Возрастает активность движения политического ландшафта в Германии. Свидетельством этого является и прошедший на прошлой неделе внеочередной съезд самой крупной в стране Социал-демократической партии Германии (СДПГ), ставший явной попыткой демонстрировать «планов своих громадье» - в этом форуме приняло участие почти 2,5 тысячи партийных активистов. Решения съезда не были неожиданностью: правление партии в подготовительный период не скупилось на пресс-конференции, поэтому исподволь формировалось мнение, что партийные стратеги действуют правильно, что вынесенные на съезд проекты следует поддержать.
Так и случилось. Без всяких сюрпризов и проволочек подавляющим большинством голосов председателем партии был избран Франц Мюнтеферинг, а кандидатом в канцлеры от СДПГ утвержден Франк-Вальтер Штайнмайер. Появление на вершине актива социал-демократов этих двух политиков - явление не ординарное для самой партии и весьма многозначное для политической погоды страны. К столь активному поиску стратегами этой партии новых «вождей» подтолкнули результаты земельных выборов, которые просигналили, что бюргеры начинают терять интерес к программам и практическим действиям СДПГ.
На земельных выборах в Гессене и Гамбурге, на которых двум основным соперникам за власть - СДПГ и ХДС (Христианско-демократический союз возглавляет Ангела Меркель) - не удалось набрать абсолютного большинства. Эти же выборы показали, что продолжает наступать Левая партия, сумевшая преодолеть в этих землях 5-процентный барьер. Нынешние левые - самая молодая партия Германии, появившаяся в результате объединения бывшей партии восточно-германских коммунистов (СЕПГ) и нескольких мелких партий левого толка Западной Германии. Свою направленность Левая партия обозначает как «демократический социализм», который она понимает, конечно, в ином ключе, нежели бывшая ее предшественника.
Правый вираж?
Некоторые аналитики высказывают мнение, что появление в должности председателя СДПГ Франца Мюнтеферинга свидетельствует о намерении этой партии еще больше сместиться вправо. Ведь он уже занимал этот пост, но затем ушел в отставку именно из-за разногласий с левым крылом своих однопартийцев. Мюнтеферинг вместе со Штайнмайером был автором реформ рынка труда, известным в Германии под названием «Агенда 2010» и разработанным еще при правительстве Шредера. Реформа, в частности, предусматривала сокращение пособий для безработных. Но левое крыло изначально отвергало ее как «предательство основных принципов социал-демократии», «поворот вправо» и отход от «социальной справедливости». Однако планами этой реформы продолжает пользоваться и нынешнее правительство, и она дает ощутимые результаты - безработица в стране уменьшается.
Неофициальные источники приписывают Мюнтерферингу и то, что под его влияние попал и министр финансов Пере Штайнбрюк, и именно он убедил его продвигать идею резкого ограничения в условиях экономического кризиса свобод немецких банков. Осуществляя единую антикризисную стратегию, выработанную Евросоюзом, правительство Германии утвердило пакет помощи немецким банкам в размере 480 млрд. евро - это самая большая величина среди стран ЕС. И вот теперь, как считается с подачи Мюнтерферинга, министр посмел покуситься на святая святых - менеджеров банков, требуя изменения системы их «вознаграждения за труд». Имеются в виду миллионные зарплаты руководителей банков, непомерно высокие отступные в случаях ухода менеджеров с поста (например, месячная зарплата банкиров ранга шефа Deutscht Bank составляет больше миллиона евро, а сумма бонусов, выплачиваемых за успешно проведенную биржевую операцию, может превышать половину такой суммы).
Несмотря на возраст (68 лет), Мюнтерферинг является энергичным бойцом, способным завести аудиторию и быстро парировать выпады политических оппонентов. Он и расчетливый стратег. Именно он был архитектором триумфальной победы Генриха Шредера над Гельмутом Колем 10 лет назад.
Ступени Штайнмайера
Появление такой фигуры, как нынешний министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер, в ранге кандидата в канцлеры сопряжено с возможностью вспышки в самых верхах политический элиты страны серьезнейших осложнений. Германия - парламентская республика. Кандидат партии или партийной коалиции, набравшей большинство в бундестаге, становится канцлером и формирует правительство. Однако парламентские выборы в Германии должны пройти только 27 сентября следующего года. Но фактически новый кандидат на высший пост, являясь министром и вице- канцлером, должен будет еще почти год работать в коалиционном правительстве под руководством Ангелы Меркель, которая тоже является кандидатом на этот же пост от блока ХДС/ХСС на следующих выборах. Возникла парадоксальная ситуация: как член кабинета, Штайнмайер должен проводить политику, которую определяет Меркель, а как кандидат на пост канцлера, - вести предвыборную борьбу, то есть критиковать политику Ангелы Меркель, ее стиль руководства и предлагать альтернативы. Возникает прямой конфликт интересов. Многие аналитики в связи с этим задаются весьма обоснованным вопросом: сумеет ли в таких условиях нынешняя правительственная коалиция продержаться до выборов и не предстоят ли в Германии досрочные выборы?
Возникла ситуация, какой в практике политических баталий страны никогда еще не было. И в оценке предвыборного потенциала пока что существует разброс мнений. И причина в том, что за год до очередных парламентских выборов Германия оказалась на пороге вполне возможного длительного политического паралича. В правительстве «большой коалиции» все чаще вспыхивают разногласия. Отношения между канцлером Меркель и вице-канцлером Штайнмайером давно уже напряженные. Оба ведущих политика неоднократно заявляли о существующих разногласиях. Так, Штайнмайер выступает за диалог с Москвой, а Меркель критикует российское руководство. Когда канцлер принимает Далай-ламу, министр иностранных дел заявляет о своем несогласии с ней.
Штайнмайер пока еще проигрывает Меркель по популярности (сегодня за него бы проголосовало 36%, а за Меркель - 51%). Но он добивается заметных успехов в осуществлении внешней политики страны. Штайнмайер блестящий организатор, мастер тихой дипломатии, виртуозно умеющий вести переговоры с глазу на глаз даже с очень сложными политиками. Он, проработавший много лет в правительстве Шредера, является не просто учеником бывшего канцлера. Во многом, прежде всего в своем экономическом прагматизме, он убежденный «шрёдерианец». Очень многое в нем напоминает его ментора. Однако теперь глава МИД вынужден будет уделять больше внимания не внешней, а внутренней политике.
Конечно, у Штайнмайера нет еще того опыта публичного оратора и бойца, который накопила Меркель. Нет у него еще и ее опыта отыскивать эффективные хода в столичных и международных интригах. Но он быстро набирает в политическом весе. Кроме того, Штайнмайер из той же берлинской конюшни, что и фрау канцлерин, да и нынешнее ведомство федерального канцлера он уже хорошо знает изнутри.
Еще летом казалось, что шансов достойно выступить на выборах у социал-демократов почти нет. Популярность партии стремительно падала. Однако, после того как у руля СДПГ встал тандем Мюнтеферинг-Штайнмайер, рейтинги партии в последние полтора месяца заметно улучшились, помог ей и финансовый кризис. Газета Financial Times Deutschland написала, что немецкие социал-демократы сделали эффективную кадровую рокировку, и ставший во главе этой партии тандем политических зубров способен наполнить партию новыми эффективными идеями. Рядовые избиратели разделяют жесткую политику СДПГ в отношении методов преодоления финансового кризиса. Штайнмайер это хорошо понимает и надеется привлечь тех, кто пострадал от обрушившегося на страну и мир кризиса. «Радикально-рыночная идеология, начало которой было положено при Маргарет Тэтчер и Рональде Рейгане, приказала долго жить», - заявил министр в своей 88-минутной речи на съезде. В этом выступлении Штайнмайер затронул и отношения с Россией: «Мы не должны изолировать эту страну». Ему принадлежит и идея находить компромиссы с малыми партиями и запрягать их в выполнение своих программ. «Успехи Германии, благополучие наших граждан стоят того, чтобы иногда поступаться принципами, важными лишь для партии, и отказываться от амбиций».
Для немецких политиков начался самый трудный и самый необычный по политической ситуации год.
Анатолий Дашкевич