Противостояние

Как показывают последние события, контрабандисты юга Казахстана и приграничных областей Узбекистана решили изменить тактику и перешли от переправ мелких партий в две-три машины к прорывам крупными колоннами. В результате за две недели пограничники Сарыагашского погранотряда задержали 182 машины.

Штабная разработка

В какой-то мере новому слову в контрабандном деле способствовали первомайские торжества. До и после праздника пограничники несли службу по усиленному варианту, к тому же в Сарыагашском районе в конце апреля — начале мая находился президент РК. Граница была перекрыта так, что не только машина, даже пешеход не проскользнул бы. Причем рубеж был закрыт с двух сторон — и с казахстанской, и с узбекистанской. В результате, по данным военной разведки, на территории Казахстана и Узбекистана скопилось немало контрабандного груза, который нуждался в срочной переправке получателям. По большей части сельхозпродукции. Овощам-фруктам без разницы затруднения контрабандистов, они лежат и потихоньку портятся. Мелкими партиями накопившийся груз переправить было затруднительно. К тому же переброска крупных объемов требует меньше затрат.
- Для того чтобы провести одну машину, они должны выставлять наблюдателей за отрядом, за комендатурой, за заставой, договариваться или подкупать кого надо, наблюдать, где «дырка» образовывается, — объясняет командир Сарыагашского погранотряда Жанибек Тулебаев. — И на эту «дырку» они обычно пускали одну-две машины. Но мелкие партии может задержать и один наряд, поэтому контрабандисты несут урон. Теперь из-за того, что мелкие партии дохода не приносят, они решили попробовать провозить большие партии. Они пускают колонну, зная, что наряд задержит 2–3 машины, не более. А остальная колонна прорывается. Чтобы подтянуть туда резерв, требуется время в пределах 30 минут. Тогда как для того, чтобы загрузить «Волгу» или «УАЗ», им требуется около 10 минут. И тем же маршрутом — назад. Груз для переправы сосредоточен заранее в близлежащем селе на складах. Если товар находится в Казахстане, то, как правило, на той стороне сосредоточивается пустой автотранспорт. Бывают ситуации, что на той стороне загружается колонна, прорывается к нам и быстро разгружается.
Однако войсковая разведка недаром получает свою зарплату. О том, что 16 мая ожидается нарушение границы большой колонной автомобилей, пограничники знали заранее. И приняли меры.
- Мы располагали данными, что на той стороне сосредоточивается около сотни автомашин, — говорит Ж. Тулебаев. — Зная это, наряду заставы было дано указание нести службу в прежнем режиме, чтобы не насторожить контрабандистов. А мы оперативными средствами перекрыли границу. Специальная группа скрытно вела наблюдение за тем, что происходит на этом участке. На это господа контрабандисты не рассчитывали. Они видели только один наряд. И когда с узбекской стороны начали наводить мосты, сразу поступил сигнал. Наряд от заставы побежал на задержание. Как контрабандисты и предполагали, наряд, хоть и со стрельбой, смог задержать только три машины. А в это время колонна успела проехать в поселок, загрузиться и начала возвращаться назад. И вот когда машины пошли назад, группе скрытого наблюдения была дана команда действовать. Они разрушили мост, перекрыли пути отступления, и машины оказались заперты на нашей стороне. Далее силами резерва отряда были блокированы выезды из поселка, приглашены представители правоохранительных органов, и они совместно с нами пошли по вероятным местам сокрытия контрабанды. Нам еще помогла погода, так как прошел дождь, и следы машин четко отпечатались.

На переднем рубеже

Наряд заставы в составе двух человек четко отработал свою роль. Прибыв на место несения службы, они, как обычно, сначала прошли дозором по всему участку, длина которого около трех километров, чтобы проверить линию границы и состояние оградительного забора, а потом стали патрулировать вдоль границы. Все как обычно.
- Пограничный наряд нес службу в обычном режиме, — рассказывает начальник заставы Ынтымак Марат Дуйсебаев. — Когда пограничники демонстративно спустились вниз, с той стороны перекинули мост. Он представляет из себя две трубы диаметром около 10 см, между которыми наварены угольники. Две такие штуки перекинули через канал шириной три метра, по которому проходит граница. Когда наряд отошел примерно на полтора километра от этого места, через наведенный мост двинулась колонна. О том, что наряд максимально удалился от места переправы, водителям сообщили наблюдатели. Кстати, в техническом оснащении они очень продвинулись, от нас практически не отстают, имеют даже приборы ночного видения. Нет пока только оружия и боеприпасов. В это время засада скрытно передвинулась к месту возможного нарушения. Когда наряд возвращался, солдаты услышали звук работающих машин. Они сообщили на заставу и далее продвигались скрытно, используя складки местности, чтобы не спугнуть нарушителей. Когда практически вся колонна переправилась, наряд начал действовать. Однако на требования пограничников контрабандисты не реагировали и, когда один солдат из оперативно-розыскной группы попытался помочь наряду, его демонстративно сбили. После этого пограничники произвели несколько выстрелов вверх, но и на это нарушители не реагировали. Мало того, машина хотела проехать по упавшему солдату. Но ей успели прострелить колесо. Пограничник сильно не пострадал — машина, слава богу, не успела набрать скорость и только задела его крылом по ноге.

Обычные герои

С разведчиками из группы скрытого наблюдения мне удалось поговорить только при условии, что я не буду упоминать их имен и делать фотографий. Командир отряда очень бережет своих «штирлицев» и старается никак их не «светить».
- Мы выехали на место после полуночи, и в первом часу ночи были там, — рассказывает один из разведчиков. — До самого места не доезжали, машина остановилась примерно в километре, потом часть пути мы прошли пешком, а последние метров триста ползли. Далее замаскировались в траве и ждали. Лежали молча, соблюдая режим радиомолчания, не двигаясь. Нас было четверо, основная группа осталась на месте, в машине. В 4.30 контрабандисты поставили мост, и техника начала переправляться. Сначала прошли пустые, а через 15 минут некоторые уже стали возвращаться груженые. Тогда мы вышли на открытое место, встали перед мостом и произвели один выстрел в воздух. Один водитель не остановился, машина шла прямо на меня. Я выстрелил в воздух и отскочил в сторону, а когда она проезжала мимо, то прикладом разбил ветровое стекло. Но даже после этого водитель не остановился, и тогда я прострелил колесо. Водитель из машины выходить не стал, опустил голову на руль и сидел. Однако пока мы задерживали остальные машины, он сбежал. Когда машины рассредоточились по поселку, мы перекрыли дорогу и стали ждать подкрепления.

«Фронтовая» полоса

Хочется сделать небольшое отступление и рассказать о приграничных поселках, где все это происходило. Вот какие данные на эти населенные пункты имеются в погранотряде. «Поселок Достык Жартытобинского сельского округа Сарыагашского района ЮКО примыкает к государственной границе по своему южному периметру на протяжении около трех километров. В данном поселке сосредоточено более 40 нелегальных складов, предназначенных для концентрации различных видов товара в целях последующей переправы через госграницу по контрабандным каналам. Аналогично такие же склады имеются на территории РУ — в н.п. Толе би… В поселке Ынтымак сосредоточено около 20 складов для концентрации цветных металлов…» Поселки примыкают друг к другу и разделены только табличкой с названием. Многие люди в этих, и не только в этих, но и в других примыкающих к линии границы поселках давно занимаются контрабандой. Можно сказать, что они живут этим. В начале этого года прокуратура Сарыагашского района проводила проверку Жартытобинского округа на предмет контрабанды муки, и проверка едва не закончилась плачевно для самих проверяющих. «…По представлению прокуратуры сотрудники налогового комитета, управления санитарно-эпидемиологического надзора провели проверку, как происходит в ночное время ввоз товаров через территорию населенного пункта Достык. Проверяющие услышали от тех, кто занимался нелегальным провозом муки и продуктов питания в Узбекистан, оскорбления, угрозы физической расправы. Ситуация была накалена. Беспокойство за жизнь сотрудников государственных органов вынудило нас приостановить проверку до решения вопроса на областном уровне…» — писал тогда прокурор Сарыагашского района.
Но, несмотря на угрозы, проверяющим удалось выяснить, что на территории округа расположено 14 крупных складов для концентрации и переброски муки в Узбекистан. Вместимость одного склада свыше 300 тонн. Если прибавить еще 60 складов, перечисленных пограничниками, то получается 74 склада в округе, где проживает около 14 тысяч человек. По приблизительным подсчетам, тогда в поселки Достык-1 и Достык-2 индивидуальными предпринимателями за сутки завозилось товаров на 20 млн тенге. Причем товар разный — от собачьего корма до цветного металла. Кстати, 16 мая среди прочего была изъята большая партия «Педигри». На мой недоуменный вопрос: в Узбекистане, что, собак нечем кормить? — один пограничник ответил, что корм, по всей вероятности, предназначен не для собак. Якобы его хорошо берут колбасники и добавляют в продукцию. А другой пограничник просветил насчет пива. У нас по заниженной цене скупается просроченное бутылочное пиво, контрабандно переправляется в Узбекистан, там переливается в кеги и продается под видом свежего «Шымкентского».

Зачистка

Однако вернемся к событиям 16 мая. Пограничников криками и угрозами не испугать, и после того, как поселок был со всех сторон блокирован, они пошли с проверкой по домам.
- Мы пошли по домам и вытащили 73 единицы автотранспортных средств, — рассказывает Ж. Тулебаев. — Первые машины, которые мы изъяли, были с грузом, остальные успели разгрузить. Все ждали результата обыска в первом доме, куда мы зашли, — вытащим мы оттуда машины или нет.
Командир отряда продемонстрировал видеозапись, которая сделана во время задержания.
- Видите, это задержание машин в первом доме. Там находилось шесть автомашин марки «Газ-21». Нам любыми путями было необходимо вытащить их оттуда, потому что хозяева других домов наблюдали. Если бы мы отступили, то в других домах нас даже во двор не запустили бы. При этом мы должны действовать в рамках закона. Мы все фиксировали на камеру, что никаких насильственных мер не принимали. А хозяин кричит, что это его машины, хотя номера узбекистанские… Вот сейчас он кричит, что его жену насилуют, а жена — вот она, рядом ходит. Когда он стал толкаться, ударил солдата, я дал приказ убрать его. Его стали оттаскивать от машин, а он лег на землю, отказывался вставать и кричал благим матом. Пришлось четверым солдатам оттаскивать его за руки-ноги. Когда стали вывозить машины, ворота оказались на замке, а ключи исчезли. Я дал команду сорвать замок и отправил солдата купить такой же. Когда он пришел, мы отдали хозяевам новый замок с четырьмя ключами. После этого почти все поняли, что мы настроены серьезно, и бросились разгружать остальные машины.
Однако этот пример впечатлил не всех. Одна женщина отказалась открывать ворота и даже выпустила во двор собак. Хозяйку и пограничники уговаривали, и прокурор, и сотрудники полиции, но она упрямо отказывалась убрать собак. И только после того, как офицеры надели дрессировочные костюмы и хотели связать животных, женщина закрыла собак в сарае. Хотя пограничники имели полное право просто пристрелить животных.
В конце концов пограничникам удалось изъять все машины. У кого-то они стояли прямо во дворе, некоторые прятали их в сараях, в огороде. Большинство были уже разукомплектованы. На транспорте отсутствовали колеса, аккумуляторы, отдельные соединительные провода электрооборудования. Из отряда вызвали техников, чтобы они привели в порядок задержанные машины, и солдат, имеющих права, так как столько штатных водителей в отряде просто нет. Из всех водителей задержанных машин осталось только двое, остальные разбежались.
- Когда машины доставляли в отряд, их сопровождала полиция, — рассказывает Ж. Тулебаев. — Но из-за того, что машин очень много — и часть в неисправном состоянии, колонна растянулась почти на тридцать километров. И хозяева машин и груза всячески «подъезжали» к нарядам, водителям с просьбами вытащить из колонны машину или хотя бы сбросить груз. Тем не менее все машины и задержанная контрабанда были доставлены в отряд.

Покой им только снится

А через три дня на том же участке границы новый прорыв — 31 узбекистанский «УАЗ» нарушил линию границы и рассредоточился по поселку Ынтымак. И в этот раз пограничники знали, что на территории Узбекистана скопилось большое количество металла, предназначенного для переправки в Казахстан, и несколько десятков машин. К тому же поступали доклады от составов пограничных нарядов о попытках контакта контрабандистов с целью договориться с пограничниками о возможности нелегальной переправы через границу мелких партий контрабандного груза. Как и в первый раз, были использованы однотипные машины. Только если в первый раз применялись «Волги», то в этот раз техника была уже посерьезней — «уазики» с усиленной ходовой частью и кузовом. В результате такой переделки они способны перевозить до 1,5 тонны груза.
Когда пограничники по следам машин ворвались в поселок, разгрузка только началась. Как потом выяснилось, немного припозднились грузчики. Это и помогло пограничникам изъять контрабанду. Но, по всей видимости, только часть. Как мне разъяснил командир Сарыагашского погранотряда, они имеют право изымать контрабандный груз, если он находится в машине или рядом с ней. Если же товар успели перенести на склад, то тут должны вступать в действие другие структуры — таможня, налоговая, финполиция.
- Тогда мы взяли 10 тонн цветного металла — медь и алюминий и 31 «уазик», — рассказывает Ж. Тулебаев. — Остальное они успели спрятать на складах. Но и это серьезно ударит по карману контрабандистов — стоимость одного килограмма меди на рынке достигает 1,5 тысячи тенге.
Пока мы с командиром отряда разговаривали, ему несколько раз звонили адвокаты и интересовались, как можно забрать конфискованные машины. Мне потом объяснили: контрабандисты пекутся не столько о грузе, сколько о машинах. Если задержат казахстанский автомобиль с контрабандой, то хозяин заплатит двойную таможенную пошлину и может забирать транспорт. А вот если машина принадлежит гражданину Узбекистана, то наши пограничники передают ее погранпредставителям Узбекистана, а далее она конфискуется в пользу государства. Дальнейший ее путь лежит на аукцион. То есть если контрабандист желает получить свою машину назад, то он должен ее купить за немалую цену. Однако и такое наказание не пугает контрабандистов. 24 мая они предприняли очередную попытку провезти крупную партию контрабанды. Но на этот раз для прорыва они выбрали не густонаселенный Сарыагашский район, а соседний Махтааральский, рассчитывая проехать по пескам. И технику подобрали соответствующую — 38 «КамАЗов». Загрузили их капустой, луком, картошкой и поехали. Однако и эта попытка провалилась — их задержали в трех километрах от линии границы. На этот раз потери контрабандистов составили 36 «КамАЗов» (две из задержанных машин были с казахстанскими номерами) и овощей приблизительно на 20 млн тенге. Следующая попытка, 28 мая, была более удачная: колонна из 23 узбекских машин достигла поселка Кошкар-ата, расположенного в 12 километрах от границы, и контрабандисты уже начали перегружать овощи в ожидавшие их «Газели» и автобус «МАN», когда появились пограничники.
Наши пограничники работают все лучше и лучше. Некоторые жители приграничных районов уже всерьез считают командира Сарыагашского отряда вездесущим и всезнающим. Мол, Жанибек знает все. В нелегком труде пограничникам помогает новая техника. После того как вертолетчики погранотряда задержали две машины, нарушители стали поглядывать не только по сторонам, но и на небо. Кстати, во время одного из этих задержаний произошел курьезный случай. Вертолет совершал облет границы, когда пилот возле разделительной линии заметил машину, из которой что-то таскали на территорию Узбекистана. Пока «Ми-8» разворачивался, водитель сделал попытку скрыться. Но пилот смог посадить машину прямо перед нарушителем. И вот когда водитель увидел, что перед ним садится вертолет, а из клубов пыли бегут десантники в черных масках с автоматами наперевес, он… потерял сознание. «Перепугался так, что мы с большим трудом привели его в чувство», — рассказывал один из офицеров отряда.
Можно бесконечно говорить о буднях границы, где ежедневно идет обычная героическая служба. Однако мне бы хотелось коснуться и другой темы. Почему наши ребята должны, рискуя жизнью, оборонять границу от провоза… овощей? Почему сельчане, вырастившие так нужные людям клубнику, огурцы, помидоры, должны прорываться к своим покупателям по примеру штурмовых отрядов? Ведь большинство контрабандистов везут не оружие и наркотики, а нужные товары. Неужели правительство не в состоянии решить вопросы торговых отношений двух стран так, чтобы простым людям было выгодно?

Юрий Елисеев, Шымкент