Сбои в обычно гладком процессе обмена разведывательной информацией между Лондоном и Вашингтоном @ в ближайшее время вынудят оба правительства признать, что стратегия использования разведданных для оправдания превентивной войны против Ирака себя не оправдала. Провал нельзя объяснить ошибочностью убежденности некоторых членов обоих правительств в необходимости предпринять какие-то действия по поводу Саддама. Ни ЦРУ, ни британская разведывательная служба MI6 не сомневаются в том, что большая часть собранной ими информации точна, считает Financial Times.
Провал связан с трансформацией разведданных в заслуживающий доверия и веский политический аргумент. Разведданные – сильное оружие. Череда событий привела на прошлой неделе к самоубийству Дэвида Келли, британского ученого и бывшего инспектора ООН. Одним из звеньев цепочки стало то, что BBC назвала его "высокопоставленным источником в разведке". Такой же спорной была ссылка президента Буша на британскую разведку как источник сведений о том, что Ирак стремился закупить уран в Нигере.
На самом деле Келли не был источником в разведке, а заявление Буша, как выяснилось впоследствии, было основано на поддельных документах, а не на британских разведданных. Информация, якобы основанная на секретных фактах, теперь используется, чтобы скрыть недостатки стратегии, построенной на секретности, а не на открытости.
"Разведданные, – сказал недавно офицер разведки, – это решающие 5% информации, делающие картину полной". Они редко бывают такими, что на них можно строить всю панораму. Но, опираясь на разведданные в оправдании войны, американское и британское правительства стремились превратить "решающие 5%" в 95. Опасность такого подхода сегодня становится очевидной. Важным элементом дебатов по поводу достоверности секретной разведывательной информации, который не все замечают, является то, что информацию, принятую ЦРУ, часто отвергала MI6 и наоборот.
Различие мнений американской и британской разведывательных служб по поводу попыток Ирака приобрести уран соответствует методам работы разведок, но не соответствует методам работы правительств. Отношения между государственными деятелями и шпионами, особенно в Вашингтоне, становятся все более сложными и сегодня могут серьезно повредить и тем и другим, поскольку стали видны дыры в обосновании военных действий, если оно зависит от оценок, сделанных разведывательными службами, а не от убежденности парламентов.
В ходе подготовки к войне Вашингтон в своих обоснованиях брал за отправную точку теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне, совершенные 11 сентября 2001 года. Уже через несколько часов после терактов администрация Буша пыталась протянуть нить между режимом Хусейна и "Аль-Каидой". В Британии MI6 никогда не признавала наличие такой связи, несмотря на то что именно она составляла суть американского обоснования войны в Ираке.
Существовали и другие важные различия. Непосредственно перед войной ЦРУ пришло к выводу, что Ирак, если его не остановить, сможет создать ядерное оружие в течение года, тогда как, по оценкам британцев, на это требовалось вдвое больше времени. После начала военных действий различия в оценках партнерами по коалиции боеспособности и стратегии Ирака быстро стали очевидными. Источником разногласий опять-таки была секретная информация.
В этом заключается проблема американского и британского правительств. Чтобы убедить сомневающуюся общественность обеих стран в правомерности войны, правительствам в Лондоне и Вашингтоне пришлось всеми силами демонстрировать существующую между ними общность взглядов. Но чтобы этого добиться, они использовали материалы разведывательных служб, позиции которых по критическим вопросам расходятся и разногласия между которыми являются нормой в разведывательном сообществе.
Именно различие мнений обогащает процесс обмена информацией между разведками США и Британии, но оно же стало ахиллесовой пятой политического альянса двух стран.
Перевод www.Inopressa.ru
Провал связан с трансформацией разведданных в заслуживающий доверия и веский политический аргумент. Разведданные – сильное оружие. Череда событий привела на прошлой неделе к самоубийству Дэвида Келли, британского ученого и бывшего инспектора ООН. Одним из звеньев цепочки стало то, что BBC назвала его "высокопоставленным источником в разведке". Такой же спорной была ссылка президента Буша на британскую разведку как источник сведений о том, что Ирак стремился закупить уран в Нигере.
На самом деле Келли не был источником в разведке, а заявление Буша, как выяснилось впоследствии, было основано на поддельных документах, а не на британских разведданных. Информация, якобы основанная на секретных фактах, теперь используется, чтобы скрыть недостатки стратегии, построенной на секретности, а не на открытости.
"Разведданные, – сказал недавно офицер разведки, – это решающие 5% информации, делающие картину полной". Они редко бывают такими, что на них можно строить всю панораму. Но, опираясь на разведданные в оправдании войны, американское и британское правительства стремились превратить "решающие 5%" в 95. Опасность такого подхода сегодня становится очевидной. Важным элементом дебатов по поводу достоверности секретной разведывательной информации, который не все замечают, является то, что информацию, принятую ЦРУ, часто отвергала MI6 и наоборот.
Различие мнений американской и британской разведывательных служб по поводу попыток Ирака приобрести уран соответствует методам работы разведок, но не соответствует методам работы правительств. Отношения между государственными деятелями и шпионами, особенно в Вашингтоне, становятся все более сложными и сегодня могут серьезно повредить и тем и другим, поскольку стали видны дыры в обосновании военных действий, если оно зависит от оценок, сделанных разведывательными службами, а не от убежденности парламентов.
В ходе подготовки к войне Вашингтон в своих обоснованиях брал за отправную точку теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне, совершенные 11 сентября 2001 года. Уже через несколько часов после терактов администрация Буша пыталась протянуть нить между режимом Хусейна и "Аль-Каидой". В Британии MI6 никогда не признавала наличие такой связи, несмотря на то что именно она составляла суть американского обоснования войны в Ираке.
Существовали и другие важные различия. Непосредственно перед войной ЦРУ пришло к выводу, что Ирак, если его не остановить, сможет создать ядерное оружие в течение года, тогда как, по оценкам британцев, на это требовалось вдвое больше времени. После начала военных действий различия в оценках партнерами по коалиции боеспособности и стратегии Ирака быстро стали очевидными. Источником разногласий опять-таки была секретная информация.
В этом заключается проблема американского и британского правительств. Чтобы убедить сомневающуюся общественность обеих стран в правомерности войны, правительствам в Лондоне и Вашингтоне пришлось всеми силами демонстрировать существующую между ними общность взглядов. Но чтобы этого добиться, они использовали материалы разведывательных служб, позиции которых по критическим вопросам расходятся и разногласия между которыми являются нормой в разведывательном сообществе.
Именно различие мнений обогащает процесс обмена информацией между разведками США и Британии, но оно же стало ахиллесовой пятой политического альянса двух стран.
Перевод www.Inopressa.ru