То, что происходит сейчас на просторах СНГ, конечно, очень серьёзно и значимо для России. Однако мне кажется, что восприятие этих событий у нас несколько экзальтированно, даже порой истерично. «Это реализация международного заговора…», «На территории Таджикистана, Узбекистана, Киргизии возникнет агрессивное исламское государство…»… Какую-то там «ось зла» усматривают и на западных рубежах страны. Всё это рассматривается как угроза нашей стране, даже осознанное противодействие её успешному развитию.
Представляется, что на самом деле сейчас в некоторых соседних странах люди решают, прежде всего, собственные проблемы, а не наши, хотя вопросы отношений с Россией могут затрагиваться. Процесс трансформации общества на территории бывшего Советского союза проходил неравномерно. У одних что-то уже завершилось, у других только начинается или даже не начиналось. Движения масс сметают сейчас бывшую партноменклатуру, которая развалила Советский союз, а править по-новому не сумела, продолжала опираться главным образом на привычные авторитарные методы. И в каждой стране уже сформировался новый или относительно новый политический класс. Во всяком случае, у этих новых или относительно новых политиков возникли свои претензии и вполне основательные.
У нас, в России, всё несколько иначе. Пройдено уже несколько этапов перемен: Горбачев, Ельцин, Путин - трое сменилось, а с ними ведь и целые рати, поколения политиков и чиновников. Происходили смены их состава и внутри периодов правления каждого из президентов. У них же, например, Акаев правил 15 лет, а с ним и его рать. Сына и дочь в парламент провел. Не говорю уж о «долгоиграющем» Шеварднадзе. По-моему, на очереди ещё кое-кто из старой номенклатуры. У нас не так, но и нам эти цветные революции – тоже серьёзнейшее предупреждение, особенно по поводу авторитаризма. Как видим, он даже в Азии не выдерживает напора жизни.
Таким образом, наблюдаемые нами процессы в основе своей ПОЗИТИВНЫ, являются развитием демократических перемен. Хотя они протекают в опасной и болезненной форме, а вместе с тем могут порождать нежелательные альтернативы в дальнейшем развитии. Основной вопрос – не вернутся ли новые руководители к старым методам управления, особенно при столкновении с трудностями, а также не возникнет ли в их среде серьёзный раскол.
Способствовать поиску лучших решений и реализации лучших альтернатив могла бы Россия. Но для этого требовалось бы поменьше критических выкриков и окриков, побольше – глубокого изучения происходящего и возможностей умелого и деликатного воздействия на положение вещей. Ведь мы то и дело либо говорим, что события у соседей оказались для нас неожиданными, то крайне неудачно в них вмешиваемся. В этом смысле представляется очень полезной инициатива Российской Академии наук: на собрании её президиума было объявлено о создании на базе Института международных экономических и политических исследований РАН Центра проблем интеграции. В число задач Центра входят формирование информационно-аналитической базы по проблемам интеграции на пространстве бывшего СССР, выработка рекомендаций для наднациональных органов, органов исполнительной и законодательной власти РФ российских и зарубежных коммерческих структур, по интеграции России в мировую экономику. Вокруг этих проблем будут сосредоточены исследования, касающиеся возможностей развития СНГ, сотрудничества самих его государств и взаимодействия их с другими, европейскими, прежде всего, странами. Экономическая интеграция - тот наиболее надежный якорь, на котором может удержаться СНГ. Если развивается сотрудничество в экономике, выгодное всем сторонам, то легче решаются и политические вопросы, даже такие, как проблема военных баз. Это аксиома. Поэтому инициатива учёных нашла горячую поддержку в МИДе, прежде всего – министра Лаврова.
Владимир Соловьев, наш выдающийся философ, добрые сто лет назад писал: «При настоящем состоянии человечества, разделенного на многие независимые государства, задача верховной государственной власти не может ограничиваться охранением и усовершенствованием правовых отношений внутри данного общественного целого, – она необходимо распространяется и на взаимодействие отдельных государств. Здесь она состоит в том, чтобы применять нравственное начало и к международным отношениям, менять и их в смысле большей справедливости и человеколюбия». Он словно видел будущее, то есть наше настоящее, и предполагал, что проблемы международного права обострятся, как они обострились в связи с вмешательством одной страны в дела другой (в наших отношениях с Чехословакией или США с Ираком), что это потребует не только юридического, но и нравственного осмысления. Чтим ли мы завет нашего великого мудреца?
Мы, думаю, уже можно сказать традиционно, более озабочены тем, как другие относятся к нам, чем собственным отношением к другим. Когда довелось работать в Чехословакии, приезжая домой в отпуск, я неизменно слышал вопрос: «Как там относятся к нам? Нас любят?». То есть, очень хотелось, чтобы любили даже после бесцеремонного ввода войск в эту страну, нарушившего, остановившего весь процесс её демократизации. А в Болгарии в любом автобусе с туристами или вагоне поезда сразу после пересечения границы кто-нибудь запевал, а другие подхватывали песню: «Хороша страна Болгария, а Россия лучше всех». Сколько же в этом было бестактности! Ну, а теперь не мелочимся: обсуждаем даже в Думе, присоединять нам к себе Абхазию и Южную Осетию или нет. Не говорю уж об известном вмешательстве в дела Украины.
Разумеется, я не отрицаю возможного неблагоприятного развития наших отношений с той или иной страной-соседкой, даже возможности определенных угроз. Но в ходе изучения происходящих процессов надо бы, прежде всего, отделить реальные угрозы для России от того, что наворочено в некоторых выступлениях наших национал-патриотов, а также военных и сотрудников разведок. Последним, конечно, по должности положено быть бдительными и оберегать страну. Но они порой в рвении своем не просто преувеличивают опасность, а, выступая публично, излишне пугают «своих» и провоцируют «чужих», безосновательно превращая их в наших противников.
Александр Волков,
ведущий эксперт МиК, д.и.н.