На самом деле вряд ли те политики, которые сегодня много говорят о патриотизме, хотят получить безупречную политическую или историческую дефиницию этого понятия. Я думаю, что они хотят максимально использовать эти настроения, часто неоформившиеся, в своих целях. Потому что эти настроения они очень разные. Например, те же самые молодые ребята, они негативно относятся к американцам, потому что они самые сильные в мире сейчас, и потому что они нас вытеснили, и почему они позволяют себе нападать на другие страны, того гляди, Россию завтра-послезавтра ударят и т.д. Они очень позитивно относятся к тому, что президент России участвует в саммитах на высшем уровне, в «восьмерке», что президент США с ним считается, американцы тоже идут на какие-то уступки, значит, нас начинают больше уважать, чем в 90-ые годы и т.д.
Но на самом деле этот патриотический подъем очень противоречив. Он не носит откровенно законченного цельного характера. Он очень сложносоставный. И практически все политические силы, и даже СПС со своим доводом либеральной империи, пытается строиться вокруг этого. Хотя правда, пока у него это плохо получается. Но все пытаются играть на этой политике, и каждый пытается взять именно тот аспект, который совместим с идеологией конкретной политической силы.
То есть, коммунисты в большей степени апеллируют к советской истории, к советской традиции и советскому характеру вот этого патриотизма. Другие партии больше апеллируют к понятиям новой России, заимствуя у нее какие-то вещи из предреволюционных лет, какие-то вещи из советского времени, но в меньшей степени. Какие-то вещи пытаются взять из современности, сделав какой-то коктейль. В общем, каждый пытается приспособить вот эту тенденцию к своему интересу.
- Ну, а можно ли сказать, что этот лозунг власть и политики считают наиболее востребованным для укрепления собственного имиджа?
Сейчас, на этих выборах это был один из самых востребованных лозунгов. И не случайно поражение на них либералов, не случайно слабое выступление коммунистов. Этот новый видоизмененный патриотизм они не смогли до конца адаптировать к себе. Они все-таки выглядели достаточно архаично. Плюс поставили под сомнение этот патриотизм своими связями в предпринимательских кругах.
Что касается следующих выборов, то видимо в большей степени выиграет та партия, которая максимально сумеет соединить вот этот новый патриотизм с наиболее адекватной реакцией на реформы в социальной сфере. То есть, на одном патриотизме следующие выборы не выиграешь. Надо как-то соединить этот патриотизм с реакцией на социальные реформы в области ЖКХ, образования, здравоохранения, с проблемой льгот.
- А в этой связи насколько адекватным является поведение сегодняшних фракций и партий: в ходе голосования в Думе по жилищному законопроекту, в выражении позиций по законопроектам о митингах и о референдуме и т.д. Отражает ли политическое поведение этих партий их реальное позиционирование в патриотической нише?
Я думаю, что отражает. Каждый апеллирует к тем избирателям, которые являются его электоратом. И здесь сложнее всего приходится «Единой России». Потому что она должна голосовать, по крайней мере, в первом чтении, за все кремлевские законопроекты. И им приходится только потом чего-то менять, какие-то мелочевки поправлять и т.д., и усложнять себе жизнь. А коммунисты и «Родина» в работе с протестно-патриотическим электоратом конкурируют друг с другом. Поэтому они вместе ушли из зала голосования в Думе, когда там рассматривался Жилищный кодекс. Подчеркивая, что именно «мы – за народ».
Здесь сложнее всего партии, которая ориентируется на власть. Потому что Жириновский в любом случае отговорится. Он может все что угодно поддержать, а потом объяснить все прямо противоположными словами своим избирателям. А вот КПРФ и «Родина» - они целенаправленно сражаются именно за патриотического избирателя.
Алексей Макаркин,
заместитель директора Центра политических технологий.