Почему опасаются китайского влияния в нефтяной отрасли?

Казахстанские парламентарии выразили озабоченность растущим присутствием китайского капитала в нефтедобывающем секторе страны. Обозреватели NBCA отмечают, что озабоченность сложившейся ситуацией вызвана стремлением сохранить многовекторность в нефтяной политике, а также некоторой синофобией.
На прошлой неделе депутаты нижней палаты парламента (Мажилис) обсуждали вопрос растущего присутствия иностранного капитала в стратегически важном нефтегазовом секторе страны. В частности, депутат Валерий Котович выразил особую озабоченность по поводу «агрессивной» экспансии Китая и сказал, что если переговоры с «Мангистаумунайгазом», добывающим около 7% годового объема нефти в стране, закончатся положительно, то Китай будет контролировать до 40% добываемой нефти в Казахстане.
Такая точка зрения имеет под собой основания. В конце октября китайская государственная компания China International Trust and Investment Corporation (CITIC Group) объявила о достигнутой договоренности по приобретению нефтедобывающих предприятий в Казахстане, принадлежащих канадской Nations Energy, главным из которых является Каражанбасское месторождение, расположенное на полуострове Бузачи на Каспии, с доказанными запасами в 53 миллиона тонн нефти. Для полного завершения сделки необходимо получить согласие казахстанского правительства.
В тендере на покупку Nations Energy участвовала также и другая крупная китайская компания — China National Petroleum, которая в 2005 году приобрела нефтедобывающее предприятие PetroKazakhstan и является основным поставщиком нефти в трубопровод Атасу-Алашанькоу, по которому с лета этого года перекачивается нефть в Китай.
Аналитики в области энергетики называют несколько возможных причин возникновения в парламенте озабоченности в связи с китайским присутствием. Во-первых, власти, возможно, хотят добиться равномерного представительства иностранного капитала и не желают доминирования инвесторов из одной страны.
Во-вторых, в Казахстане в последнее время наблюдается рост синофобии среди населения, и парламент, возможно, стремится показать таким образом свою бдительность по отношению к тенденции усиления китайского влияния. И, в-третьих, в парламенте желают изменить политику государства по отношению к иностранным инвесторам в целом.
Эксперт в области энергетики Ярослав Разумов говорит, что нынешний уровень государственного контроля над добываемой нефтью, снизившийся до 15%, является результатом национальной политики, изначально представлявшей приход инвесторов в нефтегазовый сектор как индикатор успешности.
«Угроза чрезмерного упрочения китайских позиций совершенно реальна, — говорит Разумов. — Но абсурдно устраивать кампанию против иностранных инвесторов — без разницы, китайский [инвестор] или кто-то другой».
Некоторые обозреватели полагают, что рост присутствия Китая в стратегически важном секторе страны был предсказуем, поскольку развитие мощностей казахстанско-китайского нефтепровода Атасу-Алашанькоу предполагает самостоятельный поиск нефти китайской стороной. На данный момент существующие соглашения позволяют заполнить трубопровод только на 30%.

NBCA предоставляет комментарии и анализ широкого круга политических обозревателей со всего региона