, но при этом четко показывать свой стратегический путь, тогда не будет обострения. Берем, к примеру, Китай. Он никогда не стремился стать членом Евросоюза, он четко демонстрирует свою стратегию, у него высочайшие темпы экономического роста, он прагматично видит свою внешнюю политику, и обострения нет. А России больше мешает послеимперский синдром, когда поведение становится стихийным,
- Одного господина Затулина хватит, чтобы многие невзлюбили политику российского государства.
- Да, но при этом он как бы представляет «Единую Россию». Он находится в идеологическом контексте сегодняшней власти.
- Не считаете ли вы, что России в СНГ пора перейти от политики, основанной в первую очередь на панславистских принципах (особенно после неудачной попытки объединения с Белоруссией), к политике здравого прагматизма?
- Да, я всегда об этом говорила. Если бы мы были здравыми прагматиками, то не вмешивались бы в украинскую политику. Но смогли бы менее скандально договариваться о том, каким образом поставлять туда наш газ и по каким ценам. То же самое касается Грузии.
- То есть? на первом месте
- Ну и второе — это унижение. Потому что, когда грузин выселяли из страны только потому, что не понравилась политика их руководства, это неприлично.
- Недавний опрос жителей России по теме, кто лучший друг страны, показал, что россияне испытывают наиболее теплые чувства к Казахстану, это потеснило в их сердцах традиционного лидера — Белоруссию. Как вы оцениваете этот факт — как шаг к политическому прагматизму?
- Я думаю, что да, потому что Казахстан развивается как самостоятельное государство, но при этом очень эффективно, у него
- Какова ваша оценка экономических реформ в России? Только ли высокие цены на нефть и газ держат на плаву экономику страны, как утверждают ярые оппозиционеры?
- Я с этой позицией согласна. Не люблю радикальных высказываний, но это видно: достаточно ценам снизиться хотя бы до пятидесяти долларов за баррель, уже возникнут трудности.
- Даже до пятидесяти?
- Даже до пятидесяти. Это говорят ученые, молодой Иноземцев, сын академика Иноземцева, это просчитанные цифры. У нас в стабилизационном фонде 300 миллиардов евро, и при этом мы боимся вкладывать эти деньги даже в инфраструктуру, а ведь это не дает инфляционного эффекта. Зато это прямо указывает на очень высокий уровень коррупции. И если посмотреть даже на ту же Москву, то очень быстро можно заметить: все, за что отвечает частный капитал, выглядит прилично, а все, за что отвечает государство — от дорог, коммуникаций, канализационных труб и
- Я недавно был в Китае. Так вот, эта страна разрушила многие стереотипы, в том числе, что экономика не может развиваться при коммунистической идеологии. И там я увидел отличные дороги, шикарную инфраструктуру в ряде городов, где проехал.
- Это может быть на Ближнем Востоке, среди азиатов, но в России этого не получится.
- Эффективного симбиоза государства и рынка?
- Государства такого, нет, не получится. Там есть конфуцианство, достаточно жесткие правила игры, они как бы заменяют правила европейской конституции, то, как живут в Европе. Ислам тоже заменяет во многих странах эти самые правила игры. А у нас ничего нет, у нас все разрушено. У нас ничтожная монархия, православие — скорее модная такая религия для большинства народа. Но мы не являемся
- Ирина Муцуовна, как вы оцениваете отношения с Китаем? Всегда есть такой страх, что китайцы ассимилируют, придут… Но вот история Китая как раз показывает, что это государство не занималось захватническими войнами.
- Да, Китай достаточно мирно себя вел.
- Как вы оцениваете этот стратегический союз — Россия — Китай? Это на долгие годы или…
- Для меня стратегический союз — это прежде всего союз ценностей, союз ценностных моделей.
- Как говаривал Черчилль, у Англии есть постоянные интересы, но нет постоянных друзей.
- Друзьями можно на уровне чувств выбирать только людей. Но не стратегических союзников, когда это касается государств. Доверять можно только тому, у кого политическая модель сходна с твоей, а также тогда, когда вы находитесь в одном клубе и связаны друг с другом огромным количеством обязательств, которые на самом деле касаются, в том числе, оборонных технологий и так далее. Вот в таком случае это стратегические союзники. А так сегодня — союзник, а завтра — не союзник:
- Ну это нормально. Каждое государство на самом деле поступает, как ему выгодно. На каком посту вы бы хотели видеть себя в нынешнем российском правительстве?
- В нынешнем — ни на каком.
- А если в модернизированном, то какой участок вы могли бы занять? Тот, который раньше занимали?
- А его теперь нет (имеется в виду комитет по делам малого и среднего бизнеса).
- Это
- Да, это экономика.
- Считаете ли вы, что Россия созрела для того, чтобы страной руководила женщина, как это было в Великобритании, Индии, Пакистане? И к слову, как вы расцениваете шансы Хиллари Клинтон на президентство в США?
- Россия не созрела для того, чтобы руководила женщина, если выборы идут снизу прозрачно, объективно, без
- А почему не созрела? В быту женщину в наших странах уважают больше, чем в Индии или Пакистане. У нас считается, что женщина — такой же человек, как мужчина.
- Ну не созрела и не созрела, профессионализм это называется.
- А Хиллари Клинтон?
- Победит.
- Почему на презентации вашей новой книги «Любовь вне игры: история одного политического самоубийства» постоянно устраивает провокации молодежь, близкая к власти? Неужели вы так сильно там задели политических холопов?
- Нет, они устраивают акции, не читая книг. Только потому, что я считаюсь политическим оппонентом.
- Я читал в некоторых СМИ, что в этой книге вы вывели довольно противного журналиста Елистратова. Вас так сильно достали наши коллеги или это просто высокая планка требований по отношению к этой профессии?
- Я вывела реальную историю, она очень похожа была в жизни. Как было, так и вывела.
- Видимо, этот человек очень недоволен?
- Ну, у него же другая фамилия, поэтому он может спать спокойно.
- Алла Пугачева недавно заявила в интервью: «У нас такая тройка была замечательная: Ира Хакамада, Галя Старовойтова и я. Мы много говорили с Ириной, какую могли бы партию создать… Но
- Нет. Скорее это было не так. Мы были у Аллы Борисовны в гостях вместе с Галиной Старовойтовой и обсуждали все проблемы, в том числе и политические. Это было очень давно, когда Галя была еще жива, это был
- Как вы вообще относитесь к чисто женским политическим общественным организациям? Мне кажется, что это отдает феминистским душком.
- Я не люблю чисто женские организации. Я считаю, что они будут более адекватными, если там будут участвовать и мужчины, но мне очень нравится, когда появляются гражданские женские организации — в том плане, что они ставят во главе своих программ защиту неких целей, которые касаются только женщин. Гражданское общество всегда объединяется по своим интересам. Если женщины подвергаются дискриминации или борются с насилием в семье, почему бы им не объединиться? А вот политические партии по признаку пола формироваться, конечно же, не должны, потому что власть не должна быть однополой.
- Ирина Муцуовна, вам не кажется, что причина в том, что ухудшение отношений России с Западом, Китая с Западом связано не только с этими странами, но и с тем, мне кажется, что в последние годы
- Да, я критикую Соединенные Штаты Америки. Я считаю, что политика при Буше — это их беда. Они фактически уничтожили достаточно хрупкое равновесие, которое стало возникать после окончания холодной войны, и выступили инициаторами. Это касается не только войны в Ираке, но и размещения ПРО, в том числе в Польше и Болгарии.
- Это провокации?
- Да, это похоже, скорее всего, на провокации. Не имеет никакого отношения к безопасности. Поэтому в этом плане обе стороны хороши.
- Ваш брат по отцовской линии Сигэки Хакамада, профессор токийского университета Аояма, является известным советологом. Поддерживаете ли вы с ним контакты? Делитесь ли вы с ним своим видением происходящего в России?
- Да. А он, кстати, чаще всего встречается с Путиным, потому что он член Валдайского клуба.
- А вообще как он относится к России, учитывая проблемы Курильских островов?
- Он Россию очень любит. Здесь получил образование, в МГУ. Но он ортодокс и считает, что острова надо передать Японии. Но при этом обожает Россию. И это не только его хлеб. Он не только специалист по России, он просто любит русских людей, любит наш образ жизни и так далее.
- Оказали ли коммунистические взгляды отца Муцуо Хакамады на формирование вашего мировоззрения?
- Нет. Папа придерживался ортодоксальных коммунистических взглядов. Я сформировалась как либерал прозападноевропейский, а Сигэки — он у нас такой буржуазный философ, патриот своей страны азиатского типа. На капитализм он тоже смотрит, между прочим, объективно и понимает, что в японской модели тоже много отрицательных вещей.
- Как раз последние семь лет в Японии застой в экономике, проблемы большие.
- Да, там подавляется личность, слишком высокий патернализм в крупных компаниях, не востребована мобильность молодых людей в вертикалях бизнеса. И он считает, что это вредит Японии.
- И напоследок шуточный вопрос: то, что мужчинам больше нравятся блондинки, — это проявление тяги к светлому?
- Нет. Мужчины, когда видят блондинку, считают, что она более доступна.
- Это такой стереотип, да?
- Да.
- Я читал про случай, когда вы ходили по
- Ну, я купила шапочку джинсовую, а к ней были приклеены волосы платиновой блондинки, прямые такие, типа каре. Я в шутку надела ее на себя, а муж отошел буквально на 15 минут. И тут же ко мне приклеился
Но я надеюсь, и мне уже говорят об этом многие, что XXI век будет веком брюнеток.
Беседовал Марк Айсберг, Москва