В Таджикистане повышены зарплаты госслужащим, но сделано это крайне неравномерно. Появились подозрения, что наибольшую прибавку к жалованию получили те, кто больше всех понадобится действующей власти на грядущих президентских выборах.
Избирательное повышение зарплат работникам государственного сектора лишь усугубит расслоение общества.
В Таджикистане идет административная реформа, и повышение оплаты труда госслужащих — ее часть. Парламент страны утвердил поправки в ряд законов, которыми с 1 апреля вводится новая система оплаты труда. Первыми получат прибавку сотрудники МВД, судов, прокуратуры и Министерства обороны.
Их заработная плата будет отныне состоять из должностного оклада, надбавок за звание и стаж службы. Причем надбавки за звание были недавно увеличены в три раза, а надбавки за стаж могут составлять от двух до десяти базовых окладов.
Размер прибавок окутан завесой секретности. Во всех поправках к законам указывается, что должностные оклады, размеры и порядок начисления доплат за чин и стаж определяются президентом страны. Обывателям и аналитикам остается только гадать, каков реальный размер их доходов.
Сотрудница Министерства финансов сообщила корреспонденту IWPR, что размеры окладов сотрудников силовых структур являются тайной даже для работников министерства, и в документах они не указываются.
Выступая 6 февраля по случаю Дня милиции, президент Эмомали Рахмонов обещал повысить зарплаты сотрудникам МВД на 20–40 процентов.
«За последние пять лет финансирование органов внутренних дел из государственного бюджета увеличилось на 53 процента, и в 2006 году возрастет по сравнению с прошлым годом на 33 процента», — сказал он.
Кроме повышения зарплат, для сотрудников милиции предусмотрены существенные привилегии. В 2004 году был принят в новой редакции Закон «О милиции», в соответствии с которым для сотрудников органов внутренних дел установлены многочисленные льготы. Президент пообещал сотрудникам МВД дальнейшее улучшение социальных условий.
К примеру, для улучшения жилищных условий сотрудников органов МВД построены и сданы в эксплуатацию два
Лидер оппозиционной
«Все поправки в закон сделаны для лиц, имеющих
Прибавка к жалованию явно не является наградой органам правопорядка за особые успехи в работе. В той же речи глава государства отметил, что в прошлом году число преступлений, совершенных рецидивистами, возросло на 14%. Количество групповых преступлений увеличилось по сравнению с 2004 годом более чем на 5%. В 2005 году уровень преступности среди несовершеннолетних по сравнению с показателями 2004 года вырос на 4,6 процента.
Повышение зарплат в госсекторе коснется и депутатов парламента, которые и так получают немало по таджикистанским меркам — $170, а с учетом надбавок и льгот — $200 — $300, что выше минимальной зарплаты в 50 -75 раз.
В соответствии с указом президента, на 40–50 процентов будут повышены стипендии аспирантам и студентам высших и средних специальных учебных заведений.
На бумаге эти проценты выглядят внушительно, однако, в отличие от МВД, зарплаты в этих сферах настолько малы, что повышение означает всего несколько долларов прибавки в месяц.
Взять тот же парламент. Здесь сотрудники, не являющиеся депутатами, получают такие же мизерные зарплаты, как и остальные жители страны. Например, заведующий отделом получает $32, инспектор — $18. Оплата труда обслуживающего персонала и того меньше: от $5 до $10.
Большинство представителей научной и творческой интеллигенции Таджикистана не могут прожить на свои мизерные зарплаты. Некоторые перебиваются дополнительными заработками, других материально поддерживают дети и родственники. Известный в советское время ученый — кандидат химических наук, не назвавший своего имени, рассказал корреспонденту IWPR, что вынужден продавать на базаре свое имущество, так как его жена больна, и он не может на свою мизерную зарплату покупать лекарства и продукты.
«Я чувствую себя просто изгоем общества, в котором хорошо жить только нечестным людям и приближенным к власти, — говорит он. — Мне, несмотря на мои заслуги перед наукой, не удается получить у государства зарплату и пенсию, достаточные даже для самой скромной жизни».
По данным Госкомстата, самые низкие зарплаты зафиксированы в сельском хозяйстве, здравоохранении и образовании — $5–20 в месяц. Средняя зарплата по стране, как в государственном, так и в частном секторе, составляет чуть более 25 долларов в месяц. При этом, по данным Министерства труда, стоимость минимальной потребительской корзины составляет 64 доллара в месяц.
По данным Всемирного банка, 64% населения Таджикистана находится за чертой бедности.
Сотрудница государственного предприятия «Таджиксельхозводопроводстрой» Мукаддас Насырова — вдова, воспитывающая двоих детей — не в состоянии прожить на свою зарплату.
«Я получаю около $12 в месяц, — говорит она. — Для того чтобы прокормить детей, я устроилась еще на одну работу, и вечером допоздна мою полы в другой организации, за что мне платят еще $8. Но на жизнь нам все равно не хватает».
Единственная надежда для нее — старший сын. «Мой старший сын собирается на заработки в Россию, иначе нам не прожить», — сказала она.
Многие эксперты считают, что экономика Таджикистана давно бы обрушилась, если бы не те деньги, которые присылают домой сотни тысяч трудовых мигрантов, работающих за границей, в основном — в России.
По статистике, уровень бедности в Таджикистане уменьшается, однако главный специалист Института экономических исследований Хаджимухаммад Умаров считает это исключительно следствием вклада в экономику со стороны трудовых мигрантов.
«У нас на самом деле никакого повышения уровня жизни людей не происходит, если иметь в виду те ресурсы, которые создаются в пределах самого государства. Да, отмечается статистический рост уровня жизни, но это целиком и полностью происходит за счет внешних источников. Я имею в виду денежные поступления от внешней трудовой миграции. Если бы не эти поступления, трудно даже предположить, что было бы с Таджикистаном», — говорит он.
Такого же мнения придерживается Рахматилло Зоиров, который считает, что «повышение зарплаты эффекта улучшения жизни и снижения социальной напряженности не даст, так как эти деньги не обеспечены материальными ценностями».
В поисках дополнительных источников дохода госслужащие вынуждены брать взятки за те услуги, которые они обязаны оказывать по долгу службы. Для большинства из них это — вынужденный шаг, так как иначе им просто не выжить. Врачи и учителя вынуждены требовать деньги со своих пациентов и учащихся, чтобы не умереть с голоду.
Учительница математики одной из столичных школ рассказала, что ее зарплата составляет около $10, и этих денег ее семье не хватает и на три дня. «Учителей часто обвиняют во взяточничестве, но никто не думает о том, как выжить, если учителя не будут иметь дополнительных доходов», — говорит она.
Врач поликлиники Вахшского района (юг страны) рассказала: «Нас обвиняют в том, что мы берем с больных деньги, но без этого я была бы вынуждена бросить работу врача, так как на мою зарплату нельзя прожить и двух дней».
По иронии судьбы, нынешнее повышение окладов в госсекторе коснется именно тех категорий госслужащих, которые наиболее коррумпированы, имеют возможность брать большие взятки и живут в достатке.
Это подтверждают данные исследования, проведенного в октябре Центром стратегических исследований (ЦСИ) при президенте, согласно которым лидерами по уровню проникновения коррупции были признаны государственные органы — налоговая и таможенная службы, суды, прокуратура, организации, связанные с распределением госсобственности.
«Коррумпированность в государственных органах имеет тенденцию не только к возрастанию, но к институционализации и легализации, — говорит директор ЦСИ Сухроб Шарипов. — Госструктуры строят свои внутренние процедуры таким образом, чтобы иметь возможность извлекать различные дополнительные доходы от поборов, которые по сути стали своеобразным государственным налогом».
Рахматилло Зоиров считает, что повышение окладов и надбавок не приведет к снижению уровня коррупции в рядах МВД. «Сотрудники силовых структур давно уже забыли, что значит жить на зарплату, — говорит он. — Они имеют множество других источников дохода, и даже значительное повышение зарплаты для них не имеет значения».
Валентина Касымбекова, корреспондент IWPR в Душанбе