Пока в Закавказье продолжают бряцать оружием, Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) не прекращает попыток найти решение грузино-югоосетинского конфликта путем переговоров.
14 июля спецпредставитель действующего председателя ОБСЕ Хейкки Талвитие изложил свой взгляд на югоосетинскую ситуацию на внеочередном заседании Постоянного совета ОБСЕ, созванном по инициативе финского председателя для обсуждения недавнего инцидента с вторжением российского военного самолета в воздушное пространство Южной Осетии.
Как свидетельствуют замечания, которыми Хейкки Талвитие поделился с EurasiaNet в ходе интервью по итогам заседания за закрытыми дверями, его подход к урегулированию конфликта базируется на трех следующих китах: управлении кризисом, шагах по укреплению мер доверия и поиске подходящего формата для обсуждения будущего статуса Южной Осетии.
Как отметил финский дипломат, самой неотложной задачей, стоящей сейчас перед ОБСЕ, является «убедить все стороны в необходимости деэскалации напряженности». В противном случае, «обо всем остальном можно забыть», добавил он. В целях активизации контактов со всеми сторонами Талвитие в начале этого месяца отбыл с дипломатической миссией в Россию, Грузию и Южную Осетию. Вскоре после того, как Талвитие провел в Цхинвали встречу с главным югоосетинским представителем на переговорах Борисом Чочиевым, Россия признала, что двумя днями ранее некое количество ее самолетов «совершили кратковременный пролет над территорией Южной Осетии». Как отмечалось в заявлении российского МИДа, что этот шаг имел целью предвосхитить военную операцию Грузии по освобождению своих четырех военнослужащих, задержанных югоосетинской стороной.
Это в корне неверно, возражает постпред Грузии при ОБСЕ. В тот день, когда произошел данный инцидент, Виктор Долидзе сам находился в Цхинвали вместе с постоянными представителями в ОБСЕ других стран. По его словам, он лично участвовал в переговорах по освобождению военнослужащих с лидером непризнанной республики Эдуардом Кокойты, и было это за несколько часов до пролета российских самолетов. «Было ясно, что никто не собирался прибегать к силе», – сказал он EurasiaNet по завершению внеочередной сессии Постоянного совета ОБСЕ.
Несанкционированные пролеты российских самолетов последовали за перестрелками из минометов и стрелкового оружия, имевшими место в городе Цхинвали и его окрестностях в ночь с 3 на 4 июля. Грузия и Южная Осетия винят в инциденте друг друга. Согласно заявлению администрации Кокойты, в преддверие наступательной операции Грузия в нарушение соглашений о демилитаризации укрепляет свои КПП вокруг Цхинвали.
«В военном смысле этого слова, укрепление имеет место, – подтверждает Талвитие. – Но я не думаю, что нам следует винить в этом только одну какую-то сторону».
Грузия приняла решение, которое вряд ли может способствовать разряжению напряженности, а именно не присутствовать на запланированном ранее заседании четырехсторонней Смешанной контрольной комиссии (СКК), которая отслеживает соблюдение грузино-югоосетинского соглашения о прекращении огня от 1992 года, координирует шаги по укреплению мер доверия и руководит реализацией проектов по экономическому восстановлению зоны конфликта.
В СКК входят представители Грузии, России, Южной и Северной Осетии. ОБСЕ участвует в ее работе в качестве наблюдателя.
Как отметил 11 июля сопредседатель СКК со стороны России Юрий Попов, в ходе заседания комиссии (предварительно назначенного на конец этого месяца) планировалось обсудить возможность размещения радиолокационной станции для совместной ее эксплуатации российскими, грузинскими и югоосетинскими миротворцами, находящимися в зоне конфликта.
Заявляя о неэффективности работы СКК, в которой главенствующее положение занимает Россия, Тбилиси добивается замены комиссии новым механизмом, в рамках которого к процессу урегулирования будут подключены дополнительные участники, в том числе Евросоюз и прогрузинская временная администрация Южной Осетии. По словам Долидзе, его страна также стремится разместить в зоне конфликта совместные грузино-югоосетинские полицейские силы, заменив ими возглавляемый СКК миротворческий контингент.
Талвитие же полагает, что СКК может сыграть важную роль в «наблюдении и руководстве ситуацией в зоне конфликта». Кроме того, по его словам, комиссия может послужить моделью для укрепления доверия и реализации программ экономической реабилитации в другой зоне конфликта, грузино-абхазской.
«Эти два конфликта на самом деле влияют друг на друга, и мы больше не можем говорить о них в отрыве одного от другого», – отметил Талвитие. По его мнению, если Грузия согласится выполнить требование Москвы и подписать договор о неприменении силы с Абхазией, это «автоматически» снимет существующие препятствия на пути подписания аналогичного договора с Южной Осетией, добавил он.
Финский спецпредставитель рассказал, что уже приступил к консультациям со всеми сторонами в конфликте и «заинтересованными государствами» о возможном формате будущих переговоров касательно политического статуса Южной Осетии. «Вопрос об этом остается открытым и формат на данный момент отсутствует. Я не думаю, что мы сможем его подготовить уже в самом ближайшем будущем, но надеюсь, что в сентябре или около того мы сможем выдвинуть некоторые предложения относительно дальнейших шагов. Скорее всего, это будет во время заседания Генеральной ассамблеи ООН, когда все будут на месте», – отметил Талвитие.
«Главная наша идея состоит в том, что меры по укреплению доверия не удастся запустить в условиях отсутствия перспектив у переговоров по поводу статуса Южной Осетии», – сказал EurasiaNet чиновник ОБСЕ, не понаслышке знакомый с процессом мирного урегулирования.
На взгляд же региональных экспертов, любые переговоры о будущем статусе непризнанной республики неизбежно будут связаны с планами Грузии по вступлению в НАТО.
10 июля министр иностранных дел России Сергей Лавров предостерег, что положительное решение в декабре вопроса о присоединении Грузии к плану действий по вступлению в НАТО фактически поставит крест на перспективах дипломатического урегулирования югоосетинского и абхазского конфликтов. Лавров заявил это в ответ на комментарии, озвученные в тот же день в Тбилиси Госсекретарем США Кондолизой Райс. Хотя присоединение к плану действий по членству в НАТО и не ставит окончательную точку в решении альянса о принятии страны в свои ряды в будущем, Райс снова подтвердила свою уверенность в том, что «будущее Грузии – в НАТО».
Некоторые в Грузии предлагают стране отказаться от планов по вступлению в НАТО и провозгласить нейтралитет. «Вступив сейчас в НАТО без Абхазии и Южной Осетии, мы уже никогда не сможем вернуть эти территории, – приводит 14 июля сайт Day.az мнение грузинского политолога Джумбера Кирвалидзе. – Поэтому главнее для нас вернуть территории и объявить себя внеблочным государством».
Сторонники подобного варианта решения проблемы указывают на прецедент Молдовы. По их мнению, провозглашение Кишиневом своего нейтралитета обеспечило ему поддержку предварительного плана урегулирования приднестровского конфликта со стороны России. Президент Молдовы Владимир Воронин хочет, чтобы все стороны, задействованные в мирных переговорах, включая ОБСЕ, официально признали нейтралитет его страны.
Кирвалидзе же полагает, что, в отличие от Молдовы, Грузии следует заручиться у России твердыми гарантиями «восстановления своей территориальной целостности». Поэтому я считаю, что по этому поводу необходимо договариваться в четырехстороннем формате: Грузия, Россия, США и ЕС», – заявил он Day.az.
Жан-Кристоф Пэк, независимый корреспондент из Вены, специализирующийся на освещении событий в странах Кавказа и Центральной Азии.