Игорь Панарин: «Можно констатировать, что четкой позиции у России относительно Украины сегодня нет».

- Украина является сегодня троянским конем в СНГ, и я бы обратил внимание на то, что после проблем США на территории Ирака Британия стала более активно действовать на постсоветском пространстве, и награждение президента Виктора Ющенко в Лондоне такой символической наградой — это жест, который говорит о том, что именно Британия пытается сегодня стать ведущим игроком на постсоветском пространстве и блокировать любые попытки интеграции этого пространства.

Мне кажется, что Ющенко, рейтинг которого значительно упал за последние несколько месяцев в результате коррупционных скандалов, отставки генпрокурора Пискуна, похождений его сына и ряда других событий, практически превратился в «хромую утку». Поэтому возникает вопрос о возможности его досрочной отставки и, конечно, поддержка Британии и стоящих за ней мощных транснациональных структур очень важна для сохранения Ющенко на посту президента Украины.

Тем самым Британия демонстрирует, что она будет пытаться активно вмешиваться в геополитические процессы на европейском пространстве. Тем более, что Тони Блэр сейчас пытается использовать все возможности для своего лидерства в рамках ЕС на определенном временном интервале.

- А российскую политику в отношении Украины Вы как можете охарактеризовать?

Она хаотична. И я бы хотел подчеркнуть, что в сентябре я был в Киеве и  выступал перед представителями высшей политической элиты Украины. Там были депутаты Верховной Рады и сотрудники секретариата президента Ющенко, представители всех спецслужб Украины, бизнес-структур и СМИ. Также там были представители всех противоборствующих кланов на Украине — представители Тимошенко и Ющенко, а также альтернативных им оппозиционных сил. И основная мысль, которая сквозила в ходе диалога после моего доклада и выступлений других участников, а также в ходе неформальных встреч, заключалась в следующем: какую же позицию имеет Россия по отношению к Украине? И каждый участник диалога пытался ее понять.

К сожалению, можно констатировать, что  четкой позиции у России в общем-то и нет. И я сформулировал лично свою позицию. Она была принята к рассмотрению всеми участниками процесса и заключается  в том, что Россия должна делать ставку не на какую-то конкретную политическую силу на Украине, а четко выстроить систему российских приоритетов — геополитических, экономических, информационных. И требовать от всех политических сил Украины их выполнения.

Первый принцип, это, прежде всего, категорически не допустить вступления Украины в НАТО. К сожалению, этот принцип не соблюдается, и, с моей точки зрения, как только руководство Украины, любое, действующее или оппозиционное, потому что я думаю, что на Украине все-таки произойдет смена политической власти после мартовских выборов, начнет это стремление реализовывать, нам надо тут же будет ему противостоять.

Вот, на днях министр обороны Украины, господин Гриценко, заявил, что Украина готова вступить в НАТО до 2008 года…

- Однако Яап де Хооп Схеффер, генсек НАТО, недавно посетивший Украину, к подобным заявлениям относится скептически…

Это, конечно, так. Но когда подобные заявления следуют от министра обороны Украины, значит, они должны получать резкий демарш со стороны России, и прежде всего потому, что вступление Украины в НАТО автоматически ведет к ликвидации баз Черноморского флота, которые там, как определено соответствующим договором, должны располагаться до 2017 года.

Но прошло несколько дней, и никакой реакции российских властей на заявление Гриценко не следует. И это, с моей точки зрения, неправильно. Я считаю, что мы такие заявления должны делать немедленно, причем они должны быть жесткие — со стороны министра обороны России и других официальных структур. Одновременно эти заявления должны сопровождаться мощными экономическими действиями. Ведь у нас гораздо больше рычагов воздействия на Украину, чем непонятная премия Британии для господина Ющенко.

Практически можно констатировать, что Украина полностью экономически зависит от любых наших сильных действий. Но, к сожалению, ни одного действия не происходит. И в данном контексте это вызывает недоумение. То есть, мы должны буквально блокировать любые такие заявления на самых ранних фазах.

Вторая информационная наша линия — это русский язык и возможность распространения информации на русском языке. Вот я был в Крыму летом и могу подтвердить, что в южных районах Украины не принимается российское телевидение. Я предлагаю построить в городе Темрюк ретрансляционный пункт, стоимость которого составит всего 300 тыс. долларов, и тогда вся южная часть Украины и Крым будут принимать российские телеканалы. Непонятно, прочему это не сделано до сих пор.

Россия должна занять жесткую дипломатическую и экономическую позицию по отношению к информационному пространству Украины по вытеснению из этого пространства антироссийских проявлений, которые должны быть жестко блокированы. Ведь есть не только проблема русского языка, есть выпады против России, которым никто не препятствует. Нет системной государственной политики в этом отношении.

Третий момент — экономический. Он заключается в том, что необходимо проводить экспертные действия со стороны бизнеса — как российского, так и украинского, заинтересованного в сближении. Контакты на уровне бизнеса  надо развивать, чего  сейчас не происходит. И все это должно происходить в рамках создания Единого экономического пространства

Потом есть очень мифов относительно российско-украинских отношений. Например, я могу сказать, что когда я в сентябре был в Киеве, то на Крещатике вся молодежь от 17 до 22 лет говорила только на русском языке. Если там не побывать, то такой информации по российским телеканалам и не услышишь. Там был рок-концерт, было огромное количество людей, молодежи, около 100 тысяч человек. И я украинской речи там вообще не слышал.

Также надо отметить, что доброжелательное отношение к России наблюдается среди многих слоев украинской элиты, и мы должны относиться к ним тоже уважительно, с учетом их национальных особенностей. И я бы мог предложить создать экспертную группу, в которую бы вошли по 5–7 человек экспертов украинских и российских, и провести между ними открытые публичные консультации, диалоги, в рамках телевизионного ток-шоу, с одновременной трансляцией этой передачи и на Украину, и на Россию. Тогда мы могли бы снять очень многие мифы, которые есть и в России по отношению к Украине, и наоборот. И в ходе такого открытого диалога, я думаю, что 70–80% подобных барьеров было бы снято.

В целом, сегодня России необходимо выработать четкую интегрированную политику по отношению к Украине и по отношению к мартовским выборам, в частности, когда на Украине по сути произойдет смена власти. И визит Тимошенко в Москву, с моей точки зрения, был абсолютно правильным. И действия российского руководства тогда были правильные. Но впоследствии они не были подкреплены информационными действиями по защите российских национальных интересов. Да и сама ситуация с ее визитом была разыграна в России не с очень большой эффективностью.

Я повторяю, у нас нет четкой позиции по отношению к парламентским выборам на Украине. А эта линия, с моей точки зрения, как я уже отметил, должна заключаться не в поддержке отдельных личностей, а в выработке трех базовых принципов и их отстаивании. Это невступление Украины в НАТО и принципиальный отказ от поддержки тех политических сил, которые к этому стремятся, и, напротив, поддержка тех, кто этому препятствует.

В этой связи я могу отметить, что в Верховной раде проходили дебаты в сентябре по данному вопросу. И Россия совершенно проигнорировала эти слушания, а там, между прочим, разделились голоса по поводу вступления Украины в НАТО. А наша реакция на это событие попросту отсутствовала, и в данном случае мне подобные просчеты не понятны.

Почему официальные власти действуют таким образом? Получается, что мы второй раз наступаем на одни и те же грабли. То есть, не используем те возможности, которые у нас, безусловно, есть. А мы обязаны усилить пророссийские позиции в ходе предстоящих выборов.

Второй аспект — это прекращение антирусских выступлений и антироссийских настроений в информационном пространстве Украины. И третий — экономическая интеграция в рамках ЕЭП. Три этих базовых позиции должны быть ключевыми и мы должны требовать их соблюдения и поддерживать только те политические силы, которые подпишут некий меморандум Для этого надо выработать, хотя бы на страницу, эти базовые принципы по отношению к Украине и добиваться их исполнения, используя все имеющиеся для этого средства.

Игорь Панарин,

доктор политических наук,

профессор Дипломатической академии МИД РФ.