Звезда с носом, похожим на кривой баклажан

Помните, как падало число уличных преступлений, как затихали, словно по команде, советские города и поселки, когда божественно красивый Максим Максимович Исаев проживал на экране очередное мгновение своей легендарно приукрашенной знобящей весны… Выныривая сегодня из душного нью-йоркского сабвея и лавируя по безбожно разрытому пространству у площади Колумба (и здесь перестройка…), я удивляюсь, почему народ беспечно прогуливается там, где асфальт не взломан, и не идет — весь, стройными рядами! — в  манхэттенский Уолтер-Рид Театр, где — богатейшая программа фильмов с участием Жерара Депардье! Она называется «Жесткий и нежный» — и это все о нем: покажите мне человека, который понятия не имеет, кто такой Депардье, или найдите иного — понятие имеющего, но не любящего этого кряжистого увальня…
Несмотря на свою нулевую киногеничность, Жерар Депардье стал такой же иконой французского кино, как Марлон Брандо — кино американского.
За свою творческую жизнь пятидесятивосьмилетний Депардье снялся почти в двухстах фильмах . Его снимали небожители, представители знаменитой французской «новой волны»  Жан-Люк Годар, Ален Ренэ и Франсуа Трюффо,  их творческие наследники Морис Пьяла и Андре Тешине, эпатажный Бернар Блие, режиссеры итальянские и американские… Сценическими партнершами неуклюжего  медведя абсолютно крестьянской внешности были признанные кинематографические красавицы Катрин Денев и Изабель Аджани, царственные Изабель Юппер и Фанни Ардан… Он получил несметное количество кинопремий — «Оскары», «Цезари», призы различных киноакадемий. Несмотря на славу гигантских масштабов, в 2000 году великий Депардье не погнушался довольно скромной ролью в русском фильме «Зависть богов» Владимира Меньшова. О фильме, а особливо о режиссере говорят сегодня разное, — но о Депардье — с неизменной нежностью: какой же его герой — бывший солдат Второй мировой, влюбившийся на всю оставшуюся жизнь в русскую девушку Надю — трогательный и настоящий…
Создатель трогательных и настоящих образов родился в 1948-м году в семье неграмотного пьянчуги-кровельщика…
Папаша лупил мать почем зря, утонченного воспитания потомки, которых было шестеро, естественно не получили, потому с малых лет Жерар попал в нежные объятия улицы. А где улица — там хулиганство, драки, грабежи, покуривание травки, убеги из дома… Разок он попал и в тюрьму — за угон автомобиля. В его родном городе Шатору стояли части натовских войск, подросток подружился с солдатами — но и они не были ангелами: в одной из разборок будущую кинозвезду так отметелили, что он попал в госпиталь в коматозном состоянии и чудом не отправился на тот свет.
Но жизнь продолжалась — и пора было с ней что-то делать. Друг сагитировал Жерара податься в Париж «заниматься театром» — и подросток, иных планов не имевший, купился. Приехав в столицу с пустыми карманами, они встретили Госпожу Удачу: прошли прослушивание на телевидении для небольшого шоу. Потом поступили на театральные курсы Шарля Дюллена — далеко не бесплатные, так что пришлось серьезно подрабатывать — дворниками, полотерами, браться за крохотные роли в киномассовках. Но это было уже началом актерской карьеры — настоящей! В один из дней незакомплексованный провинциал Жерар вдруг услышал словно со стороны, как ужасно он говорит — и стал  усиленно работать над речью. Услышал он не только свой деревенский акцент, но и слово «классика», и реплики из классических произведений, репетируемых в студии. И словно Рахметов, кинулся в океан литературы — читал запойно, страстно, с неистовством одержимого.
В 1969-м году его фотография попала в каталог для телевидения. Некто, имеющий глаза воскликнул: «Жан Габен!» Сходство было разительным — но продвижению на киноолимп помогло явно не только это. После исполнения первых ролей хиппи и отморозков Жерар Депардье снялся в шокирующей ленте «Вальсирующие» (1974) записного эпатажника Бернара Блие. Через четыре года Блие занял Депардье и его партнера по любительской театральной студии Патрика Деваэра в сногсшибательной комедии «Приготовьте носовые платочки!» (1978), которая получит «Оскара» за лучшую режиссуру. (К тому времени образ увальня-недотепы уже стал для Депардье почти типажом — и можно было бы с легкостью тиражировать его далее, красиво переведя в разряд амплуа. Но Депардье и клише счастливо оказались двумя вещами несовместными…)
…Милый, молодой, правда, чуть приставучий супруг всячески пытается сделать счастливой свою жену (Мишель Серра) — хорошенькую, как картинка, но всегда унылую и периодически впадающую в приступы истерии. Врачи, понятно,  ничего серьезного не находят — но и выхода из тупика тоже нет. Утешение в ребенке остается мечтой: физически здоровая супруга не беременеет. Отчаявшийся муженек кладет глаз на курносого очкарика в ресторанчике (друг юности Патрик Деваэр), разыгрывает сцену придуманной ревности и почти насильно впихивает ему свою супругу как подарок. Результат? До тошноты покорная дама не возражает, но счастья — теперь уже на троих — опять нет, желанной беременности тоже. В итоге после всех ухищрений жена-истеричка влюбляет в себя тринадцатилетнего подростка и после собственного жуткого негодования по поводу его смелых сексуальных притязаний и «неприличия» ситуации утешается-таки в мальчишеских объятиях. Завершающая сцена: двое придурков подглядывают в окно на округлившийся силуэт своей «мертвой царевны», которая ныне живет с мужем-пацаном и его папочкой — былым добропорядочным буржуа и мерзким родителем, а ныне парализованным и покорным «домашним животным»… Французская общественность, мгновенно впавшая в пуританство, негодовала: стыд, ужас, где это нечестивый Блие такое подсмотрел? Американские киноакадемики мед пили, наслаждаясь хулиганским сценарием, гротеском его  воплощения и блистательной фактурой персонажей. Призовая статуэтка уже посверкивала… А операторская группа «нечестивца» заряжала пленку для новой картины — чернейшей комедии «Холодные закуски» (1979).
 Безработный оказывается в тесной завязке со своим соседом — коррумпированным полицейским, а также, для букета, с примкнувшим к ним убийцей своей жены. Серия последующих убийств поражает насмешливым спокойствием действующих лиц: одни сильно хотят умереть, другие не возражают квалифицированно им помочь. Герой Жерара Депардье исхитряется незаметно для себя прирезать дядьку в метро, уцелеть в опаснейших ситуациях и погибнуть в идиллически мирной — на лодочке с дивной девушкой.
Этот сюр в духе позднего Бунюэля оказался варевом не для каждого — но уж любитель утонченной киноэстетики получил удовольствие по полной программе!  Однако не массовый зритель! Пассивный Депардье, сдающийся на милость явных бандитов (хоть и со смягчающими обстоятельствами психических отклонений у последних) дает пристрелить себя как куренка — в какие ворота это лезет? Фанаты плевались. Вольнолюбивый Депардье плевал на тех, кто плевался.
Фильм Барбье Шредера «Мадам» был завершен чуть раньше — в 1976-м году, чтобы убить наповал — тогда еще фигурально — всех кинокритиков и цензоров Франции. Он оказался враз запрещен, потом вышел с купюрами — а ближе к новому веку и новым временам и вовсе освобожден от цензурных ограничений. Он был ужасным, половину сцен нормальный человек не захотел бы смотреть никогда, ни при каких обстоятельствах!
Мелкий провинциальный воришка Оливер попадает в дуплекс к богатой даме (Бюлль Огияр), которая, как выясняется, имеет на нижнем этаже славно оборудованную камеру пыток. Ее посещают вполне состоятельные люди, живущие нормальной семейной жизнью. Деревенский простак шокирован, но не настолько, чтобы падать в обмороки от увиденных оргий: не балован, закалки достает на то, чтобы принять предложение дамы и стать ее ассистентом — а потом и любовником с проживанием. Дальше сюжет усложняется, любовник-ассистент превращается в досадную помеху, пытаясь поставить на место гнусного сутенера, отбирающего у хозяйки деньги. Но этот выродок оказывается папой сына главной героини и не самым плохим защитником дамы от наката нелегкой жизни.
Повторю: добрую половину сцен из этого фильма не сможет смотреть и самый мужественный, но садомазохистские оргии в нем — не смакуемая самоцель. Экран искрит под напором мощного психологизма. Жерар Депардье — мелкий воришка без привитых моральных устоев, но и благородная натура. Он легко решается на бесчинства, при этом болезненно переживает за женщину, работающую, как ему по незнанию кажется, проституткой, честно силится извлечь ее из воображаемой пучины. Арианн Бюлль Огияр — холодная доминиктриса, профессионал-робот — но и нежная мама, не бросающаяся старым папой своего ребенка — именно потому, что папа.   
И пуритане, и бесстыдники, и эстеты, и любители поржать от пуза — всяк получил в этом фильме свое. А потом было «Последнее метро» (1980), принесшее Депардье «Цезаря» за лучшую мужскую роль — и трудно было поверить, что садомазохистские оргии и сюрреалистические фарсовые убийства предыдущих лент снимались так незадолго до этой абсолютно классической драмы. В основе ее — известная история о режиссере одного из довоенных парижских театров, французском еврее Луи Штайнере (Хайнц Беннен), который после оккупации Парижа нацистами  вынужден был скрываться в подвале под сценой. Его жена, француженка Марион (Катрин Денев) приняла на себя дела, с нажимом разыгрывая антисемитку: евреев в театре не будет! Она трогательно заботилась о муже, всячески украшая его нору и скрашивая одиночество, но, сама себе в том не признаваясь, влюбилась в нового актера труппы, Бернара (Жерар Депардье), который, обладая спасительной для сурового времени нееврейской внешностью и чистыми документами, на деле ненавидел антисемитизм и являлся борцом Сопротивления. 
Все тут сделано по канонам чистой исторической драмы — но высокая эстетика профессии не дала Депардье скатиться до штампования образов «парней из народа»: его актер Бернар простоват и прям, но он безумно ненавидит зоологическое в человеке. Светловолосому парню ничего не угрожает, но при мысли о том, что чистоту своего происхождения надо доказывать, он готов и в голодную годину лишиться верного куска хлеба.  
Когда восходит заря освобождения и на поклон в спектакле, который поставил освобожденный Луи, выходят все трое, они грустны.
Вскоре за триумфальным «Метро» последовала «Соседка», где Депардье играл с грустной Фанни Ардан. И снова зрители дивились способности увальня «с носом, похожим на кривой баклажан» (нежный эпитет Катрин Денев…) воплощать на экране богатейшую палитру непростых чувств. Бывшие любовники Жиль и Матильда оказываются соседями в заштатном городке.  У него — чудная жена и смешной белобрысый сынишка, у нее — любящий муж, человек респектабельный, рыцарь без страха и упрека. Жиль отошел от наваждения прежних запутанных отношений, а Матильда ничего не забыла и, играя на срыве и надломе (слезы, звонки, нервное истощение, больница…) пытается вернуть утраченное. Не выходит. В результате — два роковых выстрела: невротичка Матильда не пожелала делиться своим Жилем ни с кем. Депардье божественно, неповторимо играет смятение: у его героя  здоровое нутро, он не готов кидаться из стороны в сторону, связывая себя с существом эгоистичным и нестабильным. Матильда начинает дамские игры «давай встретимся — давай не встречаться» — это повергает Жиля в бешенство, он срывается, молотит мучительницу кулаками перед толпой гостей. И опять звонок, убег, ворованная любовь — и тонко сыгранный тупик, в конце которого — две точки пули.
Заглавная роль Сирано де Бержерака принесла ему очередного «Цезаря» и приз Каннского фестиваля. Костюмы ушедшей эпохи, страсти в клочья — все это было декорацией, а сердцевиной — горе от ума. Потом снова были комедии, драмы шекспировские и современные, детективные истории, телешоу…  
И вдруг несколько лет назад он занялся виноделием — истово, как все, что делал до сих пор. Потом открыл в Париже шикарный ресторан  — один, вскоре другой, под экзотическим названием «Экай де ля Фонтен»: устрицы, рыба. Написал книгу «Украденные письма», записал диск собственных песен. Что еще? Сменил семейные декорации. С 1990 года бывшая модель Кароль Буке (та самая зловещая русалка из «Холодных закусок») поселилась в замке Депардье и стала его узаконенной спутницей. Она не только не потеряла безумной красоты своей, но далеко не пустой пришла к состоятельному возлюбленному: часть виноградных плантаций в долине Луары принадлежит ей — так же, как и оливковые наделы в Италии. Двумя ресторанами они тоже владеют на паях. Все было бы замечательно, если бы дама не была безумно ревнива. Тот факт, что муженек — не Апполон, ее не утешает: о его ветрености Кароль знает достаточно хорошо. В 1990-м году Депардье, уличенный в измене (темнокожая модель — опять модель… — родила ему девочку),  был вынужден расстаться со своей по-настоящему любимой женой Элизабет, с которой познакомился еще в любительской театральной студии, и с которой прожил большую жизнь, вырастив сына и дочь. Сын Гильом, тоже актер, но далеко не такой одаренный, как родитель, в сложную минуту выяснения отношений пригрозил папе оружием — с тех пор отношений нет. Дочь Жюли окончила престижный университет,  на актерские лавры разумно не претендуя.
Мать Гильома и Жюли продолжает страдать от ревности, усиленной монументальной пропагандой: из окон ее парижской квартиры хорошо видна статуя неверного мужа, вылепленного обнаженным. Так замечательно хорош был кряжистый, тяжелый Депардье в сауне, что пришедший в то же время попариться скульптор просто пал на колени — и был вознагражден: звезда позировала ему в охотку…
Но это скандал — не из самых громких. Недавно мсье Жерар схлопотал  тюремный срок за вождение в нетрезвом виде, было у него и столкновение с полицией по поводу избиения папарацци, и уличение в мелком воровстве (в гостях пытался запихать в карман хозяйскую пепельницу…) Видимо, грехи молодости не забываются, или может, склонность к правонарушениям — симптом уныния и разочарований? В виноделие и кулинарию из большого кино вряд ли уходят — вполне возможно, что актер достаточно проницателен и просто-напросто знает цену своим последним ролям, некоторые из которых имени Депардье явно не стоят (видела я фильм «Певец», двухлетней давности, подтверждаю: нет, не его уровень).  Но, может сам пожелал сниматься, пока нет ничего лучшего? Ведь на самом деле всю жизнь его вышучивали за жадность к съемкам — кто из зависти,  кто путая всеядность с умением воплощать на экране все — от деревенских валенков до городских невротиков и масштабных исторических личностей.
   Два года назад он заявил, что, снявшись в ста семидесяти фильмах, не должен и не желает больше ничего доказывать человечеству — потому сниматься перестает, будет для поддержания формы играть в необременительных спектаклях и несложных телепостановках. После этого заявления он снялся в двадцати полнометражных лентах и восемь запланированных ему предстоят.
Это только запланированных… 
Вернемся к началу славных кинодел. Хиппи, простак в лапах мафии, предводитель крестьянского восстания, мелкий воришка, подлец-карьерист из полиции, Дантон, Сирано де Бержерак, вышедший в тираж эстрадный певец… По наблюдениям критиков, воплощенные Депардье современники -  по большей части лопухи да недотепы, а личности исторические — величественны. Объяснимый субъективизм: сквозь время, просеивающее мелкие подробности, традиционно видится большое, а не проецировать на современников свои несовершенства трудно. Но все его типажи — типажи, а не муляжи.
А критики опять мудрствуют: так все-таки всеядный он или неутомимый? Эклектик или самородок, умеющий играть все? Тот, кто ценит Депардье не только за развлекающие публику скандалы, тот, кто умеет не только смотреть на экран, но и видеть, давно уже дал себе ответ на эти вопросы. 

Бэла Гершгорин