<nobr>Пресс-секретарь</nobr> Росатома и

8 августа в 8.40 (время мск) в прямом эфире радиостанции Би-Би-Си состоялась краткая беседа сопредседателя группы «Экозащита!» Владимира Сливяка и пресс-секретаря Росатома Сергея Новикова. Впервые, представитель атомной промышленности признал, что при горении урана-238 3 июля в ЗАТО Лесной (Свердловская обл.) выделялся дым, что ранее категорически отрицали представители комбината «Электрохимприбор». По мнению специалистов из Лесного, никаких аэрозолей с радиоактивными продуктами горения не могло возникнуть в принципе, а следовательно радиация не могла проникнуть в атмосферу.

Со своей стороны, Владимир Сливяк заметил, что после посещения Лесного у него возникло ощущение, что на ЭХП вообще не брали проб, чтобы выяснить есть ли урановое загрязнение. В любом случае, экологам отказали в просьбе показать результаты исследований, а на вопрос были ли такие исследования проведены вообще, внятного ответа от специалистов ЭХП не последовало. Кроме того, Владимир Сливяк заявил, что экологам в Лесном попросту не дали ничего сделать, не смотря на выданные ранее Росатомом обещания.

«Нас завезли в закрытый город на машине, высадили там, где происходила беседа, а затем посадили в машину и вывезли обратно за колючую проволоку», — заявил Сливяк в эфире Би-Би-Си. Ранее, экологи сообщали, что им не дали взглянуть на предприятие даже издалека, а все время (около 2 часов), пока они находились в ЗАТО Лесной, за ними неотступно следовал сотрудник местных спецслужб, который не разрешил сделать фото даже обычной улицы в закрытом городе.

Также Владимир Сливяк подверг резкой критике выражение представителя Росатома о горении «нерадиоактивного» урана, ведь все известные науке урановые изотопы излучают радиацию.

В ответ на просьбу прокомментировать ситуацию, известный специалист по
радиационным вопросам, сотрудник Сибирского отделения РАН Сергей Пащенко назвал термин «саморазогрев урана», который, как завили на ЭХП, не вызвал никакого горения, ни чем иным, как «открытием пресс-службы ЭХП».

Остается лишь два вопроса: успели ли сотрудники комбината разогреть картошку на обед и можно ли теперь использовать саморазогревающиеся брикеты урана, скажем, для приготовления пищи в походных условиях?