Новые моменты в ирано-американских отношениях

С победой демократов в ходе выборов в конгресс в начале ноября текущего года внешнеполитические процессы, как показалось, начали быстро набирать обороты. Складывается впечатление, что эту новость, а также комментарии на ее основе — мол, фактически победа оппонентов республиканцев на этих выборах означает занятие президентского кресла демократом — максимально пытаются отработать все крупные участники международной политической арены. Иран, разумеется, не остался в стороне.
Надо отметить, что в Тегеране весьма трезво взвесили все «за» и «против» ноябрьских изменений в США, о чем наглядно свидетельствуют сбалансированные, выверенные комментарии высокопоставленных иранских политиков прямо после оглашения итогов выборов. Их основная мысль: надо выждать и посмотреть, как себя поведут за Атлантикой, в частности в отношении Ирака, Афганистана, ближневосточного конфликта, то есть в отношении тех горячих тем современности, которые, как уже утвердилось в иранских, да и не только, СМИ, стали болевыми точками для администрации Дж. Буша.
Вот уже две недели в Иране экспертное сообщество, а также некоторые представители руководства с завидной последовательностью продолжают обсуждать вопросы, касающиеся ситуации в США, а также отношений между Тегераном и Вашингтоном. Вполне объяснимо, что большая их часть затрагивает внешнеполитические аспекты, в особенности ближневосточный вектор.
Особое внимание, если не брать в расчет традиционную антисионистскую пропаганду, сопутствующую всегда антиамериканским лозунгам, иранцы уделяют Ираку. На наш взгляд, этот акцент вполне объясним: иракская тема и в США — самая перспективная и многообещающая для оппонентов республиканцев. Разумеется, демократы ухватились за нее очень крепко и, по всей видимости, будут уделять ей максимальное внимание, особенно учитывая, что кровопролитие в Ираке растет. Реагируя на такой ход событий, вполне, надо сказать, благотворный для ИРИ (напомним, что до сих пор внешне незаметно продолжаются обсуждения в СБ ООН вопросов, касающихся проекта резолюции по Ирану, и в этих условиях максимальное отвлечение мирового сообщества, а следовательно, по возможности спокойная обстановка вокруг ядерного досье Тегерана — в интересах последнего), иранское руководство подключило значительные ресурсы для публикации комментариев как конкретно относительно Ирака, так и США в целом.
Как известно, администрация США в текущем году (в марте) уже рассматривала возможность проведения секретных переговоров с Тегераном по иракской проблематике. Посол США в Ираке З. Халилзад тогда сообщал, что их цель — получение иранской поддержки в урегулировании кризиса в Ираке. Трудно судить, кто стал инициатором этих переговоров, а кто дал им отбой. США оправдываются в том плане, что сначала в администрации были за переговоры, а потом приняли решение о нецелесообразности такого диалога. С иранской стороны звучат противоречащие американским заявления о том, что именно в Тегеране было принято решение отклонить просьбу, поступившую, как подчеркивают иранцы, из Ирака.
И по сей день в конгрессе США идут острые дебаты о будущем курсе по отношению к ситуации вокруг Ирака. Налицо четкое разделение точек зрения исходя из партийной принадлежности. Не будем приводить известные расклады сил в американском законодательном органе и освещать их позицию по обозначенному вопросу, скажем лишь, что за последние десять дней стало регулярным «пробрасывание» в прессу под тем или иным контекстным «прикрытием» мысли о необходимости установления прямого диалога между США и ИРИ. Пока по Ираку.
На состоявшейся 15 ноября очередной пресс-конференции иранского президента М. Ахмадинежада, отличавшейся масштабностью и заметным уклоном в сторону внутренней социально-экономической ситуации (что тоже служит показателем того, что Тегеран очень аккуратно действует сейчас на ядерном векторе своей политики), в известном русле, правда, более сдержанно, нежели обычно, он ответил на вопрос местного журналиста о перспективах установления диалога с США: «Мы всегда говорили, что международные отношения строятся на дружбе и диалоге… С оккупационным сионистским режимом (имеется в виду Израиль. — С.В.) мы никогда не будем вести диалога. … С правительством США — будем. Но при некоторых условиях. Они связаны с поведением Америки. Если она исправит свое поведение, будем разговаривать с ней, как и с остальными». Обращает на себя внимание мягкая постановка вопроса. А ведь М. Ахмадинежад относится к числу наиболее резких консервативных политиков в Иране.
17 ноября министр иностранных дел Ирана Манучехр Моттаки, находясь в Дели, заявил по этому поводу, что "Тегерану необходимо увидеть новые практические шаги и новый подход США, прежде чем можно будет начать двусторонние переговоры об Ираке. «Одних только слов американцев об изменении их политики в Ираке недостаточно для решения проблемы. Мы ожидаем от Белого дома практических дел». Такая обтекаемая формулировка допускает отступление от нее при определенных обстоятельствах.
Практически вслед за выступлением Ахмадинежада и Моттаки в интервью британскому телеканалу «Би-би-си» Г. Киссинджер, заметно активизировавшийся в последнее время, отметил, что «военная победа для сил коалиции в Ираке сейчас невозможна. Так что если правительство США желает добиться прогресса и в Ираке, и в регионе в целом, оно должно вступить в диалог с соседними с Ираком странами, включая Иран».
Представляется уместным прокомментировать назревающие в Тегеране встречи, анонсируемые изначально как ирано-ирако-сирийский саммит. 21 ноября с.г. министр иностранных дел Сирии Валид аль-Муаллем посетил Багдад, где подписал соглашение о восстановлении дипломатических отношений между Сирией и Ираком, прерванных более двух десятилетий назад. Эта неожиданное, как признают большинство СМИ, событие получило в целом положительные отклики международного сообщества, так как, по словам экспертов, оно открывает дорогу для межрегионального диалога, направленного на урегулирование обострившегося иракского кризиса.
США также положительно отреагировали на сирийско-иракское сближение, правда, с оговоркой. «Основная проблема заключается не в том, что говорят сирийцы, а в том, что они делают», — заявил представитель Госдепа Т. Кейси.
Инициативу М. Ахмадинежада провести в ближайший уикенд в Тегеране трехсторонний саммит официальный Вашингтон встретил с демонстративной озабоченностью. Хотя, как известно, сторонников содействия установлению таких контактов в США (особенно ввиду итогов ноябрьских выборов) становится все больше и давление в этой связи на республиканскую администрацию нарастает.
В итоге складывается следующая ситуация. Руководитель пресс-службы Дж. Талабани подтвердил, что президент Ирака лично будет участвовать в тегеранских переговорах. Обращает на себя внимание то, что иракская сторона явно стремится к проведению в Тегеране сугубо двусторонних переговоров. Пресс-служба президента Ирака, а затем и министр иностранных дел Хошияр Зибари в ходе своих переговоров с сирийским коллегой в Багдаде настойчиво проводили эту мысль. В результате участие Б. Асада в саммите в Тегеране ставится под вопрос, и даже некоторые СМИ сообщали о том, что якобы сирийский лидер отказался прибыть в Иран. Суммируя, можно сказать, что предстоящие выходные позволят президентам Ирака и Ирана обменяться мнениями по всей повестке вопросов, представляющих взаимный интерес, в том числе, рискнем предположить, и по американской проблематике.
Судя по всему, и в этот раз призывы начать диалог по линии Вашингтон-Тегеран окажутся бесплодными. Однако если присмотреться, то можно увидеть складывающуюся цепочку событий, приближающих Иран и США друг к другу, по крайней мере, в рамках иракской темы.
20 ноября в электронной версии журнала «Нью-Йоркер» журналист Сеймур Херш, известный своими хорошими контактами в спецслужбах и правительственных кругах, опубликовал очередную многостраничную статью, выжимки из которой стали тиражировать сразу после ее «выхода в эфир». В частности, ссылаясь на источники в ЦРУ (якобы подготовившего секретный доклад по Ирану), Херш говорит о том, что США не нашли «убедительных фактов, свидетельствующих о наличии у Тегерана секретной ядерной программы военного характера». Подобные скрытые реверансы с американской стороны вряд ли будут проигнорированы в Тегеране, где уже постепенно привыкают к идее востребованности официальных, хотя и в закрытом формате, контактов с США по Ираку. При определенном стечении обстоятельств работа в этом направлении перейдет из современной пропагандистской плоскости в практическую.

С. С. Воронов