Предыдущая статья

Олег Орлов: «Если Россия переступает определенную черту, Западу становится опасно иметь такого партнера и соседа»

Следующая статья
Поделиться
Оценка

С моей точки зрения, место России в «большой восьмерке» обусловлено наличием в ней энергоресурсов, в которых крайне заинтересован Запад. И в западном мире возникает определенный нравственный конфликт: с одной стороны — есть претензии к России по гуманитарным вопросам, по поводу ущемления прав человека, с другой — экономическая заинтересованность. И, к сожалению, мы видим, что в отношениях демократических стран и России превалируют на самом деле интересы коммерции и бизнеса в ущерб идеологии демократии и прав человека.

- Во время председательствования России в «большой восьмерке» будут ли общественные организации западных стран выдвигать претензии к России по поводу атаки государства на российские неправительственные организации? Не проводите ли Вы консультации по этому поводу?

Наши коллеги и партнеры в Европе и США, я имею в виду неправительственные организации, много и постоянно говорят о ситуации с правами человека в России вообще и сейчас, конкретно, об этой ситуации с НПО. Во всех их пресс-конференциях и выступлениях, касающихся России, во всех публичных обращениях к руководству «восьмерки» этот мотив постоянно присутствует. И я думаю, что в этом плане они и дальше будут оказывать давление на свои правительства. Это, безусловно, будет. Другое дело, насколько это давление будет эффективным.

Однако, все-таки я думаю, что правительства тех стран, которые, очевидно, не хотят высказывать определенные претензии России, под давлением общественности будут вынуждены это делать. На Западе они просто не могут это замалчивать. А потом, в демократических странах просыпается определенное чувство самосохранения. Потому что вполне очевидно, что если в России не будет оппозиционных партий, не будет альтернативных выборов, а теперь еще и задавят общественные организации, то как с этой страной Запад сможет работать? Ему же будет тяжелее! В конце концов, есть некоторый предел, за которым у них начинает просыпаться чувство самосохранения. Если Россия переступает определенную черту и скатывается в авторитаризм, им становится опасно иметь такого партнера и соседа.