Мятеж в Республиканской партии?

С некоторых пор американские магистральные СМИ заговорили о «республиканском мятеже», вернее, о «междоусобице в Республиканской партии».

В течение пяти лет правления президента Джорджа Буша-младшего республиканская Палата Представителей и республиканский же Сенат следовали за своим лидером по пятам, храня ему завидную верность и поддерживая его во всех начинаниях. Потом вдруг что-то произошло, и заседающие на Капитолийском холме члены Великой старой партии стали отклоняться и вправо, и влево от ее генеральной линии.

Отклонения стали наблюдаться уже в декабре прошлого года, когда Палата представителей приняла жесткий иммиграционный закон, оставив за его бортом предложенную Бушем guest working program, которая давала некоторые поблажки нелегальным иммигрантам.

Второй и более серьезный раунд мятежа начался в феврале текущего года, когда многие республиканцы присоединились к демократам и взбунтовались против решения Администрации Буша передать часть управления американских портов арабской компании Dubai Ports World (DBW). В результате сделка была провалена чуть ли не под аплодисменты всей страны, хотя некоторые экономисты и считают, что аннулирование контракта с Dubai может плачевно отразиться на торговых интересах страны.

И вот — третий раунд. Многие сенаторы-республиканцы вновь присоединились к демократам и приняли бюджетный план, не по всем пунктам совпадающий с планом президента Буша и тем самым разочаровавший более консервативных, вернее даже, ортодоксальных членов GOP.

Американцы, не привыкшие или не считающие нужным искать скрытый смысл за каждым словом и каждым поступком политиков, отнеслись к таким переменам просто: мол, мы живем в свободной стране, взгляды у людей меняются, и они вправе это показывать. Американцы более скептичные или больше разбирающиеся в подоплеке политических маневров, стали давать «мятежу» другие объяснения.

Одно из объяснений — меньшая зависимость Буша от своих однопартийцев. Президент уже добился переизбрания, импичмент ему вроде бы тоже не грозит, и он может спокойно досидеть в Белом доме до окончания своей второй каденции. Ему уже не нужно, чтобы республиканцы следовали за ним как команда единомышленников, как группа поддержки или как преданная армия. Поэтому республиканцы позволяют себе «гулять» направо и налево и даже заигрывать с демократами.

Другое объяснение — разочарование республиканцев в президенте и его администрации. Великая старая партия долго хранила хорошую мину при плохой игре, поддерживая все политические, социальные и экономические решения своего лидера, — от войны в Ираке до реформы пенсионного плана Social Security и создания плана Медикер D. Однако всему есть предел, и республиканцы, наконец, дошли до грани, переступить через которую уже не хотят и не могут. Сенатор-демократ Гарри Рид (лидер меньшинства в Сенате) сказал на днях, что Буш, наверное, «войдет в историю как худший президент, какого когда-либо имела наша страна». Подобное заявление, конечно, выведет из себя республиканцев-лоялистов. Но более здравомыслящие или более практичные республиканцы понимают: слишком много бушевских начинаний с треском провалилось, и слепая собачья преданность такому президенту уже никому не делает чести.

Третье, самое рациональное объяснение — год выборов. Голоса избирателей в этом году нужны не президенту, а сенаторам и конгрессменам, поэтому каждый из них как бы вылетает из общего партийного гнезда, подстраиваясь под нужды своего штата и под взгляды своего электората. Кто-то считает нужным проявлять больший популизм и большую воинственность, призывая «не пущать» людей без документов и не передавать порты в руки террористов. Кто-то, напротив, проявляет большие мягкость, доброту и щедрость, настаивая на выделении дополнительных средств на здравоохранение и образование.

Вернемся, однако, к бюджету года выборов, составившему 2.8 триллиона долларов. Нельзя сказать, что в данной сфере республиканцы полностью проигнорировали партийную идеологию, партийные интересы или интересы Белого дома. К примеру, Сенат 52 голосами против 48 одобрил расширение допустимых размеров федерального долга. Планка была поднята на целых 781 млрд. долларов, и лимит, в результате, приблизился к 9 триллионам. Демократы в ответ, конечно, обрушились на президента и его союзников в Конгрессе, подчеркивая, что республиканцы умудрились побить все рекорды федерального долга за последние годы своего правления («потолок» поднялся в четвертый раз за последние пять лет). Демократы подчеркнули также, что рекордный рост долга — логическое следствие бесшабашной и тенденциозной экономической политики республиканцев, базирующейся на сокращении налогов для самых богатых.

И нельзя сказать, что все поголовно сенаторы-республиканцы начали яростно защищаться, парируя наскоки демократов. Лишь некоторые из республиканцев стали выдвигать доводы в пользу расширения рамок федерального долга. А трое — Том Кобурн из Оклахомы, Конрад Бэрнс из Монтаны и Джон Энсин из Невады — поддержали демократов.
В вопросе о дополнительных затратах некоторые республиканцы проявили еще большую независимость или неверность. Несмотря на давление со стороны «ястребов», они объединились с демократами и добавили к статье расходов 16 млрд. долларов, обеспечив тем самым дополнительные, не предусмотренные президентом Бушем затраты на программы социальной помощи, трудоустройства, отопления домов и т.д.

Как отмечает «Нью-Йорк таймс», Сенату и Белому дому нелегко будет прийти к компромиссу по вопросу бюджета. Тем более, что более консервативная Палата Представителей уже приняла сторону президента. В выпущенном на днях меморандуме она намекнула, что будет всеми силами сопротивляться идее дополнительных затрат на социальные нужды и программы обеспечения безопасности внутри страны.
Главная битва за бюджет впереди, — это всем понятно. Но вопрос о дальнейшем поведении законодателей-республиканцев продолжает вызывать горячие споры. Будут ли некоторые из них и впредь бунтовать? Будет ли «мятеж» продолжаться после года выборов? А если да, то как это отразится на перспективах демократов, на президентской гонке 2008 года? Политологи и журналисты, наверное, еще долго будут упражняться в предсказаниях, давая самые разные ответы на эти вопросы. Но единственно правильный и, возможно, совершенно непредсказуемый ответ даст сама жизнь.

Лея Мозес