Президент Ирана неожиданно для всех нарушил несколько старых табу

Выигравший на президентских выборах в прошлом году Махмуд Ахмадинежад выглядел как человек, следующий строгим правилам ислама. Однако спустя почти год после своего избрания президент продемонстрировал большую, чем ожидалось, гибкость в подходе к вопросам и внешней, и внутренней политики.

По главной проблеме — конфликту с международным сообществом по вопросу об иранской ядерной программе — Ахмадинежад, разумеется, ведет себя вызывающе, соответственно своим неоконсервативным убеждениям. 18 мая Ахмадинежад высмеял США и Евросоюз за «беспокойное состояние», в которое они приходят при виде «прогресса и счастья» других стран, сообщило Иранское студенческое агентство новостей.

Однако, имея репутацию деятеля, занимающего непреклонную позицию на переговорах, Ахмадинежад сохраняет дипломатическую гибкость, которая сбивает с толку оппонентов и добавляет ему очки в глазах международной общественности.

Самым неожиданным шагом на сегодняшний момент стало его письмо от 8 мая, адресованное президенту США Джорджу У. Бушу. Его оценивать его с иранской точки зрения, письмо стало мастерским ходом, сломавшим ради достижения дипломатических выгод 26-летнюю политику «отказа от контактов». В 18-страничном письме затронуты вопросы политики, философии, теологии и этики. Взывая к Иисусу и Мохаммеду, Ахмадинежад обрушивается на предшествующие и нынешнюю администрации США за неприятие иранской революции. Ахмадинежад не жалеет желчи, напоминая Бушу, что в Ираке так и не было найдено оружия массового уничтожения (ОМУ). В 2003 г. администрация Буша оправдывала американское вторжение в Ирак исходящей от последнего угрозой применения ОМУ. В послании Ахмадинежада поставлен вопрос: «Как эти действия [вторжение в Ирак] можно примирить с ценностями… и верностью учению Иисуса Христа?»

В письме Буш призывается к изменению курса и полному отказу от одного из главных принципов нынешней администрации — глобальной демократизации. «Народы многих стран возмущены нападками на основы их культуры», заявил Ахмадинежад. «Либерализм и демократия западного толка не способны реализовать идеалы гуманности. … Проницательные люди уже слышат звуки падения и краха идеологии и концепций либеральной демократической системы».

Послание Ахмадинежада не содержит предложений по выходу из тупика по ядерному вопросу. Однако не в этом его смысл. Целью письма является завоевание сердец и умов тех, кто не определился со своей позицией. С этой точки зрения письмо можно считать достигшим успеха, особенно в исламском мире.

«Письмо Ахмадинежада является блестящей демонстрацией гибкости Тегерана, использующего СМИ для завоевания международных симпатий», говорится в комментарии, размещенном на египетском веб-сайте Al-Ahram Weekly On-Line. Соединенные Штаты, намекается в статье, сделало дипломатическую ошибку, не ответив на письмо иранского президента.

«До этого момента Вашингтон чувствовал себя уверенно в отношениях с партнерами по ту сторону океана — Лондоном и Парижем, а страны по другую сторону переговорного стола — Пекин и Москва не знали, какую позицию им занять», говорится в статье, имеющей в виду членов Совета Безопасности ООН, мнение которых может сыграть важнейшую роль в решении ядерной проблемы. «Письмо из Тегерана усилило позицию России и Китая, которые, далеко не поддерживая иранские ядерные амбиции, не приемлют подхода США к этой проблеме».

Последний раз высокий представитель Ирана вступал в прямой контакт с руководством США в 1979 г., когда тогдашний премьер-министр Мехди Базарган участвовал в переговорах с администрацией Картера в Алжире. С тех пор неписаный закон гласил, что иранским политикам запрещено вступать в прямой контакт с американскими властями, — правило, за выполнением которого строго следило иранское духовенство. Например, в 2002 г., когда стало известно, что представители президента-реформатора Мохаммада Хатами пытаются вступить в контакт с Белым домом, консервативная иранская судебная власть заявила, что будет преследовать любого человека, ратующего за установление отношений с правительством США или пытающегося вступить в такие отношения.

Похоже, что архиконсервативный мандат Ахмадинежада позволил ему нарушить табу, не понеся за это никакого наказания. По мнению некоторых аналитиков, письмо иранского президента в действительности — часть дипломатического плана, нацеленного на то, чтобы подтолкнуть Соединенные Штаты к прямым переговорам с Ираном по ядерной проблеме.

Внутри страны Ахмадинежад принял ряд политических решений, которые удивили и поставили в тупик как его сторонников, так и оппонентов. Учитывая радикально-революционное прошлое президента, а также выбранную им команду ультраконсервативных советников, многие наблюдатели в Тегеране ожидали, что президент займет бескомпромиссно жесткую позицию по ряду общественных и политических вопросов. Однако эти ожидания не сбылись.

Одним из важнейших принципов Исламской Республики является соблюдение строгих правил в ношении одежды женщинами и сегрегация полов. Однако в последние годы правления реформаторской администрации Хатами контроль за одеждой и сегрегацией значительно ослабел. После прихода к власти Ахмадинежада многие наблюдатели в Тегеране ожидали возвращения к строгим правилам. Однако в настоящий момент никакой разницы между политикой нынешнего правительства и политикой его предшественника-реформатора не видно.

Несмотря на то что многие люди объясняют это ограниченными правами, которыми располагает правительство в начале срока, в двух не связанных друг с другом случаях Ахмадинежад занял позиции, которые полностью разошлись с его собственным имиджем и даже с настроениями поддерживающего его политического слоя. В первом случае, после того как появились сообщения о планах NAJA, иранского полицейского ведомства, развернуть преследование неподобающе одетых женщин, президент публично выступил против этого шага.

Затем, 27 апреля, он издал, впервые за всю историю Исламской Республики, указ, разрешавший женщинам посещать спортивные мероприятия в присутствии мужчин. Одной из причин запрета объявлялось хулиганство, которое бывает на таких мероприятиях. Каждый год в иранской прессе публиковались сообщения о женщинах, которые переодевались мужчинами, чтобы пробраться на футбольные матчи. При этом ни одна предыдущая администрация, включая администрацию Хатами, не смела поставить этот вопрос, опасаясь негативной реакции ультраконсервативного духовенства.

Решение Ахмадинежада, разумеется, вызвало протесты. Однако президент не сдался и объяснил недовольство «предрассудками, которые связаны скорее с патриархальным мышлением, чем с исламом». Президент добавил, что те, кто думает, будто присутствие женщин на стадионах растлевает общество, не замечают, что «это приводит к совершенно обратному эффекту, действуя благотворно, способствуя добродетели, соблюдению приличий и моральных норм».

В конечном итоге Ахмадинежад должен был отказаться от своих взглядов на посещение женщинами спортивных состязаний — после вмешательства Верховного лидера аятоллы Али Хаменеи, слово которого в таких вопросах имеет решающее значение. Однако, как и в случае с письмом Бушу, точка зрения Ахмадинежада принесла ему политические очки и, по-видимому, укрепила его позиции.

Ахмадинежад способен бросать вызов табу, или, во всяком случае, пытаться это делать, благодаря своему исламскому революционному прошлому. Президент удивил аналитиков в Тегеране своим прагматизмом, пусть это и делалось ради достижения неоконсервативных политических целей. Ахмадинежад, которому 49 лет, и члены его ближайшего круга доказали, что остро чувствуют потребности и желания молодых иранцев.

Советник президента по культурной политике Джавад Шангарди отметил, что администрация думает о будущем, выполняя консервативную программу. Соответственно, Ахмадинежад признает, что попытки возвращения к прошлому с помощью социальной инженерии обречены на провал. По словам Шангарди, президентская администрация не будет «снабжать боеприпасами врагов революции».

Камаль Назир Ясин