Предыдущая статья

Мне 44... а кто даст?

Следующая статья
Поделиться
Оценка

Она отказала Никите Михалкову! Она худеет вместе с Пугачевой! Она спела без юбки!
Вся жизнь под прицелом фото- и телекамер. Жизнь без комплексов. Своя, и не только. Тележизнь от Лолиты Милявской

Если болеть — то под сериал «Следствие ведут знатоки»

Ничего интереснее не было в то время. Вообще это был первый сериал, в моем сознании первый, может, были и раньше. Ну просто я любила так болеть под этот сериал, пропускать школу, изображать температуру или не изображать. Потому что идет «Следствие ведут знатоки», и вот лежишь…
Всегда были утренние повторы, так было хорошо, лежишь в кровати, вокруг бегают родственники, бабушка бегает, еще живая, дедушка. Все тебе тут какие-то лекарства, вставляют термометр, а ты включаешь телевизор, и тебе можно все. И главное — не надо учиться.
Еще была программа «В гостях у сказки». Такое количество потрясающих фильмов, на которых мы выросли. И мы же знали режиссеров, мы знали, кто такой Ромм. А сейчас дети не знают Ромма. Знаете, мы вообще такие вещи знали, сейчас дети, наверное, думают, что Ромм — это ром, это что-нибудь спиртное… Вообще мы много чего знали.

Если получать — то под аккорды программы «Время»

Программа «Время» меня очень не интересовала. Мальчики, молодость, зачем мне новости? Это скучно, мне это не надо. Дедушка смотрел. Но я знала, что мне надо приходить с первыми аккордами программы «Время», а начиная с десятого класса — с последними. И вот только как раздается «па-па… Время вперед».
Я получала очень сильно, на самом деле. А так хотелось, чтобы так увлеклись этой программой, но иногда не было каких-то интересных новостей, и она не так сильно увлекала мою семью. Все ждали первых аккордов, чтобы мне за что-нибудь влупить.

Если о прошлом — то красиво…

Вы знаете, тогда и личности были, и есть эти личности, многие живы, к счастью. И русская речь была правильная, до которой нам недорасти. Мы косноязычные, ну, у нас много чего. Но тогда, тогда телевидение по-другому относилось к профессионалам. И тогда много красивых женщин было, было много красивых мужчин.

Если смеяться — то, конечно, под старый добрый КВН

КВН был на импровизации. КВН был совершенно сумасшедший. Вот мне тот КВН нравился гораздо больше, потому что, не знаю, ну, я не думаю, потому что я была ребенком. Потому что тот КВН был интеллектуальным, он был спонтанным, и сегодня…
Я понимаю, как Александру Маслякову, возглавляющему это движение, вот каково ему сравнивать. Каково ему сравнивать, но сегодня все превратилось в индустрию, а тогда, может быть, он был свободнее, потому что многое было нельзя. И то, что выпускали, спасибо Александру Маслякову.
Спасибо за то, что он с того времени протянул эту нитку. И теперь держит, держит вот эту империю КВНа в своих руках. Я сказала бы ему спасибо за это продолжение. Правда, сейчас КВН ударился больше в шоу-бизнес как бы. Тогда все-таки мы не были аполитичными. А сейчас мы стараемся жить не политикой, а как-то… Знаете, главное, чтобы нам замыло где-нибудь рубль.

Если об Алматы — то с восторгом…

Вы знаете, такого воздуха больше, по-моему, нет нигде. Вот такого воздуха, который пропитан чистым кислородом. Вот этого ощущения я больше нигде не нахожу. Алматинцы вот жалуются: резкий климат, днем — жара, ночью — холод. Знаете, для меня, как для приезжего, все хорошо.
И не давит так, как наша столица. Когда всего много, ощущение агрессии, не хочется выходить на улицу. А здесь такие ощущения… Вот я приехала в шесть утра и как легла, вот только в четыре часа дня открыла глаза. Потому что хронический недосып. Но я в Москве со своим недосыпом без снотворного не сплю, если сплю, то два часа, а со снотворным — шесть. Так вот здесь, я вот не знаю, сколько я проспала — часов двенадцать. И то меня разбудили, поставили и сказали: на работу. Ну поехали…
И я открыла окно в машине и нюхала. Водитель говорит: «Что вы делаете? Видите, у нас пробка?» Я говорю: «По сравнению с Москвой это не пробка». Он говорит: «Ох, один газ, а вы дышите». Нет, я в этом нашла кислород. Поэтому у вас везде кислород.

Если пожелать — то без комплексов…

Вы знаете, я думаю, что я могу пожелать только одного — не стремиться угодить всем. Я радуюсь, когда меня называют сумасшедшей. Поэтому я хочу пожелать моего сумасшествия всем остальным. Мое сумасшествие называется свобода — внутренняя свобода. Я эту свободу заработала тяжелым трудом, и право быть свободным — это очень тяжелое право. Оно и налагает обязанности, и отпечаток завоевывается путем нелегким.
Любая свобода стоит дорого, а внутренняя тяжелее всего дается. Потому что всегда обращаешь внимание, а вот как тут посмотрели, а как тут, а как ты выглядишь, а хочешь ли ты стареть. А внутренняя свобода позволяет стареть. Знаете, постареть и получать удовольствие. Потому что свобода дает возможность издеваться над собой и не позволять издеваться другим.
Поэтому я желаю вот этой внутренней свободы всем мужчинам и женщинам Казахстана, потому что нет легкой страны, нет легкого времени, нет легких экономик. Есть только сказки про то, что где-то, там, у кого-то, что-то, ничего нет.

Если ценить — то время, ту страну, те дни, когда ты живешь

Надо ценить то время, ту страну, те дни, когда ты живешь на этой земле, ту страну, в которой ты проживаешь, и любить ее такой, какая она есть, и помогать ей. А помочь можно одним — ощущением внутренней свободы. И не загонять себя каторжной работой, пытаясь заработать все. Иначе ты теряешь главное — ты теряешь удовольствие от жизни. Позволять себе отдых — вот это единственное, чему я еще не научилась. И поэтому я советую это другим.

Наталья Маркова