Единая церковь в независимом государстве или православные всей Украины, объединяйтесь!

Президент Украины В. Ющенко в вопросе создания в Украине единой православной церкви решил перейти от слов к конкретным действиям. 30 декабря 2006 г. состоялась встреча главы государства с представителями Украинской Православной Церкви (Московского Патриархата), а 12 января 2007 г. В. Ющенко встретился с представителями Киевского патриархата. На этой встрече В. Ющенко сообщил, что он выступил с инициативой создания двусторонней комиссии из представителей УПЦ (МП) и УПЦ КП для обсуждения условий объединения. «У меня нет сомнений в том, будет или не будет Украинская Поместная Православная Церковь. Независимому государству необходима поместная церковь», — заявил он. Задачей же государства в этом вопросе является формирование толерантной атмосферы для этого диалога . Также, по сообщению Интерфакс-религия, В. Ющенко заявил, что в его секретариате создана группа по ведению межправославного диалога, которая в течение 70 дней разработает и представит свое видение объединения православных церквей в Украине .
Вопрос о единой поместной церкви в Украине не сходит с повестки дня с момента образования независимого украинского государства. Первый президент Украины Л.Кравчук активно поддерживал нынешнего главу т.н. Киевского патриархата Филарета (Денисенко). В первой половине 1990-х гг. также обсуждался вопрос о придании Греко-католической церкви статуса украинской. Новый виток обсуждения создания единой национальной церкви возник после выхода Указа Министра юстиции Украины от 1 апреля 2004 года «О координации деятельности Государственного комитета Украины по вопросам религий», которым на Госкомрелигий была возложена, в частности, обязанность «способствовать взаимопониманию между религиозными организациями разных верований, а также объединению православных на Украине и созданию единой Поместной Православной Церкви» Эту идею несколько раз озвучивал для прессы в мае 2004 г. председатель государственного комитета по делам религий Виктор Бондаренко, однако, на что обратили внимание многие аналитики, если раньше речь шла об объединении православных церквей, то теперь предлагалось предоставление автокефалии Украинской Православной Церкви каноническим путем. Этот вопрос поднимался в июне 2004 г. на встрече главы госкомрелигий В.Бондаренко с Константинопольским патриархом Варфоломеем и председателем ОВЦС РПЦ митр. Кириллом; в результате этих переговоров стало очевидно, что Киевский патриархат никогда не будет признан другими поместными церквами, а, следовательно, необходимо выходить на диалог с Украинской православной церковью (МП). В то же время государственными инстанциями поддерживалась идея о предоставлении статуса патриархата Украинской Греко-Католической Церкви.
В последнее время взгляды украинских политиков опять остановились на православии. Связано это с несколькими факторами. Во-первых, православие является наиболее крупной конфессией Украины; во-вторых, именно на православную церковь возлагаются надежды по консолидации украинского населения; в-третьих, украинские чиновники имеют за плечами еще с советских времен богатый опыт взаимодействия с православными структурами; в-четвертых, представители православных церквей Украины неоднократно заявляли о своей готовности к «соработничеству» с государством; в-пятых, православная церковь, в отличие от католической, не имеет единого административного центра, а соответственно, может формировать свою политику в отношениях с государством в пределах и в интересах одной страны/власти.
С приходом к власти нынешнего президента Украины тема необходимости объединения православных церквей зазвучала во многих декларативных документах. Так, в ежегодном послании Раде 2005 г. В. Ющенко отмечал: «Не могу обойти наиболее чувствительную для общества проблему религиозной сферы — неестественное разъединение православных церквей Украины. Неопровержимой является необходимость преодоления существующих между наибольшими православными юрисдикциями противоречий и утверждения единой Поместной Соборной Первоапостольной Православной Церкви. Безусловно, ее становление рассматривается в общем контексте развития и утверждения национальной идентичности украинцев. Ввиду стратегического значения этого вопроса, государство имеет право его активно поднимать и, не вмешиваясь во внутренние церковные дела, способствовать его решению» . В 14 пункте «Универсала национального единства» В. Ющенко вновь было высказано пожелание об объединении верующих всех православных церквей «без вмешательства государства и политических сил в этот процесс». Почему же именно сейчас В. Ющенко столь активно начал форсировать вопрос объединения, тем самым нарушив свой принцип невмешательства государства в процесс объединения?
Как известно, в Украине сейчас существует три относительно крупных религиозных структуры, называющих себя Украинской православной церковью, которые образовались на территории Украины в нач. 1990-х гг. Раскол православной церкви в Украине начался в контексте развала Советского Союза, становления украинского независимого государства, выхода из подполья ранее запрещенных советской властью религиозных организаций, необходимости обновления религиозной жизни, избавления от опеки органов гос. безопасности, антимосковских настроений всех национальных окраин СССР. Большую роль в разрастании раскола в Украине сыграл крайне амбициозный, претендовавший на место предстоятеля Русской Православной Церкви, авторитарный, тесно связанный с советскими властными элитами митрополит Киевский Филарет (Денисенко).
Сегодня безусловно лидирующей, признаваемой другими поместными церквами, имеющей канонический статус является Украинская православная церковь. Она является самоуправляемой с широкими правами автономии в составе Московского патриархата. Решение Архиерейского собора 25 — 27 октября 1990 г. предоставило Украинской православной церкви «независимость и самостоятельность в ее управлении», это было подтверждено Архиерейским собором РПЦ 2000 г., который также признал необходимым «содействовать достижению общеправославного согласия по вопросу провозглашения и признания автономии Украинской Православной Церкви, каковое должно иметь место в связи с реальными достижениями в деле преодоления раскола». Предстоятелем церкви является митрополит Владимир (Сабодан), избранный на Украинском Архиерейском соборе 1992 г. в Харькове. Сейчас УПЦ (МП) насчитывает 35 епархий, почти 11 тыс. приходов, около 9 тыс. священнослужителей.
Второй по численности православной юрисдикцией, не признаваемой мировым православием, является УПЦ-КП, возникшая в 1992 г. в результате деятельности бывшего митрополита Киевского Филарета (Денисенко) и его сторонников из числа епископата УАПЦ, активно поддерживаемого тогдашней властью Украины, националистически настроенными политическими партиями и членами парламента. С 1995 г. ее предстоятелем является Филарет (Денисенко) с официальным титулом патриарха Киевского и всея Руси-Украины. Сейчас УПЦ КП насчитывает 3685 приходов, 2800 священнослужителей.
Возникновение приходов украинской Автокефальной Православной Церкви, сохранившей свои единицы в эмиграции, в Украине началось в 1989 г., ее восстановление проходило не только в условиях конкуренции с Московской патриархией, но и с параллельным выходом из подполья Греко-католической церкви. УАПЦ тесно связана с украинской диаспорой в Северной Америке. Сейчас УАПЦ насчитывает 1164 приходов, 686 священнослужителей. Украинская Автокефальная Православная церковь переживает с сер.1990-х г. не самые простые времена, поскольку внутри нее наблюдается серьезное противостояние между иерархами; по сути дела она распалась на три части, две епархии подчиняются напрямую Константинополю, а остальные окормляет митр. Мефодий (Кудряков).
Дискуссионным остается вопрос о числе принадлежащих к этим юрисдикциям. Отсутствие четких критериев подсчета собственных прихожан у церковных структур (да и отсутствие заинтересованности в этих данных), значительный процент латентной религиозности — синкретизм, размытость, внецерковность религиозного сознания, что является типичным для населения всего постсоветского пространства, разные принципы определения конфессиональной принадлежности, которые кладутся в основу проведения социологических опросов, — все это дает возможности для спекуляции в вопросе конфессиональной принадлежности населения. Что же стоит за столь активным желанием государства иметь в стране единую православную церковь? Следует отметить, что церковь в украинском обществе сохраняет высокий потенциал доверия. По опросам Украинского центра экономических и политических исследований им. А. Разумкова церкви безусловно доверяет 60,3% населения Власть пытается использовать потенциал церкви для решения политических вопросов и повышения собственного рейтинга. Одной из важнейших причин следует назвать геополитические интересы. Как показали события последних лет, между населением Западной и Восточной Украины на данном этапе существует больше противоречий, чем сходств. Важнейшую роль здесь играют ментальные установки, базирующиеся не только на экономических факторах, что очевидно, но и в значительной мере на историческом прошлом. Как отмечал вице-президент Института европейской интеграции Геннадий Друзенко, «Год 2006 прошел под знаком неразрешенного украинского противостояния. Дилемма Восток — Запад, треугольник Президент- Премьер- оппозиция, социально раздробленное общество, которому не хватает среднего класса и которое устало от избытка социальной несправедливости, — довольно неустойчивая конструкция… Невольно в голову приходят исторические ассоциации с отдельными моментами времени перед великой смутой».
По мнению ряда украинских политиков, дезинтегрирующую роль в обществе играет как религиозная активность, так и конфессиональная принадлежность населения. Рассмотрим первый фактор. Как показывали социологические исследования конца 1990-х гг., более половины населения восточных областей Украины (Полтавской, Харьковской, Луганской, Днепропетровской, Николаевской, Запорожской и АР Крым) утверждают, что они не принадлежат ни к одной из конфессий. Кстати, и представители именно этих областей в Верховной Раде сейчас активно тормозят принятие законов в пользу религиозных организаций. Тогда как в 12 областях Западной и Южной Украины процент не определивших свою конфессиональную принадлежность менее 35% . Значительно отличаются и типы религиозности, которые на западе и юге гораздо активнее.
Что касается конфессиональной принадлежности населения, то здесь картина выглядит следующим образом : на востоке страны на первом месте по количеству общин находится православная церковь (на втором месте по общей численности зарегистрированных общин находятся протестантские объединения). На юго-западе страны наблюдается преобладание общин Греко-католиков на Украине в 4 западных областях и от 1% до 5 % в 7 северо-западных , однако и здесь православные общины составляют весьма существенный процент.
Как показали социологические опросы населения 2000 г., представители православной церкви более или менее равномерно (от 40 до 60% от общей численности населения) распределяются по всей стране . Однако вопрос о юрисдикционной принадлежности православных является предметом дискуссий, в которых противоборствующие стороны активно используют методику отсылки к социологическим исследованиям вообще, что весьма затрудняет проверку и использование приводимых заинтересованными сторонами данных.
Поэтому мы остановимся на анализе распределения зарегистрированных православных общин, принадлежащих к разным юрисдикциям. Именно здесь и проявляются настораживающие власть тенденции. УПЦ КП и УАПЦ доминируют в трех западных областях (Ивано-Франковской, Тернопольской, Львовской), около 20% общин принадлежит Киевской Патриархии в Ровненской, Волынской, Киевской областях. Тогда как общины Украинской Православной церкви Московского Патриархата абсолютно преобладают в восточной и центральной части страны. Здесь УПЦ (МП) выступает как живая связующая нить с Россией, в частности, и в вопросе языка. Недовольство населения политической и экономической ситуацией в Украине, при успешно проведенных российской стороной пиар-акций, оборачивается симпатиями и надеждами на «сильную Россию», старшего православного брата. Тогда как власть Украины обвиняют в стремлении продать страну Западу и сделать ее униатской. «Автокефалия» и «уния» — два самых страшных слова в лексиконе православных Восточной Украины. Эти пугала на протяжении длительного времени с завидным упорством распространяются и тиражируются в православной среде и имеют резонанс в определенной части украинского общества. Пример тому — обращение Союза Православных Братств Украины, составленное в Москве и разосланное по многим украинским приходам: «Мы против любых разговоров об автокефалии УПЦ. Эта автокефалия — путь к унии. Мы также считаем недопустимым придание УПЦ статуса Автономной Церкви, это тоже шаг к автокефалии. Как только будет создана так называемая „Украинская Поместная Церковь“, процесс превращения Украины в антироссийское государство станет необратимым» .
Об обеспокоенности власти наличием деления Украины на Западную и Восточную, что может угрожать целостности государства, заявил на встрече с представителями Украинской православной церкви В. Ющенко. Главной задачей государства является, по его словам, обеспечение единства и консолидации нации . Еще одним фактором было названо то, что около 52 % населения выступает за создание единой православной церкви. Однако как показал социологический опрос 2004 г. УНІАН, из 70% процентов населения Украины, считающих себя верующими, определить свою конфессиональную принадлежность могут только 2/5. Социологические опросы 2004 г. Украинского центра экономических и политических исследований им. А. Разумкова показывают непонимание населением термина «каноничности», который часто используется Православной церковью в качестве аргументации своей позиции.
Больше половины опрошенных не понимают, что такое «каноничность» — 49,9% верующих, посещающих церковь, 55,2% верующих, не посещающих церковь, и 62,9% неверующих. Среди тех, кто понимает (или думает, что понимает), большинство считает, что фактор каноничности совершенно не важен для церкви (21,7, 20,9, 19,9% соответственно). Лишь 13,7% воцерковленных верующих признают только канонические церкви.
Как относятся к идее создания единой Поместной церкви иерархи православных церквей Украины?
Представители Украинской Православной Церкви считают, что их церковь фактически уже имеет статус поместной, пример тому — празднование юбилея ее предстоятеля — митр. Владимира Сабодана, на котором «в чествовании нашей Церкви и ее Главы приняли участие Предстоятели и представители всех Поместных Православных Церквей» .
Следует отметить, что фактическое признание за митрополитом Владимиром (Сабоданом) статуса предстоятеля Поместной Церкви отражается в столь сложном и деликатном явлении как церковный протокол. Если митр. Филарет в свое время получил право называться «Блаженнейшим» (так обращаются к главам Поместных Церквей, этот титул имеют, напр., предстоятели Элладской и Польской православных церквей) в пределах Украины, то теперь подобным образом к митр. Владимиру обращаются большинство представителей других православных церквей. Во время богослужения, посвященного юбилею митр. Владимира, присутствовавшие два предстоятеля Поместных церквей, уступили ему первенство при богослужении. В Москве тоже за Владимиром признают статус предстоятеля УПЦ, это выражается и в поминании его и в сохранении у него жезла на патриаршей службе, и в обращении к нему с титулом «Блаженнейший» и в Москве.
Украинская православная церковь настойчиво обвиняет государственную власть в поддержке существующего в Украине раскола, последний раз это прозвучало в рождественском послании митрополита Владимира 2007 г.: «К сожалению, несмотря на все наши усилия и призывы, мы вынуждены констатировать продолжение раскола украинского православия. Уверен, что действия раскольников были бы менее агрессивными, если бы они не чувствовали поддержку со стороны отдельных государственных деятелей, которые, вопреки своим заявлениям о невмешательстве в церковные дела, стремятся всеми допустимыми и недопустимыми методами легитимировать одно из раскольнических течений» . Настойчивость президента на протяжение последних месяцев в деле объединения вызвало резкую отповедь со стороны представителей канонической церкви, которые заявили, что подобная настойчивость со стороны светской власти сама по себе является вмешательством во внутренние дела церкви . При личной встрече представителей УПЦ с президентом со стороны митрополита Черновецкого и Буковинского Онуфрия последовала следующая реплика: «Некоторые политики, вместо того, чтобы заниматься своим делом — решением экономических проблем, переворачивают этот вопрос так: у нас нет поместной церкви, поэтому мы погано живем, у нас нет единства в народе, а если бы была поместная церковь, все было бы гораздо лучше… Мне кажется, что дело политиков — заниматься материальной сферой страны, а Церкви — духовным воспитанием народа» .
В ответ на пожелание властей о создании поместной церкви, Св. Синод УПЦ в послании от 22 ноября 2006 г. выдвинул требование предоставить Православной церкви особый статус в стране: «Для того чтобы у Украинской Православной Церкви, у всей ее Полноты вызрело и пришло в действие желание приобрести статус автокефальной, необходимо, по крайней мере, законодательно урегулировать особый статус Православия в Украине. Государство должно сказать: „Я православное“, — и тогда обретение статуса Поместной с включением в диптих будет закономерным, логическим исторически и канонически обоснованным» . Государство также должно решить проблемы, связанные с регулированием правового статуса УПЦ (предоставлением права юридического лица), возвращением церковных зданий, в частности Софии Киевской, имущества и введением преподавания курса христианской этики.
Форсирование государственной властью вопроса об объединении православных юрисдикций может привести к новому расколу в церковном сообществе. В послании члены Св. Синода предупреждали государственную власть, что «не от иерархов зависит успешное решение <вопроса о единстве>, а от того, как церковный народ через призму своего духовного видения воспринимает то, что за него пытаются решить политики». На встрече с президентом митрополит Владимир заявил, что «Вы должны нас понять. Не все проблемы можно решить на уровне Св. Синода. За нами стоят миллионы верующих людей, которые были напуганы событиями, которые происходили в Украине пятнадцать лет назад, когда была мечта об автокефалии. Теперь мечта исчезла, а вместо нее существует страх перед еще большим расколом» .
Решение проблемы создания единой церкви может произойти только через принесение покаяния, находящимися в расколе. УПЦ готово вести переговоры об объединении на следующих условиях:
1. Прекращение насилия со стороны последователей «Украинской Православной Церкви — Киевский Патриархат» по отношению к Украинской Православной Церкви.
2. Возвращение Украинской Православной Церкви захваченных силой соборов, храмов, епархиальных центров, учебных заведений.
3. Невмешательство центральной и местной власти, народных депутатов во внутреннюю жизнь Церкви.
4. Без участия бывшего митрополита Филарета (Денисенко) — поскольку он не является членом Церкви, будучи отлученным от нее.
Диаметрально противоположная позиция у Киевского патриархата. Как мы отмечали выше, инициатор создания этой структуры — Филарет (Денисенко) решился на создание «национальной церкви» при активной поддержке государственной власти Украины, спекулируя на идеологии «незалежности», которая и сейчас является определяющей в его деятельности. Отвечая в 2006 г. на вопрос журналистов, что бы он пожелал читателям, Филарет ответил: «Украина — независимое государство. Нужно, чтобы народ помнил о том, что живет в независимом государстве, и это государство никакие силы не смогут уничтожить». На протяжении 15-летнего периода существования независимой Украины, Киевский патриархат не выработал никакой новой идеологической платформы, остановившись на утверждении тезиса о независимости Украины, которая уже давно стала реальностью. Примером уже несколько выдохнувшейся националистической демагогии Киевского патриархата может стать следующий пассаж: «Патриарх Филарет не просто глава православной конфессии. Он духовный лидер всех украинцев! Он уже давно стал человеком-символом… Против Святейшего выступают только те, которые отрицают право Украинской православной церкви на независимость, то есть на автокефалию, те, кто до сих пор считают гетмана Мазепу изменником, а Кочубея героем, и при этом как зомби тарахтят, что украинском языку не место в храме» .
Представители Киевского патриархата обвиняют УПЦ в зависимости от Москвы, называют ее проводником «чуждой нам духовной и культурной экспансии российского цезарепапизма» . УПЦ КП собирается добиваться от вселенского православия признания автокефальности, полагая, что это всего лишь вопрос времени: «То состояние, в котором пребывает наша Церковь — временная искусственная внешняя изоляция, созданная Московским Патриархатом вокруг нас. Сейчас сила этой изоляции ещё существует, но со временем всё изменится. Все новые Поместные Церкви прошли через это — и мы не исключение. В Болгарии была наложена „анафема“ на каждого архиерея персонально, создана параллельная иерархия — что не помешало Константинополю через 75 лет признать Болгарскую Церковь и предать всё прошлое забвению. Украинская Церковь борется за признание своей автокефалии с 1919 года — так что, уверен, разрешение вопроса близко».
Иерархи Украинской Автокефальной Православной Церкви свою позицию относительно создания в Украине единой Поместной церкви сформулировали в документе «Этапы объединения православных церквей Украины в единую поместную Церковь», принятом на Архиерейском соборе и патриаршим советом УАПЦ в 1998 г. Архиепископ Харьковский и Полтавский УАПЦ Игорь (Исиченко) считает, что речь должна идти не о воссоединении а о «создании единой поместной Церкви как возвращении к киевской традиции, искусственно прерванной в 1686 г. Единственный канонически мотивированный путь к этому имеет два этапа: первый — возвращение в лоно Константинопольской Матери-Церкви под омофор вселенского Патриарха, и объединение под этим омофором с другими частями Киевской церкви как в Украине, так и в рассеянии. Этот процесс уже идет. УПЦ в Канаде (1990), УПЦ в США и УАПЦ (1995) вошли под юрисдикцию Вселенского Патриарха. Следующий этап — собрание Поместного Собора и получение томоса об автокефалии» .
Следует отметить, что УПЦ (МП) ведет переговоры о воссоединении с УАПЦ с февраля 2006 г. Относительно же предложения В. Ющенко о создании комиссии УПЦ (МП) и УПЦ-КП на паритетных началах, 24 января 2007 г. Синод УПЦ (МП) ответил отказом, мотивировав его «волной протестов верующих». Синод УПЦ при этом создал собственную комиссию УПЦ по восстановлению единства украинского православия .
Безусловно, идея «единства» и поместности православной церкви Украины позитивна. Однако настойчивость в деле ее насаждения со стороны крупнейшего государственного чиновника заставляет предполагать и политическую составляющую этой идеи. Остается открытым вопрос: стоят ли на данном этапе за этой инициативой личные амбиции В. Ющенко или внешние политические силы, или вопрос действительно назрел? Как нам кажется, наличие в Украине «конкурирующих» религиозных структур, кроме отрицательного момента — обливания грязью соперников, пошло в значительной мере и на пользу Церкви: динамичность, большая открытость обществу, стремление считаться с запросами паствы и интересами собственного духовенства; ротация кадров, стремление повысить образовательный уровень духовенства для конкурентоспособной борьбы; религиозные центры оказались вынужденными наладить выпуск качественных СМИ, Интернет-ресурсов, оперативно реагировать на общественные события и действия конкурентов, появилось умение вести диалог с религиоведами, журналистами, активизировать свое участие в общественной жизни страны. Официальные СМИ УПЦ (МП) свидетельствуют о желании вести открытый диалог с обществом и властью. Пример тому — обращения Синода к гражданам и правительству, публикация записей переговоров представителей УПЦ с президентом и представителем Совета Европы по правам человека. В УПЦ обсуждаются и вопросы литургического возрождения, причем, что особенно важно, в контексте диалога с другими конфессиями. Желание церковного руководства считаться с запросами паствы выразилось и в постановлении Синода о возможности богослужения на украинском языке в тех регионах, где такая практика уже существует.
Активизация обсуждения вопроса о создании единой поместной церкви в Украине сделала необходимым для украинского православия озвучить публично свои позиции и пожелания. Религиозно-информационная служба Украины (RISU) организовала веб-конференции представителей всех трех православных деноминаций Украины, на которых те могут формулировать принципиальные позиции своих церквей и отвечать на самые острые вопросы конкурентов. Много внимания проблеме объединения православных в Украине было уделено в выступлениях представителя УПЦ свящ. Петра Зуева, члена комиссии по переговорам с УАПЦ. Неожиданным лейтмотивом его выступления оказался призыв увидеть в противостоящих сторонах людей, понять их мотивы. Он отмечал, что «не хватает толерантности и предметной богословской дискуссии. Очень важным, на мой взгляд, является изменение нашего отношения к тем, кто очутился вне общения с вселенским православием. Что это не только „раскольник“ и „канонический преступник“. Это христианская душа, наш брат, человек, который стремится достичь полноту церковности. Раскол невозможно ликвидировать механическими каноничными действиями. Тут необходимо чудо христианской любви. Чудо, которое становится возможным в результате духовного подвига и молитвы» .
Важно отметить, что реальные участники переговорного процесса, по крайней мере, со стороны УПЦ, признают необходимость диалога: «Полагаю, что диалог с теми, кто находится вне общения с мировым Православием, возможен и необходим. Его цель должна состоять в том, чтобы помочь „схизматикам“ войти в полное общение с Церковью. Вместе с тем, я думаю, что восстановление такого общения возможно на основе экклезиологического единомыслия. А таковое обретается не механически, а в результате благодатной „перемены ума“ (греч. „метанойя“). Эта „перемена ума“ должна помочь тем, кто находился вне видимого общения с Кафолической Церковью преодолеть свою гордыню, а тем, кто находился и находится в церковной ограде — увидеть свою долю ответственности в том, что наши братья находятся вне общения. Ведь иногда мы сами — вольно или невольно — становимся причиной соблазна для братьев» . Архиепископ УАПЦ Игорь (Исиченко) сдержанно оценивает перспективу переговоров, считая, что большинство из них носит характер «более или менее удачных пиар-акций». Он считает, что объединение церквей должно проходить при условии «широкомасштабного церковного диалога, формирования культуры партнерских взаимоотношений в осуществлении общих проектов, приближения общностей разных юрисдикций к единой модели Поместной Церкви, укорененной в киевской традиции, решения канонических проблем и препятствий к объединению, признания центральной роли Константинопольской Матери-Церкви в этом процессе. И, безусловно, этот процесс должен быть защищен от влияния политической конъюнктуры» .
В выступлениях представителя Киевского патриархата игумена Евстратия «перемены ума», о которой говорил свящ. П. Зуев, увидеть не удалось. В ответ на привычные реплики оппонентов он подавал привычные ответы: «кроме эмоций и личных нападок НИКАКИХ основательных и весомых аргументов против Киевского патриархата у представителей Московской патриархата нет… То, что сейчас представители Московского патриархата не признают действительность наших таинств не означает, что в будущем эта богословски и канонично необоснованная позиция не изменится… ДОКОЛЕ будете слепыми, которые идут за слепыми вождями, следуя лжи и умножая ее?.. в раскол пошли те, кто, забыв свои решения, обещания и клятвы, предали своего предстоятеля и решения поместного собора УПЦ 1–3 ноября 1991 г. об автокефалии» .
Какой же итог инициативы президента по объединению церквей в Украине? Основные противоборствующие силы — УПЦ и «Киевский патриархат» — сесть за стол переговоров отказались. УПЦ заявила, что не может на равных с раскольниками обсуждать вопрос об объединении, а готова принимать их только через покаяние; а представители Киевского патриархата, считают, что подобные условия для них оскорбительны и невозможны. Переговоры УПЦ с УАПЦ продолжаются, однако, похоже, что обе стороны не рассчитывают на практические результаты в ближайшее время. По всей вероятности, видимость этих переговоров нужна для того, чтобы препятствовать диалогу Киевского патриархата с УАПЦ и Константинополем. Как нам кажется, есть несколько ключевых моментов, препятствующих объединению православных в Украине.
1. Личность «патриарха» Филарета (Денисенко). Митрополит Филарет заслужил ненависть и страх всего духовенства Украины в бытность свою Экзархом Московского патриархата; украинский клир был счастлив, когда Филарет, не получив желаемых полномочий, ушел в раскол. Этот человек согласен только на руководящую роль в Церкви. Он авторитарно держит в своих руках бразды правления в Киевском патриархате, понимая, что его клиру некуда деваться: абсолютное большинство епископата и духовенства КП рукоположено им после лишения сана; соответственно, ни одна православная церковь не считает действительным их священство.
2. Позиция Вселенского патриархата, который считает, что автономные православные церкви могут существовать только под омофором Константинополя, равно как и получать автокефалию они могут только из рук Вселенского патриарха. Вселенский патриархат не признает особый статус Украинской Православной Церкви, считая ее подразделением РПЦ.
3. Позиция части епископата, духовенства и мирян Украинской Православной Церкви, в первую очередь, на территории Восточной Украины, для которых понятие «автокефалия» или даже «автономия» также страшны как «уния» и означают разрыв с православной Россией. В случае изменения статуса УПЦ при наличии внешней поддержки они готовы идти и на раскол. О том, что такие настроения в свое время уже простимулировали появление раскола, говорил на веб-конференции и представитель УПЦ свящ. Петр Зуев: «некоторые нынешние „автокефалисты“ рассказывали мне, что отошли от канонической УПЦ после того, как стали свидетелями перманентного крестного хода, „психически неуравновешенных людей, которые проклинают украинский язык, культуру, и, вообще Украину“. Особенно удручил тот факт, что участники этого мероприятия ссылались на „благословение“ Предстоятеля Церкви, то есть выдавали свою инициативу за общецерковное дело» . Можно предположить, что с течением времени и уходом старшего, советского поколения позиции этой группы будут только ослабевать.
4. УПЦ фактически имеет уже статус поместной, и Москва не вмешивается во внутренние дела Украинской Церкви. При этом наличие формального административного центра вне страны, дает Православной церкви Украины, как и католической, возможность для проявления большей самостоятельности и помогает избегать прямого давления государства.
5. По мнению некоторых аналитиков, за вопросом о придании поместного статуса Украинской православной церкви стоят геополитические интересы великих держав. Очевидно, что Россия заинтересована в сохранении УПЦ в составе Московского патриархата. Соответственно и переход инициативы из рук Москвы в руки Константинополя, который находится под сильным влиянием США, будет означать проигрыш одной стороны и победу другой.
6. Активное вмешательство политически ангажированных, хотя в реальности весьма малочисленных, сил, которые активно играют на страхах восточно-украинского населения. Наиболее преуспевает в этом маргинальная пресс-служба «Единое Отечество» и «Союз православных братств Украины» (СПБУ) в лице Кирилла Фролова, поддерживаемые российской властью. Сразу после крайне осторожных заявлениях представителей УПЦ об условиях создания в Украине единой поместной церкви, СПБУ тотчас выпустил сообщение, растиражированное информационными агентствами, о наличии сильного противостояния в среде духовенства УПЦ идее создания независимой православной церкви в Украине. Нелогичные и абсурдные пассажи типа «Мы считаем единство Русской Православной Церкви на всей ее канонической территории аксиомой, а не предметом для дискуссий» или «мы считаем, что сторонники единства с РПЦ должны занять наступательную миссионерскую позицию, разоблачать деятельность „оранжевого“ лобби и поставить борьбу с самой идеей Украинской Поместной Церкви во главу угла своей деятельности», тем не менее, оказывают реальное влияние на умонастроения определенных категорий околоцерковных активистов.

Белякова Н.А.