В скором времени Украина может начать получать аргентинский газ — в том смысле, что принадлежать он будет аргентинской компании «Бридас» (Bridas). Такая перспектива появилась после того, как «отец всех туркмен» признал долг перед аргентинцами в размере 1 миллиарда долларов США.
История эта началась 11 лет назад, когда владелец «Бридас» Карлос Бульгерони сумел очаровать президента Туркменистана Сапармурада Ниязова. Надо сказать, что «Бридас» — весьма известная в мировых деловых кругах нефтегазовая компания, занимающаяся разведкой, добычей и переработкой и транспортировкой углеводородного сырья. В Туркмении аргентинцы осуществляли целый ряд проектов и, помимо прочего, должны были возглавить консорциум по строительству трансафганского газопровода (Туркменистан-Афганистан-Пакистан). Кстати, эти планы они не оставили до сих пор. Поначалу туркменский бизнес г-на Бульгерони процветал, но потом товарищ Ниязов решил, что продешевил с концессиями, и потребовал увеличить отчисления с барышей сверх того, что предусматривалось официальными соглашениями (и, не исключено, негласными договоренностями). Однако корыстолюбивый аргентинец, свято веривший, что даже в солнечной Туркмении договоры должны соблюдаться, удовлетворить эти притязания отказался, чем не на шутку разгневал Туркменбаши. Между тем известно, что восточное хладнокровие не свойственно хозяину земли туркменской; ему присуща, скорее, латиноамериканская страсть. В общем, в декабре 1995 г. Ниязов в одностороннем порядке разорвал все соглашения и выгнал аргентинца из своей вотчины, что называется, взашей. С тех пор Бульгерони вел судебные тяжбы, пытаясь заставить вспыльчивого владыку возместить нанесенные убытки. Эти убытки аргентинец оценил в 1 млрд «зеленью» без учета набежавших процентов, пишет «Утренняя Газета».
Судились бывшие партнеры долго и нудно, пока, наконец, Хьюстонский коммерческий суд ни признал справедливость претензий «Бридас». Натурально, ниязовские адвокаты подали в Верховный суд США апелляцию, но в июне с.г. верховные жрецы американской Фемиды эту апелляцию отклонили. Туркменбаши ничего не оставалось как согласиться с данным решением, поскольку в противном случае против Туркмении могли быть применены санкции, включая арест личных счетов Сапармурада Атаевича в западных банках. Теперь, в соответствии с решением суда, «высоким договаривающимся сторонам» предстоит заключить соглашение о сроках, суммах (уже с учетом процентов) и порядке будущих выплат.
Проблема для Ниязова в том, что, как ни странно, туркменская казна пуста. Странно это потому, что Туркмения получает немалые доходы от экспорта газа, нефти и хлопка. Однако это перестает казаться странным, если вспомнить о некоторых особенностях туркменской экономики. Например, о «социальной нагрузке» на бюджет, благодаря чему подданные Туркменбаши имеют счастье без меры потреблять бесплатные для них газ, электричество, воду и еще соль. Можно также вспомнить о раздутом госаппарате, возведении пышных дворцов, прочих «стройках века» и в целом весьма нерациональном расходовании бюджетных средств. Вообще говоря, что происходит в туркменской экономике — не знает никто, в том числе в самой Туркмении. Официальные данные, судя по всему, просто подгоняются под те задачи, которые выдвигает президент. По этим данным выходит, что экономика выросла в 2003 г. аж на 17%. За 9 месяцев прошлого года ВВП составил 56,2 трлн. манатов. Но много это или мало? По официальному курсу маната (1 доллар США = 5200 манатов) в пересчете на год получается 2,4 тыс. долларов на душу населения — не бог весть что, но на фоне большинства других стран СНГ очень даже прилично. В то же время на черном рынке за доллар дают в 4-5 раз больше, чем официально, и применение этих расценок отбрасывает Туркмению по экономическим показателям в число беднейших стран мира. Туркменбаши обещает, что к 2020 г. ВВП на душу населения возрастет до 20 тысяч долларов. Однако до этого еще далеко, а пока, по ряду косвенных признаков, в экономике республике (еще не познавшей рыночной стихии) усиливаются кризисные явления. О нехватке средств свидетельствует, например, тот факт, что 5% расходов консолидированного бюджета (порядка 3,3% ВВП) официально покрывается за счет «кредитов» Центрального банка, то есть эмиссии.
Как известно, основные доходы Туркмения получает от экспорта природного газа. В прошлом году объемы его добычи возросли на 11% и достигли 59,1 млрд. куб. м, из которых за рубеж ушло 43,4 миллиарда. В первом полугодии текущего года прирост составил 3,2% — до 32 млрд. куб. м, в том числе 23,3 млрд. — на экспорт. Главными покупателями туркменского газа сегодня выступают Украина, Россия и Иран. Одна только Украина, по долгосрочным двусторонним соглашениям, ежегодно приобретает 34-36 млрд. куб. м по цене $44 за тысячу «кубов» (получается не менее 1,5 млрд. долларов в год, из которых 50% оплачивается твердой валютой, а 50% — встречными товарными поставками). Однако текущие экспортные доходы Туркмении не могут покрыть всех ее нужд в рамках крайне неэффективной социально-экономической системы. Так что «неожиданная» (Ниязов до последнего надеялся на благополучный исход) необходимость наскрести где-то миллиард долларов для удовлетворения претензий «Бридас» — удар для Туркменбаши более чем чувствительный. Тем более что вытребовать деньги с собственных должников, таких, например, как Грузия (кстати, Украина в начале этого года полностью расплатилась по старым «газовым» долгам), Ашхабад не в состоянии. Да и не хватит этих денег, чтобы рассчитаться с Бульгерони.
К счастью, аргентинец — не Остап Бендер, которому непременно надо было получить всю сумму «сразу, а не частями». К тому же, он, вероятно, проявит снисхождение и не станет требовать «живых» денег. Поговаривают, что в возмещение прошлых убытков «Бридас» может всемилостиво согласиться на новые газовые концессии и долю в транзитной квоте Туркмении в магистральном трубопроводе Средняя Азия—Центр. Часть получаемой компанией чистой прибыли будет в этом случае засчитываться в счет погашения долга и процентов по нему. По прикидкам, лет через 15 Ашхабад сможет расплатиться за опрометчивый поступок «отца нации». Если, конечно, до той поры этот самый «отец» не выкинет какой-нибудь новый фортель.
Сергей Эдуардов