Пролетая над гнездом цапли

В первый же день работы Санкт-Петербургского экономического форума московские каналы телевидения и радио каждый час повторяли новость о заключении крупнейшего для этого мероприятия соглашения между Республикой Калмыкия и НК «ЛУКОЙЛ» о строительстве у поселка Артезиан газоперерабатывающего комплекса (ГПК) стоимостью 3 млрд. долларов. Сырье для него должно поставляться с шельфовых месторождений, которые разрабатывает крупнейший в России частный нефтяной концерн.
Ничего нового для астраханцев в этом сообщении нет. В мае во время визита в область президента «ЛУКОЙЛа» Вагита Алекперова здесь появились и президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов с губернатором Волгоградской области Николаем Максютой. Это был приезд победителей. Астраханские СМИ поспешили объявить, что «ЛУКОЙЛ» выбрал Астрахань, но они-то точно знали, что «ЛУКОЙЛ» выбрал их регионы.
Как водится, сообщения о подписании соглашения как постфактум, так и предваряющие его были крайне противоречивыми, поверхностными, часто без понимания азов нефтегазового дела и с крайне некритичным отношением к приводимым цифрам капиталовложений, которые ну никак не вязались с прогнозируемыми объемами добычи. Чемпионами, как тоже водится, оказались астраханцы: «На геологоразведку и сопутствующие виды работ, сообщала одна из местных газет, потребуется 75 млрд. долларов, а на переработку и добычу нефти еще 22 млрд.». 97 млрд. долларов — это стоимость почти 1,5 млрд. баррелей или более 200 млн. метрических тонн нефти российской марки Urals (на 8 июня 2007г. — 65,63 доллара за баррель). Но ведь совокупные запасы лукойловских месторождений на каспийском шельфе в эти самые 200 млн. тонн (условного топлива) и оцениваются. А как же налоги, прибыль, стоимость транспортировки? Как быть с газом, который Россия даже с учетом транспортной составляющей продает европейским странам примерно в два раза дешевле (по паритету эквивалента), чем нефть, а цену его на внутреннем рынке, по крайней мере для населения, власть еще долго планирует держать регулируемой (то есть заниженной)? Как быть с официальными отечественными прогнозами на снижение мировых цен на черное золото (Urals) в ближайшие годы до 50 долл. за баррель?
Московские сообщения о планах вложения «ЛУКОЙЛом» в развитие своей инфраструктуры на северокаспийских месторождениях 21 млрд. долларов до 2017 г. выглядят более реалистичными. Но сам менеджмент компании до сих пор отнюдь не утверждал, что все эти деньги предназначены исключительно для строительства шельфовой и прибрежной инфраструктуры на Каспии.
Еще в конце января 2007 года на пресс-конференции в Москве вице-президент «ЛУКОЙЛа» Леонид Федун объявил, что для переработки добываемого на каспийском шельфе сырья компания планирует построить в ЮФО два газохимических комплекса. В качестве возможных мест для строительства он назвал площадки в Астраханской области и Ставропольском крае. Планы в отношении Ставрополья быстро подтвердились. В марте на одном из крупнейших среди себе подобных в России и Европе буденновском комбинате ООО «Ставролен» (открыт в 1981 г. под именем «Ставропольнефтехим») была в торжественной обстановке запущена линия по производству полипропилена. Предприятие входит в структуру «ЛУКОЙЛ-нефтехим». Сейчас же заявляется, что именно на «Ставролен» будут поставляться газовый конденсат и ШФЛУ (широкая фракция углеводородов), которые будут выделяться из смеси с каспийских месторождений «ЛУКОЙЛа». Для этого компания якобы собирается построить в Буденновске дополнительные перерабатывающие мощности на 600 млн. тонн в год. В качестве продукции называется этанол, хотя известно, что ШФЛУ является основным сырьем нефтехимической промышленности и применяется даже в производстве духов, а из конденсата можно получать бензин и дизельное топливо.
И поступать сырье в Буденновск должно именно из Артезиана. Как можно понять из все тех же многочисленных публикаций, к калмыцкому ГПК планируется подвести подводный трубопровод длиной в 50–70 км (стоимостью 2–3 млн. долларов за 1 км) от острова Ракушечный. По нему якобы должна подаваться смесь из нефти, газа и конденсата. На КПК ее будут разделять на эти составляющие и ШФЛУ. Одна часть нефти должна пойти по проложенной по Калмыкии в западном направлении врезке в трубу КТК, другая — на волгоградский НПЗ. Утверждается, что по нефтепроводу. Но такового сейчас не существует, а тянуть его 500 км из-за каких-нибудь 3–4 или чуть более млн. тонн в год едва ли возьмутся. Поэтому рискну предположить, будет использована железная дорога (из Артезиана в Волгоград через Астрахань). Кроме этого «разделительного» производства, «ЛУКОЙЛ» вроде бы собирается строить у Артезиана и некий «нефтехимический» комплекс. Сложно сказать, о чем на самом деле идет речь. Возможно, это просто неверно интерпретированное журналистами заявление руководства «ЛУКОЙЛа» о намерениях построить два нефтехимических комплекса в ЮФО — в Буденновске-то, мол, таковой уже существует, а значит, оба — в Калмыкии. На самом же деле топ-менеджеры компании могли иметь в виду под одной из новостроек расширение мощностей «Ставролена». Но если это предположение неверно, то рискну предположить, что в Артезиане будут оставлять часть конденсата для выработки из него автомобильного топлива. Возможно, речь идет и о сжиженном газе.
Объем же газа оценивается в 14 млрд. куб. м в год. Идет ли речь о сырце до входа в Артезианский комплекс или об отсушенном и отбензиненном (о проценте серововодорода в нем ничего не сообщается) — на выходе, не совсем ясно. А это, как говорят, две большие разницы. На АГК, например, добывается 12 млрд. куб. м сырого газа в год, а товарного из него получается только 6 млрд. Говорят, что лукойловский газ частично будет подаваться калмыцким потребителям, а в основном — в южном направлении по трубопроводам Газпрома. Речь в данном случае может идти о газопроводе Макат-Северный Кавказ, проходящем в непосредственной близости от Артезиана и АГПЗ-Камыш Бурун, проложенном по более западным районам республики. Но первый и сейчас в значительной степени загружен среднеазиатским и аксарайским газом, второй имеет большой процент резерва мощности, но в целом он изначально рассчитывался всего лишь на 3 млрд. куб. м в год.
Выбор Калмыкии вместо Астраханской области эксперты склонны объяснять географическими преимуществами. Пусть так, но они были известны изначально. Астраханская область и Калмыкия никуда за последние годы не переехали. Так почему же тогда именно астраханский регион вплоть до начала 2007 г. назывался лукойловскими топ-менеджерами в качестве места строительства ГПК? Более того, были разговоры и о возможности строительства здесь НПЗ (нефтеперерабатывающего завода). Так что вполне можно предположить, что в окончательный расклад вмешалась политика. Несколько лет назад у Калмыкии отняли оффшорную зону. Социально-экономическое положение в этом регионе ощутимо хуже, чем в Астраханской области. Федеральный центр вполне мог поправить руководство «ЛУКОЙЛа» и именно Калмыкии распределить ГПК.
С Волгоградом ясности больше. «ЛУКОЙЛ» имеет особо теплые отношения с этим регионом. Несколько лет назад в городе-герое поползли слухи о том, что компания собирается перевести дислокацию своих дочек из Волгограда в Астрахань. Так ее топ-менеджеров призвали объясниться в областной Думе. Ответ был однозначным: мы обещали сделать Волгоград своим центром на Юге России (то есть лишили своих астраханских, ростовских, саратовских дочек юридического лица, сделав их филиалами волгоградских) и сделали это.
А что же остается Астрахани? Техническое обеспечение добычи. То есть между здешней базой «ЛУКОЙЛа» и его платформами должны курсировать суда со сменами экипажей, расходными и комплектующими материалами, отработанным буровым шламом для его утилизации и т.д. Какова будет отдача от этого для экономики области и ее бюджета, сказать трудно. Скорее всего, основные деньги от разработки всего северокаспийского нефтегазового блока «ЛУКОЙЛа» пролетят мимо нас.
Остается лишь разобраться с лукойловскими заказами для местных верфей. На нашей памяти модернизация на «Красных баррикадах» в 1999 г. самоподъемной плавучей буровой установки западного производства, которая до этого работала (теперь уже и не упомнишь) то ли в Персидском, то ли в Мексиканском заливе. Здесь она получила новое имя — «Астра». Сейчас на «Астраханском корабеле» идет переделка так и не достроенной в советское время полупогружной плавучей буровой установки «Шельф-7» в стационарную платформу. Ясно, что таких платформ может понадобиться больше. Будут ли они буксироваться для модернизации в Астрахань и ее окрестности из далеких морей или строиться здесь с нуля — не ясно. Со вспомогательным флотом неясности еще больше. И уж конечно, судостроительные заказы по отношению к нашим верфям никакими инвестициями не являются. Потому что инвестиция (в данном случае) — это вложение денег в расширение производства. То есть, модернизируя тот же «Шельф-7», «ЛУКОЙЛ» инвестирует средства в развитие своей каспийской инфраструктуры, в астраханское судостроение — нет. А вот если бы он построил здесь, например, НПЗ — это было бы прямыми инвестициями в экономику Астраханской области. Но не случилось. Увы.

Рафаэль Ижбердеев