Исламистские партии, как политическая сила

Во время парламентских выборов в Египте «Братья-мусульмане» получили 76 из 302 мест. Ожидается, что это цифра может увеличиться после подведения окончательных итогов. Несмотря на запрет участвовать в политической жизни страны, «Братья-мусульмане» давно заявили о себе как об одной из главных политических сил в Египте. Представители партии баллотируются как независимые кандидаты, однако всем известно, к какому политическому течению они принадлежат. На этот раз власти, обещавшие политические реформы, позволили им участвовать в выборах наравне с другими партиями. Партия «Братья-мусульмане»  была основана в 1928 году под девизом «Ислам решает все». Целью партии тогда было создание исламского государства. Ее нынешний лидер, Мохаммед Мехди Акеф, настаивает, что его партия так же стремится и к демократии: «Мы уважаем все гражданские свободы и привержены принципам выборности и сменяемости властей, отныне и навсегда».
В прошлом, партия была тесно связана с политическим террором и убийствами. Правительство США, которое оказывает давление на правительства Египта и других стран Ближнего Востока с целью ускорения процесса демократизации, пока не проявило признаков беспокойства тем, что исламистская партия достигла успеха на выборах.

«Как и в любом демократическом государстве, выбор тех, кому доверить бразды правления, принадлежит самому народу, — говорит пресс-секретарь Госдепартамента Шон Маккормак. — Демократическое правительство только тогда правомочно, когда граждане уверены в том, что результаты голосования адекватно отражают их предпочтения».

По мнению профессора политологии Американского университета в Каире Эмада Шахина, на сегодняшний день исламские политические партии представляют самую влиятельную оппозицию, и США должны это признать.

«Американской администрации пора разработать комплексный и последовательный подход в отношениях с умеренными исламскими партиями, так как у них хорошие перспективы в будущем, — продолжает политолог. — Игнорировать их не имеет смысла. Их присутствие на политической арене является фактом. Такова реальность, поэтому попытки переписать историю или создать искусственные политические ситуации в обществе не приведут ни к каким результатам».

Сотрудник Центра по изучению ближневосточной политики, доктор наук Тамара Кофман считает, что США должны пересмотреть свою политику уклонения от контактов с «Братьями-мусульманами»: «Мне кажется, что диалог со всеми политическими силами полезен для получения информации и поиска основ для взаимопонимания. Я не думаю, что диалог неизбежно делает кого-то ответственным за его результаты. В то же время, мне понятно, почему, учитывая полную насилия историю „Братьев-мусульман“, американские власти не очень стремятся  вступать в такой диалог».

Однако доктор Амр Хамзауи, старший сотрудник Центра Карнеги в Вашингтоне, считает, что США не должны торопиться с признанием этой партии: «Мне не хотелось бы видеть, как администрация США оказывает давление на президента Мубарака с тем, чтобы в ближайшие год-два он разрешил окончательную политическую легализацию „Братьев-мусульман“. США будут продолжать оказывать давление с тем, чтобы Мубарак продолжал демократические реформы, однако желательно, чтобы он не повторял алжирскую модель, когда исламисты были загнаны в подполье».

Эмад Шахин считает, что умеренный ислам должен иметь возможность доказать свою приверженность идеалам демократии. Критики исламистов считают, что религиозные фанатики преданы демократическим идеалам только до момента собственного избрания на тот или иной пост. В случае победы исламистов на выборах неизбежно наступит теократия. Тем не менее, администрация Буша продолжает призывать к развитию демократии на Ближнем Востоке, несмотря на то, что выиграть от этого могут исламистские партии, враждебно относящиеся к политике США.