О возможности проведения досрочных парламентских выборов и вероятных внешних факторах их назначения «ИнтерпрессНьюс» беседует с политологом Давидом Апрасидзе.
- Батоно Давид, оставшаяся вне парламента оппозиция, экс-председатель парламента Нино Бурджанадзе, бывший Посол Грузии в ООН Ираклий Аласания настоятельно требуют проведения внеочередных парламентских выборов. Насколько это вероятно?
- Несмотря на их требования, власти заявляют, что для проведения выборов нет никаких данных. В стране, подобной нашей, где политический спектр и настрой общества весьма поляризованы, делать прогнозы сложно.
Судя по сегодняшней ситуации, сомневаюсь, что выборы состоятся скоро, однако все может случиться. Так было в прошлом году, когда никто не ждал президентских выборов зимой и парламентских – весной, но процессы стали быстро меняться.
- По вашему мнению, насколько совпадает требование оппозиции о проведении досрочных выборов с требованием общества? То есть, насколько может разделить большинство общества требование оппозиции?
- Серьезно рассуждать на эту тему можно было бы, имея хоть какой-то материал исследования общественного мнения по этому вопросу. К сожалению, такие опросы не проводятся. По моему мнению, сегодня тема проведения-непроведения выборов для общества не первостепенная. Не думаю, что за этим требованием оппозиции последуют многотысячные демонстрации. После проведенных в Грузии двух выборов в обществе больше заметна политическая апатия, чем желание политической активности.
- На чем могут основываться заявления лидеров оппозиции о том, что президент Саакашвили уйдет в отставку через три месяца, весной состоятся парламентские выборы и так далее? Подобные заявления лишь озвучивают желание или за этим подразумевается еще что-то?
- Мы должны смотреть в глаза реальности. В странах, территория которых аналогична нашей, и таким же бэкграундом, важную роль играет внешний фактор. Оппозиция правильно замечает, что в ближайшем будущем Саакашвили будет очень трудно разрешить внешнеполитические вопросы, так как, в первую очередь, невозможно представить формальные или неформальные контакты любого вида с Россией. Можно обсуждать, насколько желательны подобные контакты вообще, но реальность такова.
И второе: существует отчуждение от европейских стран. Европейские лидеры не выражают недовольство прямо и однозначно, но факт, что они не в восторге от грузинской власти. Здесь тоже можно рассуждать, насколько справедливо такое их отношение, но факт остается фактом. С этой точки зрения мы сталкиваемся со многими препятствиями из-за того, что имеем такую власть, какую имеем.
Администрация Обамы окончательно еще не определилась, но не думаю, что в отношении Грузии что-либо реально изменится. Однако не исключено, что у них появятся новые подходы к Тбилиси. Не исключаю также, что группа оппозиции, которая проводила встречи с американскими демократами, надеется, что изменение факторов произойдет именно из Америки.
Я не встречался ни с американцами, ни с кем-либо другим, но, безусловно, что республиканцы и «Новые правые» надеются именно на это. В стране нет революционных настроений. Население гораздо больше беспокоят другие проблемы, чем проведение досрочных выборов.
Прошедший год отличался каскадом смены правительства, и мы все увидели, что это не принесло результатов. Те, кто верил оппозиции и надеялся на эти изменения, разочарованы. Поэтому не могу представить, как можно снова повернуть эту массу разочарованного общества к оппозиции.
Обновление в оппозиции носит личностный характер, самым перспективным выглядит Аласания. Он ни в коем случае не должен стать уличным лидером. А если станет, уже не будет Ираклием Аласания. Из-за того, что обстановка в самой оппозиции неопределенная, требование проведения досрочных парламентских выборов внутри страны кажется мне нереальным.
Если такое решение все же будет принято, оно будет обусловлено внешними факторами, а на Западе или в тех же США разговоры на эту тему вряд ли начнутся скоро.