Иранский ответ на предложение

Иранский ответ на предложение

Иранский ответ на предложение

Тегеран сдержал данное обещание и строго в объявленный срок (22 августа 2006 года) предоставил свой ответ на пакетное предложение «шестерки» по поводу путей урегулирования иранской ядерной программы. Ответ был дан в письменной форме главным ядерным переговорщиком Ирана, секретарем Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) А. Лариджани в ходе встречи с послами государств «шестерки». Как отмечают эксперты, ответ Тегерана является по-своему уникальным: впервые за три последних года иранская сторона действует без диктовки и нажима со стороны Запада и по собственной инициативе досрочно проясняет свою позицию по пакетному предложению (установленный резолюцией СБ ООН № 1669 срок истекает только 31 августа с.г.).

Из двух возможных вариантов развития событий, которые предрекали политологи (первое — Тегеран соглашается остановить или хотя бы приостановить процесс обогащения урана и в ответ получает технологическую помощь Запада и другие преференции; второе — Тегеран продолжает урановое обогащение и встает перед угрозой «дискриминации» в виде экономических санкций и политической изоляции), иранское руководство фактически склонилось ко второму. Но при этом иранская сторона максимально смягчила свой отказ, обставив его собственной формулой преодоления кризиса. Суть иранского «многогранного ответа» в следующем. Главное требование «шестерки» (прекратить обогащение урана) Тегеран в категоричной форме отклонил, назвав остальные аспекты приемлемыми и предложив «возобновить переговорный процесс хоть сегодня».

Прогнозы экспертов относительно отклонения Тегераном главного пункта в предложении «шестерки», таким образом, полностью подтвердились. Эти прогнозы ориентировались на текущую линию поведения иранских властей. Еще задолго до этого иранские власти морально готовили мировое сообщество к такому повороту: в местные СМИ периодически вбрасывались информационные «утечки», которые точечно атаковали пакет: дескать, в предложениях шестерки не содержится ничего «принципиально нового», а для нахождения развязки требуется «сильная политическая воля», поскольку позиции сторон по-прежнему лежат на разных полюсах.

Организованная накануне 22 августа пиар-акция, призванная подчеркнуть неизменность иранских подходов, прошла с триумфом. Верховный лидер ИРИ. А. Хаменеи заявил, что Иран продолжит «уверенно двигаться» по пути развития ядерной программы, включая обогащение. Затем МИД ИРИ устами своего официального представителя Х. Р. Асефи в категоричной форме исключил возможность принятия Тегераном главного требования «шестерки» — прекратить обогащение. Более детально планы иранской ядерной промышленности раскрыл заместитель руководителя Организации по атомной энергии ИРИ по международным вопросам М. Саиди. По его словам, Тегеран намерен «проводить исследования в области новых типов атомных центрифуг», которые «могут работать качественнее» и которые «можно приспособить к местным технологиям». Далее по мере приближения «красной черты» намеки иранской стороны становились все более откровенными. Президент ИРИ. М. Ахмадинежад заявил, что его страна овладела технологиями полного ядерного цикла и не намерена от него отказываться. И наконец, непосредственно перед 22 августа о непринятии пакетного предложения «шестерки» главный ядерный переговорщик ИРИ. А. Лариджани негласно проинформировал по телефону Верховного комиссара ЕС по внешней политике и безопасности Х. Солану.

Итак, Тегеран предоставил свой ответ на пакетное предложение «шестерки». Соответствующая церемония, которая транслировалась в прямом эфире иранского телевидения, прошла по всем правилам пиара и явно удалась. А. Лариджани, вручая письменный ответ представителям «шестерки», особо подчеркнул, что иранское руководство, абстрагируясь от «незаконных действий» противоположной стороны в Совете Безопасности (имеется в виду резолюция № 1669), тем не менее, с позитивных позиций к рассмотрению всех пунктов пакета, даже «обвинительных». И попыталось дать на них «логически обоснованные» и «конструктивные» ответы с тем, чтобы найти устраивающий всех путь справедливых переговоров. Таким образом, отметил секретарь ВСНБ ИРИ, иранская сторона, начиная с 23 августа, готова со всей серьезностью начать переговорный процесс по выходу из тупика. Реагируя на звучавшие ранее замечания по поводу того, что Иран «тянет время», А. Лариджани призвал партнеров из «шестерки» как можно скорее сесть за стол переговоров, предложив следующую повестку дня: ядерная проблематика Ирана, долгосрочные планы экономического и технологического сотрудничества, аспекты безопасности в регионе. По всем трем темам, отметил секретарь ВСНБ ИРИ, Тегеран готов к предметному разговору и намерен в этих вопросах как «ответственный международный игрок» играть конструктивную роль. Таким образом, по словам А. Лариджани, Тегеран предложил «новую формулу» преодоления противоречий.

Некоторыми подробностями иранского ответа «шестерке» поделился заместитель руководителя Организации по атомной энергии ИРИ (ОАЭИ) по международным вопросам М. Саиди. По его словам, иранский ответ содержал предложения по дальнейшей деятельности ядерных объектов в Исфагане, Натанзе и Араке, перспективам взаимодействия Тегерана с МАГАТЭ и другим аспектам. М. Саиди подчеркнул, что ответ иранской стороны был «всеобъемлющим» и «конструктивным». Его главной идеей было предложение о немедленном возобновлении переговорного процесса для достижения «окончательного соглашения».

В то же время М. Саиди признал, что предложения Ирана «не были дополнены» каким-то новыми моментами и шли в русле известных подходов. Он подчеркнул, что ответные предложения Тегерана предоставляют «уникальную возможность для европейцев» снова сесть за стол переговоров. Это заявление примечательно: если замруководителя ОАЭИ не оговорился, то его ссылку на «европейцев» можно интерпретировать следующим образом. Тегеран явно сигнализирует о намерении возобновить переговоры в традиционном формате «Иран-евротройка», без подключения других заинтересованных сторон, вошедших в «шестерку» (Россия, США, КНР). Что касается принципиального требования «шестерки», отвергнутого Тегераном (остановка уранового обогащения), то, по мнению М. Саиди, этот вопрос в современных условиях не имеет прежнего значения и не может служить предварительным условием для возобновления переговорного процесса, как это было ранее. Данную позицию иранский представитель мотивировал тем, что Тегеран уже обладает технологиями полного ЯТЦ, в том числе в части уранового обогащения, и не зависит в этом вопросе от Запада. Соответственно, речи об остановке обогащения как средстве нажима на Тегеран быть уже не может.

Ответ иранского руководства на предложение «шестерки» подвел ситуацию вокруг ядерной программы ИРИ к новой фазе развития кризиса. Иранцы сыграли на опережение, ответив досрочно до истечения срока ультиматума, зафиксированного в резолюции Совета Безопасности ООН № 1669. Ответили отрицательно, но, не отвергая пакет в целом, а лишь наиболее неприемлемые для иранского руководства пункты. Взамен не предложили ничего принципиально нового, но зато проявили «дух конструктивизма» и готовность к диалогу, то есть попытались навязать свои условия по прощупыванию компромисса. А главное — за 9 дней до истечения «красной черты» иранская дипломатия грамотно «перевела мяч» на противоположную сторону, дав мировому сообществу свой «многогранный ответ». Так что 31 августа Западу придется выпутываться и выбирать дальнейшую тактику поведения в отношении Ирана, а сделать это, с учетом динамично меняющейся региональной обстановки, будет весьма непросто. Уже сегодня европейцы ведут себя осторожно, выверяя каждый шаг. Так, Верховный комиссар ЕС по внешней политике и безопасности Х. Солана призвал не торопиться с оценками иранского ответа на предложение «шестерки», поскольку он «требует тщательного изучения».

А. М. Вартанян

Оценить статью
(0)