Беседа с Владиславом Красновым
- Итак, почему победил Барак Обама, а не Джон Маккейн?
В истории каждой страны бывают моменты, когда хочется обновления. Метафизики называют такие моменты судьбоносными. Марксисты – переходом количества в новое качество. А люди верующие видят в этом перст Божий. Перестройка при Горбачёве была таким моментом для СССР. Сейчас настала очередь США. Избрание Маккейна могло только отложить крутые перемены. А Обама даже чисто физически олицетворяет новую Америку. Он взял обещанием «трансформации» американского общества. Поэтому выбрали его.
- Но ведь не все перемены к лучшему?
В том-то и дело, что люди всегда хотят перемен к лучшему, но иногда получается «как всегда» и даже хуже. Как в России в 1917-ом. И всё-таки желания перемен не остановишь.
- Не перерастёт ли это обновление в революцию?
Надеюсь, что нет. Во-первых, победа Обамы вписывается в эволюционный процесс. Афроамериканцы за последние сорок лет добились значительных успехов. Среди них есть и бизнесмены, и конгрессмены, и генералы и даже нынешний госсекретарь. Во-вторых, несмотря на экономический спад, общественное спокойствие в США сохраняется. И всё-таки некоторый риск есть.
- Какой именно?
Всякие перемены сопряжены с риском дестабилизации. Вот и перестройка так расшатала страну, что обрушилась не только советская система, но и советский блок, а страна распалась по этническому признаку. Программа реформ, о которой говорит Обама, больше походит на перестройку, чем на привычные реформы, которые все американские политики любят обещать. Обама же обещает радикальную «трансформацию»: и уменьшение налогов для всех, кроме богачей, и бесплатные медицинские услуги, и вообще «выровнять благосостояние» - “to spread the wealth around”, как он сказал. За что Маккейн сразу же обвинил его в социализме.
Как и Горбачёв, Обама обещает «трансформацию» якобы ради укрепления существующей системы, но результат может оказаться совсем другим.
- А не распадутся ли США, как СССР, на части? Не падёт ли сама система?
В США нет деления на регионы по этническому принципу и поэтому распад на части маловероятен. А общественно-политическая система зиждется на самой старой в мире действующей конституции и уже доказала свою живучесть. Но ничто не вечно. Гражданская война уже ставила США на грань существования. И всё-таки я не думаю, что сейчас США угрожают подобные потрясения. Но борьба чернокожей бедноты, других малоимущих меньшинств и безработных за хлеб и за свои права будет острой. И она может привести не только к классовым боям, но и стычкам на расовой, этнической и религиозной почве. Поэтому во внешней политике наверняка придётся пойти на уступки и отказаться от дорогостоящей стратегии однополярного мира.
- Но ведь американская система уже подорвана финансовым кризисом, в котором многие винят США?
В общем, правильно винят. Американцы сознают, что система подорвана авантюрами во внешней политике, войнами в Афганистане и в Ираке. Войны эти оказались во много раз дороже, чем прогнозировали. Система подорвана также спекулятивными махинациями крупных инвестиционных фирм, лоббирующих правительство. Отсюда дефицит в 455 миллиардов долларов, а государственный долг, в том числе Китаю, близок к 10 триллионам. Народ тоже в долгу. Отсюда дефолты необеспеченных ипотечных займов под недвижимость. Банкротятся инвестиционные фирмы и банки. Три автомобильных гиганта - Форд, Дженерал Моторс и Крайслер - запросили правительство выручить их из банкротства. Начался спад производства и рост безработицы. А это приведёт к обнищанию, прежде всего, чернокожего населения. И оно будет требовать пособий от Обамы, как от «своего». Обаме придётся балансировать, как канатоходцу. Положение, вероятно, ухудшится, и всем придётся затянуть пояса.
- Но не лучше ли бы было в кризисных условиях доверить страну более опытному Маккейну?
Нет, не согласен. Во-первых, Маккейну не удалось бы дистанцировать себя от Буша, одного из главных виновников нынешнего кризиса. Во-вторых, если бы победил Маккейн, при всей его опытности и патриотичности, его шансы на сплочение страны были бы гораздо хуже, чем у Обамы. К тому же, при Маккейне повысился бы риск внешних авантюр. Именно Обама подаёт надежду, что он сплотит страну, как некогда Линкольн или Рузвельт.
- А как избрание Обамы может сказаться на российско-американских отношениях?
Думаю, что, несмотря на предвыборную антироссийскую риторику, шансы на улучшение отношений при Обаме повысятся. Видный американский комментатор Джэйс Кэрролл накануне выборов опубликовал статью «Наше будущее с Россией». Он пишет, что именно Обама сможет трансформировать отношения с Россией в лучшую сторону. Мировой финансовый кризис, пишет Кэрролл, превратил «стратегическое партнёрство между Москвой и Вашингтоном» из желательного в необходимое.
Д-р Владислав Георгиевич Краснов - выпускник истфака МГУ, бывший профессор Монтерейского института международных исследований в Калифорнии, живет в Вашингтоне, где возглавляет ассоциацию американцев за дружбу с Россией «Добрая воля».