Энергетическая безопасность как приоритет, безусловно, будет сохраняться на протяжении всего периода председательства России в «восьмерке». А что касается усилившейся критики в наш адрес и препон, то, я думаю, они будут носить лишь информационный характер, и ничего более.
Другое дело, что параллельно страны Запада, и в первую очередь, Европа, с которой у нас энергетическое сотрудничество наиболее развито, будет пытаться вести энергетический диалог с Россией, в том числе, в рамках «большой восьмерки» таким образом, чтобы добиться для себя определенных односторонних преимуществ. И во многом нивелировать те выгоды, которые получает сегодня Россия, обладая существенными запасами энергетических ресурсов, а также в одностороннем порядке контролируя энергетическую инфраструктуру.
Вот, попытки допустить Евросоюз к косвенному контролю над экспортной инфраструктурой, а также допустить Евросоюз, опять же, косвенно, к процессу принятия решений по направлению экспортных энергетических потоков — это реально будет. И это развивается уже сейчас. Мы видели огромное давление со стороны европейцев на первой встрече министров финансов «восьмерки» в феврале в Москве, когда они требовали от нас ратифицировать Договор к Энергетической хартии и подписаться под транзитным договором. Вот это, конечно же, будет, но я не думаю, что с учетом нынешней политической конъюнктуры Россия уступит этому давлению.
Наоборот, российская политика, выраженная в концепции энергетической сверхдержавы, как бы мы к ней не относились, предполагает односторонний российский контроль над экспортной инфрастуктурой, и тем самым получение как экономических, так и политических выгод от этого одностороннего контроля.
Но, тем не менее, давление Запада на Россию будет продолжаться, но это не испортит, если можно так выразиться, председательство России в «большой восьмерки» и не подорвет его.
Ведь Западу некуда идти, кроме как к России, и кроме как к постсоветским энергетическим ресурсам. Поскольку, если мы возьмем остальные регионы, то они, как правило, приходятся на расширенный Ближний Восток, на регион Персидского залива, Иран и Северную Африку, а эти страны, как известно, характеризуются все большей и большей нестабильностью. И, в принципе, не исключено, что через
Дмитрий Суслов, заместитель директора Совета по внешней и оборонной политике.