Чингиз Айтматов:

Чингиз Айтматов:

Чингиз Айтматов:

Поколение «Пепси» и Гарри Поттера замерло в дверях. Испарились заготовленные вопросы и выкройки интернетовских статей о Чингизе Айтматове. Поняла, что не знаю его в лицо. В памяти законсервировались красно-серые обложки в книжном шкафу и смелый росчерк типографской краски — размноженное факсимиле автора да желтые, пахнущие пылью зареванные книжные страницы. «Плаха» в школьном аттестате отпечаталась жирной двойкой. Не смогла я вложить все, что грызло душу после романа, в казенное сочинение.

Чингиз Айтматов — фигура, персона. На интервью с ним — бронь и временной лимит. Но так хотелось поговорить.

Глядя с балкона Каргалинки на суетящийся город в вуали смога, цепляющейся за снежные пики гор, мы беседовали об экологии (Чингиз Торекулович является президентом консультационного совета регионального экологического центра Центральной Азии) и не только.

Детство

Главный герой моего детства — бабушка. Именно ей я обязан своей любовью к слову. Никогда не забуду, как она рассказывала мне сказки или свои сны, а потом заставляла пересказывать их. Проверяла, наверное, внимательно ли я слушаю. А получилось так, что я уж и не представлял себя без этих пересказов, а порой и выдумок. Забава стала началом творчества. Бабушки не стало, а ее сказки и сны до сих пор со мной, они помогали и помогают мне писать.

А потом жизнь начала испытывать меня на прочность. Репрессировали отца. Мы вернулись из Москвы домой. Ушла из жизни бабушка. Началась война. В 14 лет я стал… председателем сельсовета.

Об экологии

Проблемы экологии — бесконечны. Здесь и сейчас мы обсуждаем все, что получилось, какие пилотные проекты заработали, какие из них так и остались на бумаге. А завтра мы должны начать работать снова. Особая тема — информирование общественности, для того чтобы руку на пульсе проблемы держал весь мир. Очень меня волнует и тема экологического образования. Я считаю, что она является новым фактором развития современной цивилизации. Если раньше можно было жить на каком-то стихийном личном опыте, то теперь это невозможно. Особенно в наших странах, очень чувствительных к экологическим отклонениям. Пятьдесят процентов решения проблемы — ввести предмет экологии в общеобразовательную школу. И желательно в программу обязательных дисциплин. Ведь нашим детям предстоит жить в этом быстроменяющемся мире.

О событиях в Кыргызстане

Все само постепенно приближалось к этой взрывоопасной точке. В стране затянулся процесс решения многих вопросов, народ не видел заботы о себе. Оппозиция попала в струю, возглавила движение, и народные массы откликнулись на ее зов, свершилось то, что происходит во время революции. Получается, что режим, который существовал там до последнего дня и до последнего часа, исчерпал себя. Окружающая среда уже не верила в его возможности. Недовольство накопилось, ожидание перемен затянулось. Да и поводов для такого развития событий было больше чем достаточно. Кыргызстан — самая бедная страна на постсоветском пространстве. Программа борьбы с бедностью выполнялась только на словах. Преодолеть ее невозможно путем поставок гуманитарной помощи. Это, конечно, тоже необходимо, но разовая помощь ничего по сути не меняет. Общемировая задача состоит в том, чтобы помочь бедным странам стать экономически самодостаточными, чтобы производимые ими товары находили спрос. Но все же главная причина, которая исподволь привела к деградации режима в Кыргызстане, — это коррупция. Она сейчас в стране всеохватывающая, во всех видах, во всех сферах и отраслях. Борьба с ней, терроризмом, революциями, наркотиками, за экологию — это борьба за умы людей.

О читателях

Всегда интересны немецкие читатели, они кажутся мне более внимательными к моим произведениям и вообще к национальному творчеству. В сравнении с нашими, постсоветскими читателями, которые все как-то растерялись, рассыпались и разобщились. Да что там говорить, судите сами — недавно впервые в моей жизни одна из моих книг вышла из печати на немецком языке. А на русском, киргизском ее вообще не существует. Но еще интереснее то, что о ее выходе в свет я узнал не первый!

Есть у меня давний друг, немецкий переводчик Фридрих Хитце. Мы с ним часто и подолгу общаемся, а я, знаете ли, люблю в последнее время вспоминать о своем детстве в Киргизии. Я ведь, будучи ребенком, еще и в Москве жил, отец там учился… Так вот он, оказывается, все мои рассказы о киргизском детстве частью записывал, а иногда просто запоминал. А потом перевел и доработал. Так родилась книга. Затем она самым неожиданным образом появилась на турецких книжных прилавках, изданная на турецком языке. Вот ведь как случается — официальной презентации книги еще не было, на родном и русском языках она еще не издана, а зарубежье уже вовсю ее читает. Называется она «Мое детство в Кыргызстане».

О современной литературе

Она отражает жизнь, четко фиксирует все изменения в ней. Не только политического, но и духовного движения общества. Какая она сегодня? Другая. Глобализация, войны, терроризм, ускорение во всем… и все же, какой бы она ни была, современная литература, каждое настоящее произведение должно стать для читателей открытием. Есть ли такие открытия сегодня на постсоветском пространстве? Не знаю. И я не знаю, станут ли классическими те работы, которые сегодня причисляются к бестселлерам. То, что было написано раньше, трудно сравнивать с тем, что пишут сегодня. Может, как раз потому, что написанное раньше — классика?.. Мне кажется, что и я (хотя меня уже давно назвали аксакалом) сказал еще не все свои слова.

…Он — не кумир миллионов. И не сможет им стать никогда. Для этого состояния ему не хватает, пожалуй, одного — массовости, легкоусвояемости. И хотя прописанные в его книгах истины касаются в общем-то всех, никогда не случится такого, чтобы люди планеты мгновенно «слизнули» с прилавков «Плаху», «Джамилю», расклеили плакаты, нацепили майки, где улыбается серебряно-седой и статный, с властным и добрым взглядом, мудрый аксакал. Но найдется хотя бы один человек, который Айтматова… прочитает. «Для него и писал», — не кокетничает Чингиз Торекулович.

Оценить статью
(0)