«Большая восьмерка» имеет два аспекта. Аспект политический состоит в том, что это квазимировое правительство, которое определяет некоторые стратегические моменты глобализации и, собственно, определяет позицию Запада по отношению, например, к исламскому миру. И в этом смысле членство в «большой восьмерке» означает участие в противостоянии Запада и Востока, или Севера и Юга. И это — одна из самых больших претензий антиглобалистов и альтеглобалистов к «большой восьмерке», как к международному институту.
С другой стороны, есть чисто экономический аспект. Как мы знаем, Россию не пускают в финансовые подразделения «большой восьмерки», она остается местом активности только семи стран. И это очень сильно президента Путина обижает, поэтому он пытается упрочить свое влияние. Но понятно, что экономический вес России при нынешней экономической системе несопоставим с заявленным уровнем одной из наиболее развитых держав. И, я думаю, в этом смысле вес России будет только уменьшаться.
Та повестка дня, которую сейчас выдвинул Путин — энергетическая безопасность — это как раз такая судорожная попытка взять ту тему, где Россия
Понятно, что заявленная повестка саммита — это личная попытка Владимира Путина самоутвердиться на мировой арене. Думаю, что она ни к чему не приведет, потому что люди смотрят не на паспорт, а на то, что мы из себя реально на данный момент представляем. И пока мы радикально не изменим нашу экономическую политику, не изменим вектор нашего развития, мы не сможем играть ту роль, которую играют другие страны в «большой восьмерке».