Юрий Солозобов: «В преддверии саммита в Петербурге Россия, чтобы сохранить лицо, может пойти на очень большие политические уступки»

Претензии России на глобальное лидерство в мировой энергетике - это,  пока что, глобальный пиар. И сегодня впору говорить не о достижениях в области «энергобезопасности», а об «энергоуязвимости» России. Россия  уже подставила под сомнение свой статус энергетического донора газовым конфликтом с Украиной и недопоставками газа в Европу в условиях этого начатого Москвой кризиса. В Евросоюзе  делают определенные выводы из той кризисной ситуации в энергетике, когда мы еле-еле проползли энергетический максимум в нагрянувшие холода. Причем Россия смогла обеспечить приемлемое давление в экспортной трубе только при переходе внутреннего рынка с важнейшего экспортного сырья - газа  на резервное топливо в виде угля и мазута. То есть,  по сути, мы вернулись к  известной дореволюционной политике - «умрем, но вывезем!». Этот лозунг означает безусловный приоритет экспортных поставок над внутренним потреблением. А подобная скверная  практика в свое время привела к организованному голоду в России - в самой зерновой стране того времени. А потом, и к революции. Так что это очень опасная тенденция - в погоне за экспортом морить голодом свой народ.

К чему я это говорю? Сегодня у нас внутренние цены на бензин запредельные для нефтедобывающей страны. Сравните, в добывающей стране Венесуэле литр бензина стоит примерно один рубль. Более того, Россия вскоре может начать импортировать бензин. Это уже делают такие нефтяные страны, как Ирак. Или как соседний Азербайджан, который отчасти является импортером нефтепродуктов. Оказалось, что местной власти выгодней гнать на экспорт необработанное сырье, а внутри  страны торговать продуктами передела - импортом по завышенным ценам. Мы тоже можем прийти к этой парадоксальной и предреволюционной ситуации.

Но самое вопиющее несоответствие в кремлевской концепции «энергобезопасности»  — это несоответствие масштабов. Несопоставимость глобальных планов управлять энергопотоками на всей планете  и реальной сугубо региональной геоэкономики РФ. Откровенно говоря, Россия как энергетический донор - это «кочегарка Европы». Мы к Европе привязаны жестко трубами, мы привязаны к ЕС намертво многолетними контрактами. У нас при доле энергоносителей в экспорте (65 %) российская внешняя торговля почти 80% денег получает от Европы. У нас уже в политике сформировался особый вид еврозависимости. Если говорить откровенно, то своей стороны Россия уже перешла критический порог «неоколонии» в энергетической сфере.

Спрашивается, причем здесь глобальные энергетические амбиции? Причем тут восхваляемое на все лады разовое председательство в "восьмерке" сроком на один год? Мы что, на время саммита G-8 перестанем быть «сырьевым придатком» Запада?  Если через 10 лет Россия будет поставлять в США до 4% от американского рынка сжиженного газа - Москва как-то будет влиять на энергетическую политику Вашингтона? Конечно, нет. Мы что, будем поставлять в неисчислимых объемах российский газ в Китай и сразу начнем диктовать Пекину свою суровую кремлевскую волю? Когда Россия предложила китайцам обсудить поставки российского газа, Пекин нам сразу сказал, что готов наш (точнее, среднеазиатский) газ покупать по средневзвешенной цене в 40 долларов. Это «хорошая и просчитанная цена газа», сказали в Пекине. И китайцы уперлись так, как умеют упираться на Дальнем Востоке.

- А если говорить об уязвимости, то какие угрозы можно выявить в этой сфере?

Первый момент - начиная со времен Горбачева, Россия всегда была готова разменивать реальные политические активы на участие в каких-то там модных клубах - например, на председательство в \"большой восьмерке\", или членство в Парижском клубе. Кстати, вспомните историю с Парижским клубом! Мы туда пришли по зову Чубайса - приползли в Париж чуть ли не на коленях… Россия сразу списала какие-то огромные свои долги, приняла на себя гигантские чужие,  а потом досрочно заплатила какие-то невероятные суммы сверху, лишь бы только избавиться от этого кабального членства. Это вообще феноменальная история! О ней уже не принято говорить вслух в экспертном сообществе, потому что от каждой суммы долга, сами понимаете, есть определенные проценты «отката»…

Я уверен, то же самое будет и с «большой восьмеркой». Уже появляются сверхнормативные требования к нам  — Кондолиза Райс, к примеру, начинает об этом громко заявлять - Россия, дескать, недостойна быть председателем  «восьмерки». Москва, мол, не годится даже в члены индустриального клуба G-8. То есть, вместо новой степени безопасности для России появляется новая грань уязвимости. И это крайне неустойчивая политическая позиция, быть подвешенным на милость неопределенных «стандартов» Запада. В преддверии саммита в Петербурге Россия, чтобы сохранить лицо и не сорвать встречу в верхах, может пойти на очень большие политические уступки.

Второй момент - у нас установилась очевидная приоритетность экспортной политики над нуждами внутреннего энергетического рынка. И это в то время, когда наша энергетическая отрасль постоянно деградирует. Но у властей нет желания эту деградацию приостановить, поскольку весь интерес направлен на обеспечение безопасности извне. Как я уже говорил ранее, политика Кремля простая - «умрем, но вывезем»!

Третий момент, самый печальный для будущего России - у нас энергетическая отрасль не является локомотивом внутренней экономики. Вот в соседнем Казахстане целых 26 программ инновационных существует. И  в ближайшие годы Казахстан собирается выйти на первое место в производстве урана. Но не просто урана, как сырья, за которое можно международные санкции схлопотать. Казахстан будет продавать топливные сборки,  который можно использовать на  атомных станциях. То есть постсоветский Казахстан будет четвертой страной в мире, которая выпускает ТВЭЛы - высокотехнологический продукт для бурно строящихся АЭС. Это означает, что в этой соседней с нами стране автоматически будут развиваться и металлургия, и химическая промышленность, и прочие смежные отрасли. То же самое будет с казахской космической промышленностью и с биотехнологией. То есть, в Казахстане будет происходить новая «реиндустриализация» - переориентация на новые направления развития. Но у нас же такой инновационной политики просто не просматривается. Мы же, начиная с 70-х годов,  делаем одно и то же. Мы продаем газ, чтобы построить новую Трубу, и чтобы потом газ снова вылетел в трубу…

- А в чем причина сложившейся ситуации? В недальновидности, чьей-то корысти, отсутствии интеллектуального потенциала, отсутствии стратегического видения? Чего у нас не хватает?

У нас в России всего хватает: природных и людских ресурсов, стратегического видения и патриотически настроенных интеллектуалов. Но главная ставка сделана нынешним «правящим классом» на свое участие в мировом проекте в скромном качестве сырьевой колонии. Их первоочередная задача заключается не в развитии страны как единого народнохозяйственного комплекса. Их цели в том, чтобы просто легитимизировать захват самых «вкусных кусков» в экономике бывшего СССР. Это, в основном, энергетические куски - отсюда идет активная либерализация акций «Газпрома»,  продолжается вывод активов за рубеж. И это есть сознательная политика власти, которая позволяет путем перекрестного владения активами западными кампаниям, в том числе, и глобальными ТНК, обеспечить личное светлое будущее - пенсионную ренту нашему «правящему классу». И здесь, в этой модели «рая для пенсионеров Газпрома», рассчитывать на какие-то стратегические перспективы России невозможно…