Чуть-чуть предыстории: большевики, Ататюрк и современная Турция.
Опыт мировой истории однозначно свидетельствует о светско-религиозном тандеме в геополитической борьбе. В данном контексте уникальность Турции, скажем, не только в самом факте создания независимой страны вдруг (причем при теснейшем контакте с ленинской Россией-СССР). И не только в ее расположении на стыке Европы и Азии. Но также и в свете событий, периодически происходящих вокруг «исламского аспекта» при наличии светскости государства. Никакого парадокса здесь нет, так как в Турции изначально фиксировались как анти-, так и прорелигиозные настроения.
Выдающийся Ататюрк одним из первых указов отделил религию от государства, при этом запретив религиозным деятелям представать «на публике» в религиозной одежде. В данном случае - налицо идентичность отношения к религии в ленинском государстве и кемалистской Турции. И также нередко совпадение в оценке «взаимоотношений» этих мировых деятелей с «духовным вопросом» со стороны ряда аналитиков, утверждающих, что религия оказалась «сильнее» большевиков и кемалистов, продолжая занимать важнейшее место в обоих обществах. Автор, однако, не до конца разделяет данную точку зрения, так как анализ шагов Ленина и Ататюрка (а впоследствии продолжателей их дела) однозначно свидетельствует об осознании ими важности религиозного фактора для укрепления власти. В связи с чем они при необходимости использовали данный ракурс в собственных интересах.
Так, на примере коммунистического руководства России-СССР явно усматривается, что уже с периода интервенции против страны Ленина «прохристианские веяния» инициировались самой властью для придания «справедливой войне», в том числе и «православно-патриотического» оттенка. Аналогичные «зарисовки» подметил и профессор католического факультета в Лионе и университета в Страсбурге, дипломатический советник при французском посольстве в Ватикане Антуан Венгер. Он, в частности, приводит следующий факт, хронологически из чуть более позднего периода: «1 мая 1923 г. совпадало с православной Пасхой. «Правда» по этому поводу писала: «Сейчас самый удобный случай, чтобы разоблачить ложь религии». Ленин сделал замечание Молотову, ответственному за «Правду»: «Нет, именно сейчас, - возражал ему Ленин, - следует совершенно избегать всякого неуважения к религии». Можно заметить, что этот же метод в 1941-м, когда Германия атаковала Советский Союз, использовал И.Сталин для поднятия духа народа, выдвинув «православный фактор». Т.е. провозглашение большевиками лозунга борьбы с религией в действительности несло характер политический (сам же призыв видоизменялся в зависимости от конъюнктуры).
Как представляется, аналогичный почерк в религиозном разрезе оказался просчитанным и Ататюрком. Ведь даже имея неограниченные полномочия, он до конца «не расправлялся» с религиозными «бунтовщиками», проводившими демонстрации для «защиты ислама». Так что объявление непримиримой войны (причем не идеологической, а «корневой») религии и в большевистской России-СССР, и в кемалистской (посткемалистской) Турции в действительности преследовало цели укрепления партии власти. Другое дело, что антирелигиозные действия Петрограда-Москвы и Стамбула-Анкары нередко несли жесточайший отпечаток. Но от аналогичных атак в обеих странах не были застрахованы ни атеисты, ни беспартийные, ни «середняки». Т.е эти шаги определялись конкретными задачами правящих партий в каждый отдельный исторический отрезок времени, в том числе при решении внешних задач.
В реалии же ни ленинцы, ни кемалисты, даже при всем своем искреннем желании просто-напросто не могли игнорировать того факта, что религия играла важнейшую роль в приграничных, да и не только, странах мировой элиты. А с этими государствами необходимо было налаживать контакты, пробиваясь к взаимопониманию, причем скорейшему, параллельно пытаясь «продвигать» свои идеологические ориентиры. Отсюда и проистекала важность демонстрации религиозных свобод в этих странах «цивилизованному» миру. Здесь же - причина необходимости создания даже авторитарными режимами условий для получения религиозными лидерами не только качественного специального образования, но и повышения ими интеллектуального уровня в целях умения «на равных» беседовать с «однопрофильными» лицами в нужном для властей направлении. Так что и в этом ракурсе просматривается еще одно совпадение в религиозной политике обеих стран.
В контексте вышеизложенного можно заметить, что «исламский фактор» продолжает варьироваться властями Турции и сегодня. Именно отсюда возникающие вроде внезапно, в одночасье, демонстрации турецких мусульман или противников «исламского пути». Причем обычно эта активность начинает фиксироваться в период обострения ситуации вокруг Турции. Важнейшее отличие турецкой модели светского государства (не только от России, но и других стран) лишь в том, что кемалистский запрет на ношение священнослужителями религиозной одежды в общественных местах действует до сих пор. Плохо это или хорошо - тема отдельного исследования, но, по мнению автора, какого-то внешнего отличия между группами населения (как между чиновниками от религии и «просто» верующими) действительно удается избежать. Этот аспект весьма примечателен и в следующем. В период Рамазана, Гурбан байрамы, да и ряда других дней (Мирадж и т.д.) турецкое государственное ТВ (TRT-1) проводит различного рода «круглые столы», обмены мнениями и др. Во время этих открытых дискуссий, если отсутствуют титры с должностями выступающих, невозможно визуально отличить кто высказывается - «гражданское» лицо или религиозный деятель. У всех - прекрасная подготовка, знание сути разговора, четкое «владение» «предметом» и...»одинаковая форма одежды». Касаясь темы турецкого государственного ТВ, можно также отметить, что в течение всего месяца Рамазан этот канал выделяет время для репортажей из мечетей, чтения сур, их комментариев. Учитывается даже такая тонкость, что ТВ смотрят постящиеся (рекламные ролики на «продуктовую тематику» начинаются лишь незадолго до ифтара). Еще один важный аспект, вырисовывающийся из программ TRT-1: во время демонстрирующихся «культурно-массовых» мероприятий, каких-то ток-шоу и т.д. в зале присутствуют и покрытые девушки, и нет. Никакого неприятия друг друга нет и в помине. Полнейшее взаимопонимание, что подтверждается во время нахождения в Турции.
На что еще целесообразно обратить внимание. Светский образ правления в Турции никого не обязывает соблюдать религиозные каноны. Да, в Турции все себя считают мусульманами. В буквальном смысле. Но здесь никого не удивляет, что девушка, не носящая хиджаба, соблюдает все исламские каноны, т.е. в целом практика хиджаба не для всех является показателем набожности. Также процент мусульман в стране, осуждающих посещение концертов верующими, слушание ими Таркана дома и в авто не слишком высок. Да и одеваться все любят, согласно моде. В целом, многие действительно за вступление в ЕС. Но при этом в Турции заметно снизилось количество потребляющих алкоголь, увеличилось число кафе, где не торгуют спиртным; пост соблюдают очень многие, причем со школьного времени. К слову, для турок (в основной массе) в этом аспекте нет разницы - они живут на исторической родине или за рубежом. Соблюдающие турки не определяются местом проживания. И в этом контексте четко просматривается, что духовно-разумное (чувственно-практическое) восприятие ислама происходит изнутри, а не по обязанности, не на основе «постановительных законов».
Таким образом, исламский фактор занимает очень важное место в турецком в обществе. И хотя на Западе популярен тезис об умеренной (неагрессивной) форме ислама в Турции, в реальности именно в этой стране часто сталкиваешься с истинной, внутренней верой. Следовательно, периодическая политизация религиозного ракурса в Турции носит явно инициированный характер, обусловленный перманентными геополитическими играми вокруг страны.
Религиозная ситуация вокруг нас
К сожалению, отношение к религиозному вопросу в нашей стране нередко принимает какие-то неадекватные формы, приводящие к искусственному противопоставлению в обществе «бородачей» (название-то какое смачное, напоминающее зону боевых действий) и «нормальных» (не соблюдающих). А все от отсутствия религиозной культуры, культуры диспутов и на глазах исчезающей толерантности. Поэтому для одних характерен страх перед религией в целом, а для других - нежелание воспринимать свободу высказываний (даже в минимальной форме) у проходящих мимо (причем не только атеистов, но нередко и своих же). Вообще нонсенс какой-то в наших обществах. Бум ненормальный с этим «покрытием», короткими брюками, бородой или призывами не слушать музыку. Чуть ли не мода, в результате чего вся красота и палитра красок ислама, внутренняя гармония от духовности, основанной на исполнении предписаний Всевышнего, остаются как бы «с краю». Коран неоднократно призывает к разуму, прощению, терпению, помощи, добру. Аллах - верховный судия. Но масса верующих часами может обсуждать, осуждать «ее» или «его», чье «поведение» не укладывается в рамки «их» мировоззрения, а с другой стороны, аналогичной обструкции подвергается та часть общества, позиционирующая себя «истинными верующими».
Одним словом, кто-то обсуждает наличие бретелек или мини-юбки, а другие - длину бороды и брюк, в прямом смысле опасаясь их «носителей». Но ни те, ни другие «умы» не воспринимают сути: «Нет принуждения в религии» (Коран), и Аллах «не создал тяжести для верующих» (Коран). Говоря другими словами, почти все слышат слова Аллаха, но каждый может выбрать свой путь в жизни самостоятельно. В любом случае верховный судия - лишь Аллах. Он и только Он волен давать оценку и принимать решение по каждому. Но нет этого понимания в обществах наших, к сожалению величайшему. Зато появилась болезнь другого рода: со стороны «считать» (воспринимать) верующими тех представительниц женского пола, кто покрыт. Что не может не настораживать.
В последнее время в ислам пришла целая когорта образованнейших, культурнейших девушек, пришла сердцем и разумом. Не моды ради и не из-за «проектируемого» замужества. Так вот некоторые из них не покрывают голову (различные причины есть для этого, неважно даже), посему в кругу верующих они не считаются «истинными мусульманками». А на другом полюсе - печальная картина иного рода: если в ислам приходит человек, начинающий совершать намаз и выполнять другие предписания Бога, но до этого, скажем, сильно пьющий (или нагулявшийся), масса лиц чуть ли не показывает на него пальцем: как его можно воспринять мусульманином? Возникает вопрос: понятие покаяния кануло в Лету? Как представляется, однако, дело в другом: общество не совсем адекватно воспринимает это слово. В целом, покаяние - это приход к Богу; человек просит прощения за грехи, постепенно начиная исполнять божественные предписания. И ничего противоестественного здесь нет. Что демонстрирует силу ислама, его важнейшее преимущество. Аллах ведет каждого своей дорогой, поэтому различный и постепенный характер может иметь приход к исламу - религии света и жизни, знаний, любви, активности. Нур Аллаха, мир, описанный в Коране - во имя человека, во имя личности!
Так вот неосознание этого приводит к явному водоразделу в обществе на «своих» и «чужих», когда происходит искусственное противопоставление частей электората друг другу. А это ослабляет как потенциал народа, так и внутриполитическую ситуацию в стране. По той причине, что заинтересованные силы извне могут попытаться инициировать дестабилизацию в государстве на основе «противостояния». Поэтому назревшей представляется необходимость предпринятия шагов, направленных в буквальном смысле на религиозное воспитание народа или даже на воспитание религиозной культуры. Здесь важны уже не только СМИ. Важнейшей задачей видится создание научных (аналитических) центров, в т.ч. мусульманской направленности, действующих в направлении не просто религиозного просвещения народа, а должных играть значительную роль в подготовке рекомендаций и предложений госструктурам.
Необходимость данного шага вызывается также и «внешними» причинами. Сегодня религия практически всем мировым политическим бомондом используется в русле геополитического фактора, являясь одной из направляющих в политико-экономической борьбе ведущих планетарных сил. Хотя внешне инициаторами шагов в религиозной сфере являются чаще всего государства, в целом воспринимаемые не как светские, за каждым таким шагом явно находятся геополитические интересы ведущих стран. Что подтвердила июньская конференция по межконфессиональному диалогу в Мекке, собравшей сотни мусульманских ученых и религиозных деятелей со всего мира, на которой было принято решение об учреждении Международного центра диалога цивилизаций для распространение культуры диалога по всему миру. С другой стороны, заинтересованные силы пытаются привлечь к лидерству в аспекте межрелигиозного диалога энерго- сырьевые страны. Особая активность фиксируется со стороны Казахстана, где в мае прошла международная научно-практическая конференция «Ислам: тенденции и перспективы развития в XXI в.» А на октябрь в Астане запланировано проведение международного форума «Общий мир: прогресс через разнообразие», что уже поддержано 57 странами-членами ОИК. В свою очередь Кыргызстан выступил с инициативой создания межгосударственного совета по делам религий в рамках СНГ или ЕврАзЭС.
А рядом - намерения иранского президента Махмуда Ахмадинеджада встретиться с Папой римским. Понимание складывающейся ситуации есть и в России. Так, при Высшей школе экономики в Москве планируется создание Центра исламской экономики и права. А на VIII Международных Лихачевских научных чтениях (Санкт-Петербург, 22-23 мая) замминистра иностранных дел России А.Яковенко, отметивший необходимость «сопрягать подходы к актуальным международным проблемам с базовыми ценностями основных мировых религий», подчеркнул, что важнейшую роль в этом процессе призваны сыграть межцивилизационный диалог и прежде всего его религиозная составляющая... Грамотное задействование религиозного фактора могло бы помочь в урегулировании региональных и межэтнических конфликтов». Так что осознание мировыми геополитическими центрами важности задействования религиозного фактора - налицо.
Вышеизложенное однозначно свидетельствует, что у Азербайджана есть все шансы играть более значительную роль в этом вопросе без давления с какой-либо стороны. И ориентиром здесь могут служить слова, сказанные Гейдаром Алиевым еще в 1998 г. на бакинском международном симпозиуме «Исламская цивилизация на Кавказе»: «Распространение и развитие ислама на Кавказе начинается с Азербайджана. Ислам принес народам Кавказа счастье, развитие, человеческие ценности, исламские ценности...Наша священная книга - Коран никогда не закладывала основу фундаментализма... Мы принимаем исламскую культуру, исламские духовные ценности как они есть в...Коране». Далее Г.Алиев подчеркивает следующее: «Азербайджан является мостом между Европой и Азией, между Западом и Востоком... Это имеет не только географический смысл, но и социально-экономический и политический... Поэтому в соответствии со своим географическим положением Азербайджан является страной, объединяющей западную цивилизацию с восточной - как с географической точки зрения, так и с духовной. Мы также очень высоко ценим эту нашу историческую миссию. Азербайджан - это независимое государство, объединяющее Восток и Запад, Европу и Азию, христианский мир с исламским, и в дальнейшем оно будет жить как независимое государство». После чего звучит важнейший вывод: «Азербайджан может быть на Кавказе центром исследований исламской цивилизации. Азербайджан имеет на это право... В Азербайджане можно создать подобный центр... Научные центры, ведущие исследования в этой области в других странах мира, проводят значительную работу о вкладе, который внес ислам в историю, общечеловеческую цивилизацию, о роли ислама в истории человечества».
Так вот сказанное Г.Алиевым 10 лет назад продолжает оставаться актуальным и на сегодня. Тем более что на основе слов Г.Алиева для азербайджанского общества назрела необходимость определить основные социокультурные приоритеты и свое место в исламском мире. Но в данном ракурсе не меньшее, если не большее значение, приобретает развитие внутренней ситуации в стране в религиозной сфере. Т.к. отсутствие религиозной культуры (культуры религиозного воспитания) приводит к постепенному отсутствию уважения друг к другу внутри государства, что не позволит сцементировать общество для решения глобальных внешнеполитических задач.
Теймур Атаев, политолог, teymur-ogtay@rambler.ru