“Наиболее серьезным итогом пятидневной российско-грузинской войны стало появление на Южном Кавказе нового образования - Южной Осетии”, - заявил в начале нынешней недели на семинаре, посвященном ситуации в Южной Осетии и Абхазии, директор Кавказского института Александр Искандарян.
Известный политолог разъяснил, что в ходе многолетней войны за независимость в начале 1990-х Южная Осетия, в отличие от Абхазии и Нагорного Карабаха, не пострадала от этнических чисток, хотя ее населяли как осетины, так и грузины.
“Каждый, кто направлялся из Цхинвали во Владикавказ (столицы соответственно Южной Осетии, формально находящейся в Грузии, и Северной Осетии в России) должен был проезжать через грузинские села, и на автомобиле это можно было сделать только в условиях спокойной обстановки”, - сказал Искандарян. Он также отметил, что хотя Южная Осетия в правовом отношении могла быть приравнена к остальным непризнанным республикам, однако, в отличие от них, она не представляла собой целостного образования, поскольку осетинские власти не контролировали всю территорию. По мнению Искандаряна, ситуация кардинально изменилась после пятидневной войны, поскольку теперь в Южной Осетии грузин не осталось и в ближайшем будущем их там не будет.
“До недавнего времени грузин мог сесть на микроавтобус в Тбилиси и всего через полчаса оказаться в Южной Осетии, чтобы продать свои помидоры на цхинвальском рынке. Невозможно представить, чтобы азербайджанец вез гранаты на продажу из Гянджи в Степанакерт. Теперь так же невозможно представить, чтобы грузин поехал в Цхинвали”, - говорит Искандарян и заключает: “Всего лишь в нескольких часах езды от Армении появилось новое политическое образование”.
Далее, по мнению Искандаряна, возникает вопрос - существует ли такое образование как Южная Осетия или это – продолжение России: “Россия присутствовала, присутствует и будет присутствовать в Южной Осетии. Это факт, а что касается существовавших там грузинских анклавов, их больше нет. Осетинские беженцы, на которых тратятся большие средства, вернутся, и Южная Осетия станет моноэтнической республикой”.
Еще один вывод Искандаряна состоит в том, что несмотря на абсолютный военный успех России в Грузии, операции, проведенные там, показали также степень неэффективности российской военной машины.
“Победа России не стала сюрпризом, однако вызывает удивление то, как именно она была достигнута”, - говорит Искандарян, приводя в качестве примера тот факт, что не было предпринято попытки провести операцию по высадке в Цхинвали и что переброска войск из России на территорию Южной Осетии через Рокский тоннель заняла 18 часов, что, по мнению эксперта, слишком долго по военным стандартам.
Искандарян также сказал, что превосходство в воздухе стоило России четырех самолетов, включая бомбардировщик Ту-22, предназначенный для выявления и уничтожения дальних целей - таких, как авианосцы в открытом океане.
Аналитик объясняет эти неудачи устаревшей структурой российской армии и неэффективностью командной цепочки, требующей слишком много времени для принятия важных решений. К примеру, если командующий сухопутными силами хочет, чтобы в ходе операции была задействована авиация, он должен представить письменный доклад начальнику Генерального штаба, тот направит его министру обороны, а министр – Главнокомандующему, то есть президенту.
“И этот доклад должен быть представлен лично, что занимает много времени”, - объясняет Искандарян.
Несмотря на это, продолжает политолог, грузинская армия, которую в течение нескольких лет обучали американские инструкторы, оказалась парализованной сразу после того, как стало известно о продвижении российских войск, и этот паралич распространился на другие органы грузинской власти.
Искандарян считает, что ослабевшая Грузия – еще одно серьезное изменение в регионе: “Коллапс государственной системы не может длиться вечно. Россияне рано или поздно уйдут, дороги и мосты будут отстроены заново – американцы дадут деньги, украинцы – оборудование, однако имидж Грузии как эффективного государства, примера развития и демократии, разрушен”.
Ишханян Ваан, Ереван