В своей работе Вера Глаголева придерживается метода кнута и пряника
Вера Глаголева — замечательная артистка, сыгравшая много ролей в фильмах самых разных режиссеров. А сегодня этой талантливой актрисе удается не только играть в фильмах, выходить на сцену театра, но еще и снимать свое собственное кино. В эксклюзивном интервью газете «ЛИТЕР-Неделя» Вера Глаголева рассказала, почему в ее фильмах нет хеппи-эндов.
ЛИТЕР-Неделя:
Свою первую картину «Сломанный свет» вы сняли в 1990 году и только 15 лет спустя вновь решили вернуться к режиссуре. Что случилось?
В.Г.: Вы знаете, в принципе, все эти годы желание продолжать снимать было, просто, наверное, не попадался такой сценарий, за который мне захотелось бы взяться. Но я дождалась. Когда мне дали сценарий фильма «Заказ», я поняла, что буду его снимать. Дал его мне Сергей Ашкенази, с которым мы вместе работали в Одессе. Он был сценаристом фильма «Я сама», а этот сценарий предложил он мне не как режиссеру, а как актрисе. Но когда я его прочла, поняла, что, как актриса, я не сделаю для себя уже ничего нового, но так как эта история довольно камерная и несложная в постановке, подумала, что смогу снять его в качестве режиссера.
ЛИТЕР-Неделя:
Но картина «Заказ», как и первая ваша работа, не особенно «светилась» на экране…
В.Г.: Нет, почему же? Фильм выходил на экраны, можно его увидеть и на DVD, но у картины действительно была больше фестивальная жизнь. Она была на фестивале группы "А" в Каире, где для нас был лучший показ и лучшая пресс-конференция. Вы не поверите, в зале были практически одни мужчины, и они задавали вопросы не просто так, лишь бы спросить, а по-настоящему ожидая ответов. Они слышали и слушали все, что происходило на пресс-конференции. Меня это просто поразило. А от египетских киноведов и журналистов я услышала очень много хороших слов в адрес своей работы. Я даже удивилась, что фильм может настолько заинтересовать и увлечь. К тому же лента неоднократно становилась призером в разных номинациях на самых разных кинофестивалях: Александр Балуев получил приз за лучшую мужскую роль на фестивале в Варне, Наталья Вдовина на актерском фестивале «Бригантина» тоже получила приз, также награду получили композитор, оператор… Так что картина отработала по полной программе и у нее была по-настоящему очень хорошая фестивальная жизнь.
ЛИТЕР-Неделя:
Вы
как-то назвали себя очень жестким режиссером. В фильме «Чертово колесо» снималась ваша младшая дочь. С ней вы тоже были жесткой или делали поблажки?
В.Г.: Нет, наверное, все-таки она на себе до конца прочувствовала всю режиссуру мамы (смеется). Там были такие эпизоды, которые она могла сыграть с первого раза, но были и такие, к которым ее нужно было подготовить, настроить. Ей не всегда удается по команде расплакаться…
ЛИТЕР-Неделя:
… и в таких случаях вы повышаете голос?
В.Г.: Нет, я никогда не кричу на актеров, а просто начинаю что-то говорить. В такие моменты мне приходится идти на какие-то уловки, и такое происходит не только с дочкой, но и с другими артистами. Бывало, чтобы ввести в какое-то состояние, например, эмоционального срыва, некоторым артистам приходилось говорить что-то резкое, не очень приятное. Но как только пойму, что кадр уже снят, подхожу и прошу прощения: мол, так для дела было нужно, сам посмотри, как хорошо получилось.
ЛИТЕР-Неделя:
Младшая дочь решила пойти по стопам мамы сама или это было ваше желание?
В.Г.: На эту роль она действительно подходила. Но мне было очень приятно, когда люди хвалили за работу и потом спрашивали, а что это за девочка такая талантливая в картине. И я прекрасно понимала, что они искренне восхищаются игрой моей дочери, даже не догадываясь, что я ее мать. Ну а что касается ее будущего, то это уже ей решать…
ЛИТЕР-Неделя:
А с какими трудностями вам пришлось столкнуться, когда вы решили заняться режиссурой?
В.Г.: Вот когда я снимала свою первую картину «Сломанный свет», тогда действительно было сложно, год был какой-то тяжелый. Многое не получалось из-за разных запретов, нареканий. Зато сейчас съемки фильмов «Заказ» и «Чертово колесо» проходили как-то легко. Только вот последнюю сцену из «Колеса» нам не сразу удалось снять. Все дело в том, что по сценарию герои катаются на «чертовом колесе», но в парке Горького его неожиданно объявили аварийным и запретили нам к нему приближаться. Пришлось пойти на ухищренья, чтобы все-таки воплотить весь замысел, в итоге сцену такую мы сняли, только вот зритель вряд ли догадается, что это другое колесо, а не то, что в парке. Но тогда это действительно выбило нас всех из колеи, это просто мистика была какая-то, все было заранее обдумано, запланировано и тут — бах… и все срывается.
ЛИТЕР-Неделя:
Вы
как-то сказали, что всем не угодишь и есть такие, кто открыто завидует вашему успеху. Приходилось вам сталкиваться с врагами лицом к лицу?
В.Г.: Нет, в лицо мне, слава богу, боятся что-то такое говорить, потому что знают, что я могу и ответить. Но в каких-то публикациях все это, безусловно, отражается. Неприятные статьи с завидным постоянством появляются в разных печатных СМИ, а также на страницах электронных газет, но я стараюсь не обращать на все это внимания. Так, недавно где-то прочла, что я якобы даю интервью и заявляю, что мне удачно сделали пластику. Сначала, не скрою, я вспылила. Возникло сильное желание просто встретиться с человеком, который все это написал и, конечно же, ответить. Но потом прошло какое-то время, я успокоилась и начала уже по-другому на все это смотреть. По сути, это же комплимент мне сделали, вот, значит, как хорошо я выгляжу, что они даже решили, что не обошлось без хирургического вмешательства. Но когда начинают склонять имена членов моей семьи, я уже не молчу, а просто подаю в суд и выигрываю дело. На сегодняшний день за клевету и распространение слухов я уже засудила две московские газеты. Поэтому лучше ничего не придумывать.
ЛИТЕР-Неделя:
Ни в одной из ваших картин нет
хеппи-энда, для вас это так принципиально?
В.Г.: Нет, что вы. Мы уже сами это заметили и даже как-то затосковали. Решили, что в следующей картине непременно будет счастливый конец. Но, честно говоря, выбор таких сценариев был не случаен. Дело в том, что с помощью драмы ты можешь эмоционально поднять зрителя до такого уровня, что он готов сопереживать. И вот это очень важно. На мой взгляд, любое кино должно что-то переворачивать внутри человека. Поэтому для своих фильмов я брала такие истории, к которым сама была не равнодушна. Что же касается моей следующей работы, я надеюсь, это будет добрая веселая комедия с диалогами в духе Брагинского. Но я не хочу сейчас загадывать, если все получится, я с удовольствием сниму эту картину — отдых от проблем.
ЛИТЕР-Неделя:
А у вас есть такой фильм?
В.Г.: Нет, я не могу сама себя заставить поставить видео или DVD, сесть и смотреть. Поэтому такого фильма нет, смотрю, если есть время, просто телевизионную программу. Но для меня лучший отдых — это, наверное, просто ничего не делать…
ЛИТЕР-Неделя:
В этом году вы ездили в Сочи на «Кинотавр». Возили свою работу или поехали любопытства ради?
В.Г.: Нет, свою картину я не повезла, потому как на этот кинофестиваль нужно везти картину, которую еще никто и нигде не видел, а «Чертово колесо» мы уже к этому времени успели презентовать публике. Так что, видимо, любопытства ради, и так уже не один год подряд. Мне очень нравится там бывать и смотреть новинки своих коллег. Это очень интересно и поучительно. Например, в этом году из всех работ я могу выделить замечательную картину «Русалка» режиссера Анны Миликян, понравилась работа Марии Любаковой «Жестокость». Кстати, в этом году в программе кинофестиваля было большое количество пессимистичных и, я бы даже сказала, депрессивных картин. Вот это действительно было странным…
ЛИТЕР-Неделя:
Как вы думаете, что движет режиссерами, снимающими подобные картины? Может быть, имеет смысл говорить о новом направлении в кинематографе?
В.Г.: Нет, просто им, скорее всего, кажется, что это ОНИ открывают НАМ кинематограф и снимают картины так, как еще никто и никогда не снимал. Хотя вот так изощренно уничтожать людей, человеческий дух, сознание… может быть, такого раньше и не было. Для этих режиссеров важно поразить воображение, им хочется самовыражения, чтобы их заметили, чтобы о них говорили, и не важно даже, в каком ключе. И это неправильно.
ЛИТЕР-Неделя:
Кто был вашим учителем в кино, на чьих картинах воспитывали вкус?
В.Г.: Прежде всего, это, конечно, российское или даже советское кино, на котором я, собственно говоря, и выросла. Для меня до сих пор учителями остаются Кулиджанов, Калатозов. Я выросла на кинематографе, который говорил о духе человека, о возвышенных чувствах. Это были такие картины, которые воспитывали в нас общечеловеческие ценности, забывать о которых ни в коем случае нельзя, иначе это может плохо кончиться для человечества.
ЛИТЕР-Неделя:
А чему учат ваши фильмы?
В.Г.: Я не стремлюсь кого-то учить, я никогда не ставила перед собой такой задачи. В своих картинах я часто говорю об одиночестве, о том, как люди ищут друг друга, и, если находят, но при этом есть какие-то препятствия, они вынуждены расстаться, чтобы не причинять боли своим близким…
Беседовала Марго Эрванд, Алматы
