Клавдия Ященко:

Клавдия Ященко:

Клавдия Ященко:

Внучка княгини

Близкие считают, что способность Клавдии заговаривать боль, излечивать депрессию, «рожу» досталась по наследству от матери отца, бабушки Варвары, которая обладала даром целительства, умела излечить травами и заговорами даже такие недуги, от которых отступала традиционная медицина. Неутомимая труженица, бабушка, вставала с рассветом — под ее присмотром было четверо детей, Клавдия и ее трое братьев. Клавдию или, как ее называли родные, Клариту, с бабушкой связывала еще и великая тайна — они вдвоем молились перед маленькой иконкой. Отец, человек партийный и занимавший значительный пост в правоохранительных органах, религиозных настроений в семье решительно не одобрял. Но Клариту настолько привлекало все таинственное и мистическое, что в 11 лет тайно от семьи она стала посещать собрания общества свидетелей Иеговы и ходила туда два года, учила слово божье, молилась со взрослыми.

Когда 14-летняя Кларита сказала маме о своем намерении вступить в комсомол, та поведала ей удивительную историю. Оказывается, по материнской линии их род восходил к известнейшей российской фамилии Лорис-Меликовых. После революции княгиню Лорис-Меликову, владевшую большим имением в Вятской губернии, с сыном Германом и дочкой — мамой Клавдии, выслали в Сибирь. А в 30-е годы княгиню с сыном, ставшим непримиримым врагом советской власти, расстреляли. По мнению матери, Клавдия, принимая решение, должна учитывать это. И девочке удивительным образом удалось избежать комсомола.

А история ее мамы такова: оставшись в семь лет сиротой, она начала выступать в Красноярском цирке, была гимнасткой, участвовала в номере с метанием кинжалов. В 17 лет выучилась на шофера, мечтая попасть на фронт, но сложилось иначе: юная артистка цирка давно и тайно была увлечена синеглазым соседом — ответственным работником, который ходил в скрипучих хромовых сапогах. Это, почему-то казалось девочке неотразимо завлекательным. Жена синеглазого соседа перед самой войной умерла, а его забрали на фронт. Остались два малолетних сына и мать, бабушка Варвара. Кормилицей семьи из четырех человек стала 17-летняя мама Клавдии. Она водила грузовики с зерном и мукой по заснеженным сибирским дорогам, что по тем голодным, страшным временам было не менее опасно, чем воевать на фронте. После войны синеглазый сосед получил направление в Латвию. В Лиепае родились Клавдия и ее младший брат Борис, а через некоторое время семейство переехало в Вентспилс, где обосновалось надолго. Клавдия удалась в мать — гибкая, белокурая, увлекалась гимнастикой, ходила в море на яхте.

Золотая клетка

В 62-м году Клавдия с родителями переехала в азербайджанский город Мингечаур, там и окончила школу. Статная белокурая красавица была завидной невестой, но всех женихов опередил Ариф: ценные золотые подношения, от которых невозможно было отказаться, красивые ухаживания, граничащие с назойливым преследованием и в конце концов похищение, после которого брак становился неизбежным. Однако супружество людей столь различных по бытовым традициям оказалось недолгим — по мнению влиятельной родни Арифа, Клавдия была «мало того что русская, да еще и из Прибалтики».

В доме Арифа в распоряжении молодой жены была прислуга и масса старинных украшений, однако ей запрещалось смотреть телевизор и даже подходить к окну. А молодой муж обладал полной свободой, в том числе сутками не появляться дома. Когда же к нему приходили гости, жена к ним выйти не имела права. Вскоре родилась дочь Гюльнара, дожившая лишь до восьмимесячного возраста. После смерти ребенка родственники с обеих сторон помогли Клавдии сбежать из Мингечаура в Одессу — они понимали, что у этого брака нет никаких перспектив. Ариф посылал друзей разыскивать Клавдию в Вентспилсе, в то время как она почти год скрывалась у родственников в Одессе.

К новому берегу

Вернувшись в Вентспилс, Клавдия работала в пароходстве, потом четыре года ходила в море на торговых судах. Снова вышла замуж. И если первый муж был сторонником восточных традиций, то второй, Андрис, с точностью до наоборот — ярым «западником», относившимся к русским с большим предубеждением.

Однажды в Вентспилс приехал с гастрольными сеансами гипноза Лев Гершман, тогда президент Российской ассоциации черной и белой магии. После выступления Клавдия встретилась со знаменитым магом в надежде получить совет, как удержать от распада второй брак, но Гершман, увидев линии на ее ладони, в тот же вечер предложил Клавдии стать его ученицей и ассистенткой. Тогда еще Клавдия работала экономистом по снабжению и сумела совмещать командировки по всему Советскому Союзу с ассистированием знаменитому магу.

Однажды судьба свела Клавдию с Василием Авдеевым — известным парапсихологом, обслуживающим кремлевских лидеров, и заместителем главы Российского Дворянского общества. Организации, которая ставила своей целью объединить раскиданную по миру российскую аристократию — вплоть до реставрации самодержавия! После распада Советского Союза организация стала называться «монархической».

Услышав историю Лорис-Меликовых, Авдеев сразу предложил Клавдии вступить в общество и вскоре вручил свидетельство о дворянском титуле. Он тотчас позвонил в Ригу известному парапсихологу Вронскому, чей род был также связан с Лорис-Меликовыми. Клавдия долго бродила возле его дома и, когда все же решилась войти, была принята с чрезвычайным радушием. Эта встреча стала началом 4-летнего сотрудничества и дружбы. Вронский посвящал Клавдию в тайны целительства, нередко до поздней ночи они говорили о судьбах России, православии и других мировых религиях. Вронский составил для Клавдии персональный гороскоп, предсказавший расставание со вторым мужем, болезнь, поиски смысла жизни, изменение мировоззрения и жизнь вдали от родных мест.

Визит к Аватару

По наставлениям своих духовных учителей — Гершмана, Авдеева, Вронского — Клавдия читала труды Николая Рериха и Блаватской, книги, объясняющие суть древних восточных религий и философии Агни-йоги. Ездила в монастыри в Елгаве и Пустиньке, посещала собрания местных баптистов, евангелистов, православных. Такое обилие религиозных течений, мудрых книг… и все же чего-то не хватало.

В 96-м году Клавдия пришла на лекцию о Шри Сатье Саи Баба. Поразило не число исцелений, чудес и благотворительных начинаний — поразила ясность и вселенская широта учения. Саи Баба призывал к единению пяти основных мировых религий: христианства, иудаизма, буддизма, ислама и зороастризма. Он говорил: \"Пусть существуют разные религии. Пусть они процветают. Пусть Богу воспевается на всех языках и на все лады…

Это учение заставило Клавдию переосмыслить свою жизнь, а стремление поехать в Индию, чтобы увидеть все своими глазами, стало просто наваждением. В 1997 году она узнала, что к Саи Баба в Индию собирается ехать группа паломников, и рванула в Москву. Но оказалось, что жителям Латвии за визой надо обращаться в Стокгольм. Увидев заплаканное лицо Клавдии, консул Индии спросил: «К Саи Баба?» Получив утвердительный ответ, в обход закона оформил визу — столь велик для каждого индуса авторитет Аватара!

Ашрам, в котором поселили Клавдию, был огромным — в нем одновременно могли жить до миллиона человек! Больше всего было немцев, итальянцев, русских и японцев. На территории находился храм единой религии, музей мировых религий и великолепный огромный госпиталь, построенный из розового мрамора всего за полгода и потому причисляемый к одному из чудес Саи Баба. Клавдия была свидетелем, как без хирургического вмешательства там за один-два дня излечивают тяжелые болезни. Несмотря на то, что вокруг стояла изнурительная для белого человека жара, на территории ашрама было прохладно, среди удивительных цветов и деревьев пели птицы — просто рай на земле! Недаром паломники считают, что если где на земле и возможно видеть реальную гармонию любви и единения с природой, так это в трех ашрамах Аватара.

Встают обитатели ашрама рано, в 4 часа все идут на утреннюю молитву, с 7 до 12 часов — даршан, или благословение, во время которого Саи Баба общается с гостями С 12 до 15 часов обед и свободное время, с 15 до 19 часов — снова даршан, потом лекции,

а в 21.00 — официальный отбой. Кстати, еда есть как острая индийская, так и традиционная европейская. Цены весьма умеренные: жизнь в ашраме с питанием и гостиницей стоила тогда 3–4 доллара в сутки.

Во время первого визита в Индию обилие впечатлений лишило Клавдию сна — 3 недели она не спала по ночам, но удивительное дело — спать даже не хотелось. Особым своим везением Клавдия считает то, что находилась в ашраме в день праздника Рамы Кришны, 25 августа. В тот день Саи Баба на глазах у всех присутствующих материализовал потоки «аша» — целебного пепла (аш — по-английски «пепел», ашрум, или ашрам, — «комната пепла»).

С тех пор Клавдия еще трижды бывала в ашраме. Некоторые близкие говорили: \"С ума сошла, на последние деньги едешь неизвестно куда… но Клавдия ни на секунду не усомнилась в своем выборе. Для нее общение с Саи Баба и его почитателями есть высшая ценность духовного опыта.

Ей удалось видеть многие чудеса материализации, но особое впечатление произвел случай с русской девочкой из Москвы. Во время интервью Саи Баба спросил, какой она веры, и девочка ответила: православной. И у всех на глазах, будто из воздуха он материализовал серебряную цепочку с православным крестиком и подарил ее девочке. А в другой раз молодому парню из Непала были подарены извлеченные будто из воздуха золотые часы.

Клавдия уже в первое посещение ашрама была удостоена личной аудиенции Аватара — быть может, повезло, что приехала в составе российской делегации, говорят, Саи Баба особо благоволит к россиянам. Когда подходила к Учителю, к глазам подступали слезы. Клавдия говорит: разговор с ним незабываем, предсказания его сбылись. Но о пророчествах, которые касались ее личной жизни, она не рассказывает никому.

Оценить статью
(0)