В институте стратегического анализа и прогноза (ИСАП КРСУ) состоялась встреча экспертов, посвящённая обсуждению последствий решения правительства КР о выводе базы Антитеррористической коалиции в «Манасе». Во встрече приняли участие экс-военный атташе Франции в Казахстане и Кыргызстане, генерал в отставке, преподаватель кафедры международных отношений КНУ имени Ж.Баласагына Ж. Кютлен, доцент КНУ имени Ж.Баласагына М. Н. Суюнбаев, профессор кафедры международных отношений КРСУ Н.М. Омаров, эксперт по военным вопросам, представитель журнала «Центральная Азия и Кавказ» в Кыргызстане Л.М.Бондарец.
Ж. Кютлен: Во-первых, если взять мою точку зрения француза по поводу принятого властями Кыргызстана решения о выводе базы, то я его не понимаю. Прежде всего, нас нужно было о нём предупредить и разговор на эту тему мог бы быть с нами до этого. Мы познакомились с соответствующей информацией из газет и телевидения. Никакое ведомство Кыргызстана нас до сих пор об этом не поставило в известность, как будто мы не существуем вообще. В смысле дипломатическом и в смысле ведомственном подобные действия свидетельствуют о недостатке в содействии с иностранными партнёрами.
Например, я слышал, что господин Саймонс, специальный представитель НАТО, встречался с властями, но никто не ставил его в известность о принятом решении. Вечером того же дня он докладывает послам и все говорили о том, что всё хорошо, всё нормально, надеемся на базу. Они выходят с ужина и по телевидению слышат решение о выводе базы.
Второй неприятный факт – календарь. Барак Обама официально вступает в должность президента США 20 января и решение Кыргызстана о выводе базы и для американской администрации, очевидно, оказалось неожиданным. Очевидно, ружьё, то есть решение о судьбе базы, было заряжено заранее, но выстрел происходит не тогда, когда надо. В связи с этим, хочу отметить, что такие важные внешнеполитические решения готовятся заранее, разговаривают с партнёрами и потом принимается решение. Также удивительно, что решение было заявлено за рубежом. И так вышло, что в том же сообщении было объявлено о выводе базы, и одновременно решение о денежной помощи Кыргызстану России. И кoнечно, для всех это показалось взаимосвязанными вещами. Вот это я считаю политической ошибкой.
Комментируя принятое решение, все посольства Запада ищут ответ на вопрос – в чём заключается такое важное влияние Владимира Путина на президента Кыргызстана, что он ему оказал медвежью услугу? По разным слухам есть несколько ответов на этот вопрос. Один из них, самый публичный - это угроза выслать всех кыргызов из России. И, конечно, есть и другие объяснения принятого решения, включая, в том числе, предстоящие президентские выборы.
Теперь хочу сказать о последствиях решения о выводе базы. Как бы ни была тут расставлена риторика, нужно вернуться к основной роли базы. Говорят o присутствии НАТО в Кыргызстане, в Центральной Азии. Но никакой базы НАТО в Центральной Азии нет до сих пор. База в Душанбе французская, в Термезе немцы. Тут американцы с другими странами из Антитеррористической коалиции.
Но не нужно забывать, о том, что Кыргызстан – член ООН и что есть резолюции ООН по Афганистану и есть договор о создании межнациональных сил в Кабуле и их поддержке мировым сообществом. Там много наций сидят во имя резолюции ООН. Вначале Антитеррористическая коалиция вела операции в Афганистане с поддержкой Кыргызстана, который вошёл в неё и коалиция расположила свою базу в Манасе. Но потом было решено, что коалиция будет тоже совершать воздушную поддержку сил ООН в Афганистане. И таким образом, база стала в то же время поддерживать тыл американских сил в Афганистане и оказывать воздушную поддержку всех наций ООН в этой стране. В этом смысле Хавьер Солана говорил и господин Морель это повторил, что как член ООН и коалиции Кыргызстан должен выполнять резолюцию ООН по Афганистану.
Можно даже предположить, что Кыргызстан выходит из борьбы против терроризма, что он не поддерживает Совет Безопасности. Вот так читается решение Кыргызстана в смысле международных отношений. Это сказано наверное, резко, но это правда.
Также решение вывести базу может лишить Кыргызстан части его международного влияния. Я приведу один пример. В интервью Би-би-си президент Бакиев сказал, что он согласен, чтобы в Кыргызстане проходили встречи Х. Карзая с представителями Талибана. Но как можно оценивать это предложение? Это предложение неосуществимо, потому что больше нет базы в Манасе и больше нет присутствия Кыргызстана в поддержке коалиции ООН, у него нет осуществимой политики, которая может это объяснить.
На Западе считают, что приняв решение о выводе базы, отказав в поддержке ООН, Кыргызстан ослабил свои позиции в борьбе против наркотиков, терроризма и стабильности региона. И тогда лучше понимается вторжение российской политики в дела этой нации.
Бондарец Л.М.: Я думаю, что решение о выводе базы было продиктовано совсем другими причинами. Если вы заметили, никто здесь не говорит о Евросоюзе, никто не говорит о НАТО, все говорят только об американцах. Я, например, сам противник того, чтобы находился здесь американский воинский контингент, особенно на тех условиях, на которых он сейчас здесь находится. Я постараюсь объяснить свою позицию. Первое. Это характер внешнеполитической деятельности США. Если вы заметили, что США везде, где они появляются, стремятся изменить существующую власть таким образом, чтобы эта власть была лояльная им и работала с их подачи, то есть, работала на них, даже в ущерб себе, как это сейчас происходит на Украине. Другие государства предпочитают работать с действующим правительством, а США готовы сменить правительство суверенной страны и употребляют для этого различные методы. И цветные революции -это только ягодки. Это мы прекрасно знаем. Это непосредственная агрессия, взять то же самое в Ираке. Будем прямо говорить, что это настоящая агрессия против независимого государства под надуманным предлогом. Причём политика Соединённых Штатов от смены власти не меняется. Ведь Югославию растерзали при демократах. Поэтому я ничего другого от прихода Обамы не жду. Демократы более красиво говорят, не такие, извините за выражение, прямолинейные как республиканцы. Во вторых, американцы очень неуважительно относятся к другим государствам, другим народам. Пример – Кыргызстан. Американцы не признали ни одного преступления, совершённого ими в Кыргызстане. В частности, в том, что были повреждены два самолёта, в том, что американский солдат застрелил гражданина нашей страны. Вы помните этот случай.
В третьих, неоднократно поднимался вопрос не только о должной оплате присутствия здесь американского воинского контингента, но и поднимался вопрос о том, чтобы переписать этот договор. Потому что нас не устраивают многие его положения, начиная с оплаты за аренду и кончая статусом американских военных. Солдаты, собственно говоря, преступники, которые давят наших граждан машинами, насилуют наших девушек и молодых женщин и при этом, пользуются дипломатической неприкосновенностью. Почему не судили солдата, который застрелил человека? И до сих пор всё это замяли, увезли его. Это всё накапливается, это всё видно! Если я в своё время принимал присягу - защищать свой народ и думал прежде всего, не о своей личной жизни, я поклялся не жалеть своей крови и личной жизни для защиты своей Родины, то они сначала стреляют, чтобы сохранить свою жизнь, не думая о тех гражданских людях. В Ираке они просто брали и расстреливали движущиеся машины с иракскими мирными жителями.
Следующий момент. Сами действия Соединённых Штатов в Афганистане. Ведь мы прекрасно видим, что они вначале обещали изгнать Талибан, а потом начать восстановление Афганистана. Прошло восемь лет, что сделано в этом плане? Ничего.
М. Суюнбаев: налажено производство наркотиков.
Л.М.Бондарец: Да! По поводу наркотиков. Ведь в 2001 году производство наркотиков в Афганистане было минимальным. С приходом Соединённых Штатов ежегодно производство наркотиков стало расти в геометрической прогрессии. И ничего против этого американцы не делают. Абсолютно ничего, а поток наркотиков идёт сюда. По последним данным только в Киргизии 26 тысяч наркозависимых. Понимаете? Сколько преступлений совершается на почве наркотиков! США не признают право одних государств сотрудничать с другими, иметь других партнёров. В частности, помощник ныне действующего госсекретаря США заявил, что США не признают интересы России в этом регионе. А это значит, что Кыргызстан должен сотрудничать только с Соединёнными Штатами, несмотря на то, что он входит в ОДКБ и ШОС.
Ж.Кютлен: Я думаю, что у Кыргызстана есть обязательства на международной арене, но в то же время могу понять, что накапливались недоразумения в ежедневных отношениях а также с эволюцией статуса базы. Это разные инциденты, финансовые разногласия, и то что можно назвать перебарщиванием сил, которые находятся на базе « Манас». Их нужно различать. Например, если американцы просят, как я читал, аренду на 30 лет, то это можно считать личной политикой США, не связанной с Афганистаном.
Существует дипломатический выход из сложившейся ситуации в интересах Кыргызстана. Это значит, что надо прямо сказать американцам о том, что статус базы должен строиться на временной основе, на время существования коалиции. Это основа договора. Если теперь возникли сомнения по поводу его содержания, можно построить этот документ на основе резолюции ООН, просить переписать договор, чтобы он был напрямую связан с ролью Кыргызстана в борьбе с международным терроризмом и ничем иным, чтобы он выражал поддержку Кыргызстаном борьбы ООН против терроризма в Афганистане.
В договоре следует чётко оговорить функции и действия базы, в частности, что она предназначена для транспортировки грузов и живой силы в Афганистан, дозаправки самолётов коалиции. То есть выход, который даст Кыргызстану возможность выполнять международные обязательства по борьбе с международным терроризмом.
У США в отдельных районах есть свои интересы, это правда. Они их реализуют через политику влияния, которое часто сильное и каждый может ей противоречить. В НАТО США хотят играть лидирующую роль: это понятно, но не значит, что с этим следует соглашаться. Вы видели, что они не получили поддержку своих союзников по поводу Ирака. Три страны – Франция, Германия и Бельгия – просто поставили вето. Посмотрите, после Андижана – узбеки сказали им - уйдите и они ушли. США, так же как и Россия, имеет региональную мощь и её употребляет. У Евросоюза и Китая – другие политические облики. Я согласен с тем, что США, особенно его предыдущая администрация, не всегда в достаточной степени проявляли уважения к своим партнёрам и не умеют просто организовать человеческие связи. Не забудьте, что это происходит у них не только с вами. Они имеют проблемы у самих себя, в своём обществе. Я также согласен с тем, что они не поняли, что надо подписать новый договор. Но различных проблем очень много и нельзя обвинять США во всех пороках планеты. Есть также немало для нас проблем и в Афганистане. Что там можно сделать, если власть не пользуется поддержкой населения? Я согласен с тем, что вы говорите о наркотиках. Это большая проблема, но эту проблему нужно решать усилением регионального сотрудничества. Мы очень хорошо работаем с Россией и нужно эту работу усилить за счёт более активного вовлечения в неё американцев. ОДКБ не ответ. Это только часть ответа. Вам нужно сильное вертикальное партнёрство. А мы должны наладить горизонтальное сотрудничество между Россией и Европой.
Л.М.Бондарец: Эти причины, которые я назвал, в совокупности создают здесь такой негативный облик Соединённых Штатов. Кроме того, мы прекрасно понимаем, что США конкурируют с Россией и Китаем. Но извините, здесь в 2005 году численность американского посольства перед мартовскими событиями увеличилась с 40 до 160 человек. В 2006 году отсюда были выдворены два дипломатических работника за деятельность, несовместимую со статусом дипломатов, которые по моим сведениям настраивали людей на новые митинги, на новые массовые выступления против власти. Теперь, конечно, вывод базы повлияет на ситуацию в Афганистане. Но я думаю, что кроме Соединённых Штатов в коалиции действуют и другие государства. Сейчас правильный путь для Кыргызстана – вывести эту базу и заключить соответствующий договор с другими государствами коалиции.
Ж.Кютлен: Я должен сказать о том, что другие страны-участники коалиции не смогут остаться на базе без США. Почему? Потому что в данное время только две страны предоставляют коалиции самолёты- заправщики. Это США и Франция. Для их минимальной поддержки есть определённая критическая масса, которая на базе определяет роль США и других стран. Например, Франция сейчас имеет свои самолёты в Душанбе, с которым у нас есть постоянный стабильный договор. Они оказывают тыловую поддержку, перевозят грузы, военный персонал. А заправщики находятся в Манасе. Их тут максимум один или два стоят. Их обслуживает 50 -70 человек. Но что интересно, это то, что у США базируются здесь 8 или 12 этих заправщиков. Это значит, что именно американцы обеспечивают техническую деятельность базы. То есть, не нужно даже и мечтать, о том, что персонал некоторых стран здесь останется без американцев. Это невозможно по чисто техническим, а не политическим причинам. Следовательно, возможность заключения договора без участия США минимальна. Это техническая и финансовая иллюзии, которые некоторые поддерживают.
Л.М. Бондарец: это может выполнить Евросоюз.
Ж.Кютлен: Евросоюз не в состоянии чинить все пороки мира. У нас уже давно несколько тысяч людей находятся в Югославии. Если США уйдут, то кто здесь останется? Они нужны здесь для борьбы с террористами в Афганистане. Другое дело, что их нужно сдерживать для того, чтобы они вели себя нормально. И они нужны России. Если бы их не было бы в Афганистане, то поддержка региональной стабильности была бы затруднена.
Н. М. Омаров: 15 - го марта здесь был представитель Европейского Союза Пьер Морель. У меня была персональная встреча с ним. Он просил меня и М. Иманалиева встретиться с ним. Как раз шёл разговор о базе. Во-первых, он выразил ту же самую позицию о которой мы здесь говорили - об абсолютном непонимании и неожиданности вот этого заявления о базе. Во вторых, он совершенно чётко обозначил позицию Евросоюза. Дело в том, что Евросоюз не готов и не будет брать на себя так сказать, функцию замещения. Это однозначно, это совершенно чёткая позиция. В третьих, отсутствие чёткого объяснения позиции Кыргызстана по данному вопросу, потому что до этого он встречался с премьер – министром, потом после нас поехал к спикеру, до нас встречался с министром иностранных дел, и все опять же сводили разговор к Иванову, ещё к каким- то непонятным вещам, к экономике. Никто чётко не сказал, а в итоге наша позиция по крайней мере, была такая, которая не имеет никакого отношения к национальным интересам Кыргызстана.
Надо находить какой-то сбалансированный вариант для выхода из этой ситуации, потому что правильно, как здесь уже говорил господин генерал, если американцы лезут не туда куда надо, те же 30летние аренды и прочее, то их надо бить по рукам. Но где касается конкретных вещей и обязательств Кыргызстана, надо их выполнять. Вот и всё. Ситуация только такая, потому что иначе, в политике Кыргызстана доминирует та же самая несубъектность. Мы много говорили о том, что государства Центральной Азии уже давно потеряли свою субъектность и вот эти вещи это подтверждают. То есть, они не могут самостоятельно принимать и реализовывать внешнеполитические решения. Моя позиция такова.
М.Суюнбаев: Если мы говорим о политике, то надо говорить не о симпатиях или антипатиях, надо говорить о национальных интересах и надо говорить об искусстве возможного. Я думаю, всё-таки, что и то негативное, связанное конкретно с деятельностью базы, оно ведь произошло с нашего согласия и продолжает оставаться с нашего согласия. Кто мешал настаивать на нормальном статусе военнослужащих базы? В 2001 году, в 2006 году, когда шёл торг, никто не мешал. Теперь эти разговоры о сбросе топлива. Беда в том, что власти об этом молчали, а говорили так называемые эксперты и журналисты и даже некоторые должностные лица. Восьмой год эта база существует, а у нас в законодательстве как нет статей, которые регламентировали бы сброс авиатоплива, так и нет. Кто нам мешал принять законодательство, которое регламентировало бы – сколько надо платить штрафов за сбросы топлива? Мы ничего как не делали, так и не делаем. То есть, на самом деле, не надо здесь видеть вину только данной техники, вредных американцев. Мы во многих вещах сами виноваты. Теперь вот здесь мы слушали антиамериканскую и проевропейскую и прозападную позиции в целом. Я всё- таки хотел бы проанализировать это событие с точки зрения национальных интересов Кыргызстана. Я думаю, что для реализации национальных интересов Кыргызстана, наличие достаточно серьёзного западного вектора кыргызской внешней политики очень важно и нужно. И я, кстати, считаю, что в этом смысле действительно, что США и весь Запад и даже более того, даже не самая желательная часть Запада, для Кыргызстана необходима. И с этой точки зрения, наши действия по базе, тем более с такими дипломатическими последствиями ущерба для имиджа Кыргызстана, я думаю, это очень плохо. Недавно у меня вышла статья. Я там написал – действительно, во-первых, не надо было заявления о выводе базы делать не в Бишкеке, и во-вторых, это заявление надо было делать на месяц раньше. То есть, если считать это таким сильным жестом, то надо было его делать в адрес предыдущей администрации США. Хотя, если исходить из презумпции невиновности, администрация Обамы ни в чём не виновата. Почему я считаю присутствие Запада в Кыргызстане полезно? Я считаю, что для нас более предпочтительно, чтобы это было европейское присутствие, потому что всё-таки усиление присутствия России и Китая в рамках ШОС ведёт к снижению стандартов демократии. Мы уже привыкли к тому, что когда у нас проходят выборы, на них приглашают наблюдателей ШОС. У них, по их отчётам и оценкам, всё было хорошо, хотя мы знаем прекрасно, что не всегда всё так хорошо. То есть, в конечном счёте, усиление влияния России и Китая, которое имеет и позитивные моменты, оно всё-таки несёт и некоторые негативные последствия. Поэтому, я думаю, не только присутствие, но и расширение присутствия Запада в лице Европы для нас было бы очень хорошо. Я уже не говорю о том, что Россия не в состоянии хоть как –то сдерживать растущее китайское влияние. Она у себя на Дальнем Востоке не может его сдержать. Поэтому, с этой точки зрения, присутствие Запада, и конкретно не только США, но и Европы, было бы для Кыргызстана полезным.
Если говорить в целом, то вывод этой базы ведёт к тому, что наша внешняя политика становится менее многовекторной. И несмотря на все заклинания моего друга А. Князева против многовекторности в политике Кыргызстана, я с ним абсолютно не согласен. На самом деле многовекторность во внешней политике так же важна и полезна как многоукладность экономики для экономического развития, так же как биологическое разнообразие для экологической устойчивости.
С моей точки зрения, чем меньше существует у страны возможностей для манёвра, тем у неё менее гибкие условия для внешней политики. В связи с этим, я думаю, что если решение о выводе базы будет реализовано, то оно, безусловно, станет большой потерей для Кыргызстана во внешней политике. Поэтому я всё-таки считаю, что нам выгодно сохранять сложившуюся ситуацию с тем, чтобы сохранить у нас пребывание Запада. При всём при этом, я не зацикливаюсь на американцах в Кыргызстане, более того, считаю, что возможности для сохранения базы не потеряны. Я считаю прекрасным, что президент подписал закон, потому что это даёт возможность для заключения нормального договора, где статус военных будет другой. Если бы не было денонсирования, то эта ситуация просто продолжалась бы. Поэтому, времени достаточно много. Даже для американцев для того, чтобы отдать под суд этого сержанта, достигнуть договорённости по арендной оплате базы. Теперь относительно версии того, почему власти Кыргызстана пошли на принятие подобного решения, хочу сказать, в дополнение того, что сказал Н. Омаров. Как говорится, нужно искать наиболее простое объяснение. Мне кажется, что это связано с предстоящими выборами главы государства, когда одним выстрелом убивается несколько зайцев. Первое. Это большой козырь Бакиева - два миллиарда долларов, которые Кыргызстан должен получить у России. Главное, что Бакиев сделал то, что от него зависело и в принципе это хороший козырь за голоса избирателей. Второй заяц, который убит этим выстрелом, и это не секрет, связан с тем, что в последние пять лет значительно усилились антиамериканские настроения среди избирателей. Это одновременно работает именно в этом направлении. Теперь почему это решение не прошло через систему обсуждения его обществом. Я думаю, что это как раз связано с особенностями внутриполитического устройства не только России, но и всех других постсоветских стран. На самом деле это не больше, чем какое -то большое Косово. Внешняя политика вырабатывается Администрацией президента и именно, я так думаю, что это решение было принято исходя не из внешнеполитических соображений, а исходя из соображений внутриполитических. Поэтому оно выглядит так нелогично с точки зрения нашей политики. Я хотел бы сказать, что на самом деле здесь мы видим конфликт интересов национальных, скажем с интересами существующей власти. Но на самом деле, я так думаю, всё- таки можно найти здесь решение, в котором интересы нынешней администрации США и национальные интересы Кыргызстана будут в значительной мере совмещены. Я хотел бы, чтобы мы как раз бы обсуждали эти моменты.
Л.М. Бондарец: Я полностью с М. Суюнбаевым согласен, что внутренние причины сыграли своё значение. С господином Кютленом согласен полностью, что Европейский Союз стал заложником взаимоотношений между США и Кыргызстаном. Но тем не менее, почему вдруг это решение стало неожиданным? Ведь ещё в 2005 году Бакиев заявлял, не будем далеко ходить, и в феврале 2008 года повторил, что мы будем ставить вопрос о выводе американской базы. Все это пропустили мимо ушей, и США пропустили, и ЕС пропустил, а для нас стало неожиданным. Это не было неожиданным его решение. Теперь второй вопрос – кредиты российские. Вы поймите одну простую вещь – если Россия не обеспечит строительства Камбараты, к ней будет точно такое же отношение как сейчас к американцам. Эти кредиты получили очень большой политический и международный резонанс и их связывают с решением о выводе базы.
Поэтому, если Россия не сделает Камбарату, к ней отношение будет точно такое же как сейчас к Америке, она потеряет лицо.
М.Н. Суюнбаев: Есть ещё один важный момент. Я думаю, представители российской политической элиты и эксперты сообщества, и все люди, которые однозначно требуют вывода американской базы, не составляют большинства. Просто на этом этапе переговоров с Россией мне кажется, они оказались в нужное время и в нужном месте. И как-то в данном случае их точка зрения оказалась более значимой. Но если говорить о национальных интересах, то и в национальных интересах Кыргызстана и России тоже важно, чтобы Запад присутствовал. Потому что Россия в одиночку сдержать рост китайского влияния не в состоянии.
Л.М.Бондарец: Разве я сказал, что нужно отсюда убирать Запад, разве я сказал, что здесь нужно присутствие только лишь России? Мы должны развивать сотрудничество со всеми странами и в том числе и с Китаем тоже, так как он наш сосед, мы с ним граничим.
М.Н.Суюнбаев: А я не говорю, что с ним не надо развивать отношения. Просто Китай настолько экономически и демографически избыточен, что рост китайского влияния происходит естественным образом. Представьте себе, что будет построена железная дорога из Кашгара в Узбекистан. Китайское экономическое и демографическое присутствие может увеличиться на порядок, а политика, вы знаете, есть продолжение экономики. Это означает, что недемократические стандарты в нашем обществе будут ещё более усилены.
Л.М. Бондарец: А кто в этом виноват? Мы же сами и виноваты. Мы должны ставить условия. Если вы строите дорогу, то на таких то и таких то условиях. Иначе это будет угрожать нашей безопасности.
М. Н. Суюнбаев: Мы входим в ВТО. Согласно им, наши возможности регулировать приток товаров из Китая очень ограничены. Было бы важно для баланса вообще и с точки зрения, скажем, улучшения общественной и политической ситуации в Кыргызстане, присутствие Запада. Проблема заключается в том, что мы слишком сильно удалены от Запада, чтобы наладить сколько- ни будь серьёзные экономические связи. Утрируя, можно сказать, что мы нашу немытую шерсть и нечёсаный хлопок не можем продать не только в Америке, но и в Европе. А вот военные связи, они как бы, не связаны с экономической выгодой. Именно военное и культурное присутствие Запада и Европы более вероятны, чем скажем, чисто экономическое. И получается так, что мы теряем практически как бы военную сферу их присутствия в Кыргызстане.
М.Н. Суюнбаев: У меня к вам вопрос. Вы сказали, что эти заправщики есть только у американцев и французов. Почему, тем не менее, если американцы уйдут, то базы не будет?
Ж. Кютлен: Потому что, для нормального функционирования базы, нужны финансовые средства, средства коммуникаций, нужно иметь топливо, склады, нужна охрана, кухня, технические отделы, нужен медицинский персонал. Значит, только для того, чтобы обеспечить обслуживание только нескольких самолётов, необходимо несколько сот человек. А это могут сделать только американцы.
М.Н. Суюнбаев: Я по другому задам вопрос. Если американцы упрутся, не будут отдавать под суд сержанта, не захотят изменить статус нахождения здесь своих военнослужащих, то может быть так, что они оплачивают функционирование авиабазы, а оператором будут французы?
Ж.Кютлен: Нет. Франция не сможет брать в таком случае на себя ответственность. Почему? Потому что база имеет два назначения: это точка тыловой поддержки сил США и некоторых стран коалиции, как например, Испания. Манас – это как Термез для Германии или Душанбе для Франции. Во-вторых, база запасников, а большинство из них американцы, и потому без США здесь обойтись невозможно.
Омаров М.Н.