Одержать победу в войне с терроризмом невозможно

По прошествии почти пяти лет можно сказать, что «война с терроризмом» оказалась ложной метафорой, приведшей к контрпродуктивной и обреченной на провал политике. Вводящая в заблуждение фигура речи была использована для развязывания настоящей войны на нескольких фронтах, включая Ирак, Газу, Ливан, Афганистан и Сомали. Погибли тысячи невинных людей, что вызвало гнев миллионов людей во всем мире.

Однако ослабить «Аль-Кайду» так и не удалось, как показал недавний план взорвать направляющиеся в США коммерческие рейсы из Лондона. Осуществлению этого плана, в результате которого могло погибнуть больше людей, чем во время террористических актов 11 сентября, помешала бдительность британских разведывательных служб. Однако ясно, что этот заговор далеко не последний, считает Джордж Сорос, известный финансист, оппонент внешней политики Джорджа Буша, автор книги «Век ошибок: последствия войны с терроризмом». Поясняя свои взгляды на ситуацию в этой сфере, он заявил «Эху» :
- К сожалению, американская общественность слепо приняла метафору войны как очевидную реакцию на 11 сентября. Действительно, даже сейчас, когда широко признается, что вторжение в Ирак было ошибкой, «война с терроризмом» остается рамкой, под которую подгоняется американская политика. Большинство политиков-демократов также поддерживают ее из страха прослыть нерешительными в вопросах обороны.

Но продолжающаяся поддержка войны с терроризмом не делает ее менее обреченной на провал. По своей природе война приводит к невинным жертвам, что еще более вероятно, когда она ведется против террористов, потому что террористы имеют тенденцию скрывать свое местонахождение. Смерть, ранения и унижение простых людей вызывают гнев и возмущение среди их семей и общества, что в свою очередь усиливает поддержку терроризма.

Более того, слово терроризм является обобщением, использующимся в отношении всех политических движений, прибегающих к террористической тактике. «Аль-Кайда», «ХАМАС», «Хезболлах», суннитское повстанческое движение и «армия Махди» в Ираке очень отличаются друг от друга, но глобальная война с терроризмом Джорджа Буша не дает нам возможности делать различия между ними и использовать соответствующий подход в отношении каждого их них. Она сдерживает необходимые переговоры с Ираном и Сирией — государствами, поддерживающими террористические группировки.

В то же самое время, как продемонстрировали британцы, с такими группами, как «Аль-Кайда» легче всего справляться при помощи хорошей работы разведывательных служб. Акцент на военных действиях в ходе войны с терроризмом только усиливает угрозу терроризма и усложняет работу разведывательных агентств. Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири все еще находятся на свободе, и нам необходимо сосредоточиться на их поимке, если мы хотим предотвратить теракты вроде тех, что планировались в Англии.

И, наконец, война с терроризмом вбивает клин между «нами» и «ними». Мы — невинные жертвы, они — злоумышленники. В то время как мы, похоже, не замечаем, что мы также становимся злоумышленниками в процессе, это замечает остальной мир — разница в восприятии, серьезно подорвавшая международную репутацию и статус Америки.

Вместе взятые, эти факторы говорят о том, что одержать победу в войне с терроризмом невозможно. Наоборот, бесконечная война против невидимого врага наносит огромный вред не только нашему авторитету и престижу в мире, но также нашему собственному обществу. Она привела к опасному расширению полномочий исполнительной власти, запятнала нашу приверженность универсальным правам человека и сдержала критический процесс, лежащий в основе открытого общества. Она также стоила нам много денег. Что более важно, война с терроризмом отвлекла наше внимание от других срочных дел, требующих лидирующей роли со стороны Америки, как, например, завершение работы, начатой в Афганистане, предотвращение надвигающегося глобального энергетического кризиса и решение проблемы распространения ядерного оружия.

В условиях ослабления международного влияния Америки мир рискует оказаться в порочном кругу эскалации насилия. Этого можно избежать, только если американцы откажутся от войны с терроризмом как от ложной метафоры.

Если мы продолжим сегодняшний курс, ситуация будет только ухудшаться. Это является испытанием не нашей воли, но нашего понимания реальности. Больно признавать, что наши проблемы порождены нашими же неправильными представлениями. Но отказ признать это будет еще более болезненным в долгосрочной перспективе. Сила открытого общества заключается в его способности признавать и исправлять свои ошибки. Сегодня нам предстоит пройти этот тест.

Исследовательская служба Конгресса США, ссылаясь на более ранние публикации Государственного Департамента США, опубликовала доклад под названием «Тенденции в развитии терроризма: 2006», в котором указываются особенности динамики развития террористических групп и организаций по всему миру, сообщает «Washington Profile». В докладе перечисляются следующие факторы:

1. В террористических структурах по всему миру отмечается рост числа участников, ведущих свою деятельность на рядовом или микро уровне. Побуждаемые пропагандой, распространяемой в Интернете радикальными исламистскими духовными лидерами и арабоязычным телевидением, и исходя из того, что большинство лидеров Аль-Каиды было уничтожены, что значительно ослабило центральное руководство группы, все большее количество независимых участников примыкают к рядам террористов. Фактически происходит децентрализация международных террористических организаций. В докладе указывается, что большинство террористических актов исполняется либо ячейками, либо отдельными лицами. Летальность атак в данном случае ниже, чем при более централизованном подходе, так как отдельные лица, скорее всего, будут использовать обычные бомбы и огнестрельное оружие, что не может нанести вреда в крупном масштабе. Тем не менее, индивидуальных участников отследить намного труднее, чем членов централизованной террористической структуры.

2. Террористические группы по всему миру стали использовать более утонченные методы деятельности. Террористы эффективно используют международные потоки информации, финансов и идей. Террористы также в значительной мере усовершенствовали технический аспект своей деятельности в области планирования, коммуникаций, пропаганды и выбора целей для последующих атак.

3. Террористические организации активно сращиваются с международными криминальными структурами. Как и криминальные организации, террористы используют одинаковую систему доставок, транспортировки и перемещения финансовых средств. Данный факт может сослужить хорошую службу правоохранительным органам, так как с использованием криминальных каналов вычисление и идентификация террористов становится значительно легче.

4. Рост количества террористических актов, совершенных террористами-смертниками, является еще одной новой тенденцией в развитии современного терроризма. Кроме того, в докладе указывается на прямую связь между военной кампанией, проводимой США в Ираке, и ситуацией в области международного терроризма. Почти треть всех террористических актов, совершаемых в мире, приходится на Ирак. 50% от всех убитых в мире в результате террористических актов людей также приходится на Ирак. Таким образом, в докладе выражается озабоченность тем, что Ирак может стать активным мировым экспортером терроризма.

5. Другим фактором является уменьшение масштабов государственного спонсирования международного терроризма и улучшение в области межгосударственного сотрудничества по борьбе с международным терроризмом. Как указывается в докладе, единственными странами, до сих пор поддерживающими терроризм, являются Иран и Сирия. Куба и Северная Корея отнесены к странам, не сотрудничающим в области борьбы с международным терроризмом. Саудовская Аравия заслужила особую похвалу со стороны авторов доклада. Согласно докладу, благодаря операциям, проведенным правительством Саудовской Аравии, были захвачены или уничтожены 26 разыскиваемых международных террористов. Вклад Пакистана оценивается еще более высоко, так как благодаря усилиям его правительства были захвачены или уничтожены сотни международных террористов. В докладе указывается, что в отличие от предыдущих лет, Ливия и Судан продемонстрировали готовность к сотрудничеству в области борьбы с международным терроризмом.

Институт Предотвращения Терроризма также  опубликовал доклад, в котором проанализированы тенденции в развитии терроризма за последние четверть века (с 1980 по 2005 год). Авторы доклада подсчитали, что взрывные устройства (бомбы) были и остаются наиболее популярным оружием террористов. В общей сложности, с помощью бомб было произведено 57% от общего числа терактов, причем в некоторые годы «бомбовая составляющая» была еще выше. К примеру, в 1999 году с помощью взрывчатки было осуществлено 70% терактов.

На втором месте по степени любви боевиков — огнестрельное оружие, применяемое для обстрела мирных жителей, военнослужащих, полицейских и пр. Однако частота его использования резко варьируется в зависимости от года и региона, в котором действуют террористы. В 1999 году террористы использовали пистолеты, винтовки, автоматы, пулеметы и пр. в 7.5% случаев, в 2005 году — в 30%. Наиболее часто подобное оружие используется на Ближнем Востоке (56% от общего числа случаев) и в Юго-Восточной Азии (12%).

На третьем месте — похищения, на долю которых приходится примерно 7% террористических атак. Наиболее часты они на Ближнем Востоке, в Латинской Америке и Азии, причем отмечено два пика популярности киднеппинга: в начале 1980-х годов и в середине 1990-х. Похищения стали «визитной карточкой» террористических структур, действующих в Ливане и Колумбии.

На четвертом месте — теракты, осуществляемые самоубийцами. В последние годы самоубийцы проводят 5–7% всех террористических акций, в 1980-е -1990-е годы популярность этого метода убийства была намного ниже и не превышала, 2–3%. Особенно часто подобные нападения организуют исламисты и тамильские экстремисты.

На пятом месте оказались поджоги, осуществляемые экстремистами (в том числе и с помощью различных зажигательных смесей). На их долю приходится 3.7% от общего числа инцидентов. Популярность «коктейля Молотова» имеет странную природу: в 1999 году террористы организовали масштабную серию поджогов и взрывов зажигательных бомб в Испании и Турции, на долю рукотворных пожаров пришлось 65% от общего числа терактов, осуществленных в этих странах. Бутылки с зажигательной смесью особо популярны у «экологических террористов», выступающих в защиту окружающей среды, которые атакуют нефтяные объекты, скотобойни и даже частные автомобили-внедорожники. 

В докладе также указывается, что в 2002–2003-е годы террористы провели рекордно много политических убийств; что количество случаев захватов заложников и угонов пассажирских самолетов снижается с середины 1990-х годов; наиболее часто террористы атакуют полицейских (на первом месте по количеству атак), правительственные учреждения (второе место) и мирных жителей (третье место).

Международный терроризм (то есть осуществляемый либо международными террористическими структурами, либо направленный против иностранных граждан и объектов) наиболее распространен на Ближнем Востоке (66% всех зафиксированных инцидентов). На втором месте — Южная Азия (14%), на третьем — Западная Европа (7%). На долю Восточной Европы приходится лишь 2% от общего числа атак, на долю Центральной Азии — 1%. В свою очередь, табель о рангах «местных» террористов (речь идет о локальных группировках, действующих внутри и против одного государства) выглядит несколько иначе: Ближний Восток — 61%, Южная Азия — 18%, Юго-Восточная Азия и Океания — 9%. Здесь на долю Восточной Европы приходится 3% инцидентов (равный с Латинской Америкой  результат).

Как относятся к глобальной войне с терроризмом рядовые американцы?

35% американцев, опрошенных телекомпанией CBS, уверены, что глобальную войну с терроризмом выигрывают США и их союзники. 41% жителей США придерживаются мнения, что чаша весов ныне не склоняется ни на одну сторону. 20% убеждены, что успех сопутствует террористам. Впервые подобный опрос был проведен в начале 2000 года, сообщает «Washington Profile». За это время были заметны определенные колебания, однако пропорции изменились достаточно мало: в победе США традиционно были убеждены от 31% до 52% американцев (последний рекордно высокий результат был показан после взятия Багдада и окончания «правильной» войны в Ираке), в победе террористов — от 9% (тогда же) до 20%.

Американцы также убеждены в том, что теракты на территории США неизбежно произойдут. 17% считают, что это «очень вероятно», 47% — «вполне вероятно». Лишь 6% опрошенных видят будущее исключительно в розовых красках и считают, что террористам не удастся нанести удар по Соединенным Штатам. Любопытно, что примерно схожие ответы были даны на вопрос «Как Вы оцениваете способность властей США защитить своих граждан от будущих террористических атак?». 17% полностью убеждены в адекватности и успешности властей, 51% — убеждены в значительной степени, а 6% — в успешные действия властей не верят.

При этом большинство американцев беспокоило и продолжает беспокоить, не успехи властей страны в борьбе с террором, а ограничения прав и свобод жителей США. К примеру, ныне 39% жителей США в наибольшей степени волнует, что власти недостаточно активно борются с террором, а 46% — что власти попирают гражданские права граждан. 

Опрос журнала Newsweek, в свою очередь показал, что половина американцев считают, что США ныне лучше защищены от атак террористов, чем до терактов 11 сентября 2001 года. Почти столько же — 47% — убеждены в обратном.

В свою очередь, агентство Zogby International задало вопрос: «Стоит ли США начать прямые переговоры с такими группировками, как „Аль-Каеда“, „Хамас“, „Хезболла“ и т.п.?». 30% американцев считают, что переговоры начинать стоит, 60% — категорически против этого. Как правило, в поддержку переговоров выступают люди, называющие себя либералами. Консерваторы, наоборот, эту идею отвергают. Любопытно, что лишь 16% опрошенных считают, что если подобные переговоры будут начаты и сторонами будет подписано какое-то соглашение, то благодаря этому будет обеспечен мир.

Наиболее распространенные мифы о терроризме «Аль-Кайды»

Марк Сейджмэн — независимый эксперт по вопросам терроризма, основатель фирмы «Сейджмэн консалтинг» в Роквилле, шт. Мэриленд, старший научный сотрудник Института внешнеполитических исследований в Филадельфии (шт. Пенсильвания) и старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне. В 1973 году Марк Сейджмэн окончил Гарвардский университет, а в Нью-Йоркском университете получил докторские степени по медицине и политической социологии.

Нижеследующее исследование Марка Сейджмэна, которое опубликовал электронный журнал Государственного департамента США,  было впервые опубликовано под названием «Изучение террористических сетей» (Издательство Пенсильванского университета, 2004 год). В выборку, использованную в этом исследовании, вошли члены «Аль-Кайды» из стран Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии, Северной Африки и Европы. Марк Сейджмэн представил свои результаты на слушаниях в Национальной комиссии по расследованию причин и обстоятельств террористических атак на США (также известной как «Комиссия 9/11») и в настоящее время консультирует по вопросам терроризма различные государственные агентства.

- Нынешняя волна террористических актов, совершаемых террористами-самоубийцами из «Аль-Кайды», не поддается легкому объяснению. В результате появилось множество мифов, которые оказывают влияние на распространенные мнения об этой разновидности терроризма. Приведенные ниже высказывания основываются на биографических данных о более чем 400 террористах, связанных с «Аль-Кайдой», и ставят под сомнение общепринятую точку зрения.

Миф: терроризм происходит от бедности.

Реальность: подавляющее большинство террористов из данной выборки являются представителями твердо стоящего на ногах среднего класса, а их главари и вовсе происходят из обеспеченных слоев населения, занимающих высокое социальное положение. Это справедливо для большинства политических движений, включая террористические, и «Аль-Кайда» не является исключением. Хотя «Аль-Кайда» оправдывает свою деятельность утверждениями о том, что она якобы защищает интересы малоимущих братьев, ее связь с бедными является, по меньшей мере, неубедительной.

Миф: террористы — это наивные молодые люди.

Реальность: средний возраст тех, кто вступает в террористические организации, составляет примерно 26 лет. Это молодые взрослые мужчины, полностью ответственные за свои действия. Однако, возможно, вследствие растущей значимости Интернета, который апеллирует к более молодым людям, средний возраст террористов понижается. В Интернете они сталкиваются с мифами об «Аль-Кайде», которые вдохновляют некоторых из них на совершение террористических актов от ее имени, хотя они никогда ранее не встречались с настоящими членами «Аль-Кайды» и не получали от них указаний. За последние два года средний возраст арестованных террористов, связанных с «Аль-Кайдой», снизился примерно до 22 лет.

Миф: медресе — исламистские школы-интернаты, проповедующие ненависть к Западу, — ведут «промывку мозгов» молодых мусульман, превращая их в террористов.

Реальность: только 13% террористов из моей выборки посещали медресе, и такая практика распространена в основном в Юго-Восточной Азии, где два директора медресе — Абдулла Сунгкар и Абу Бакар Баасийр — сформировали из своих лучших учащихся костяк террористической организации «Джамаа исламия» — индонезийского филиала «Аль-Кайды». Это означает, что 87% террористов из выборки получили светское образование.

Миф: ислам делает молодых мусульман более радикальными, превращая их в террористов и экспортируя насилие из мусульманских стран на Запад.

Реальность: подавляющее большинство террористов «Аль-Кайды» из выборки происходят из семей, придерживающихся весьма умеренных религиозных взглядов или являются сторонниками совершенно секуляризованного мировоззрения. На самом деле 84% террористов превратились в радикальных исламистов уже на Западе, а не в странах своего происхождения. Большинство приехали на Запад для учебы и в тот момент не собирались становиться террористами. Еще 8% приходится на долю христиан, принявших ислам, которые не могли подвергнуться «промывке мозгов» в той культурной среде, в которой они находились.

Миф: террористы из «Аль-Кайды» плохо образованы и вступают в «Аль-Кайду» из невежества.

Реальность: примерно две трети террористов из выборки посещали колледж, что резко контрастирует с ситуацией в общинах их происхождения, где аналогичный показатель составляет менее 10%. Несмотря на свою образованность, эти люди мало знали о религии, однако многие изучали инженерное дело, что сделало их вдвойне опасными. Иными словами, благодаря своей относительной необразованности в религии, они стали особенно уязвимыми перед пропагандой радиального ислама, одновременно обладая навыками изготовления бомб.

Миф: террористы-самоубийцы из «Аль-Кайды» — это неженатые мужчины, не несущие семейных обязанностей.

Реальность: некоторые утверждают, что отсутствие у молодых мусульман-мужчин возможностей для удовлетворения своих сексуальных потребностей трансформирует их сексуальную фрустрацию в самоубийственный терроризм, поскольку они надеются, что на небесах им воздастся и, в частности, они получат доступ к пресловутым 72 девственницам. На самом деле три четверти террористов из «Аль-Кайды» женаты, а две трети из них имеют детей (и много детей!). Этот очевидный парадокс объясняется тем, что они хотят иметь много детей, чтобы они могли вести джихад, ведь они сами жертвуют собой ради своего дела и своих товарищей.

Миф: террористы из «Аль-Кайды» вступают в эту организацию из отчаяния, потому что не обладают профессиональными навыками, пользующимися спросом на рынке.

Реальность: примерно 60% террористов «Аль-Кайды» из выборки имеют профессиональную или полупрофессиональную подготовку. Однако такое положение дел меняется, поскольку новое поколение террористов становится моложе и, соответственно, обладает меньшими профессиональными навыками по сравнению с предыдущим поколением.

Миф: террористы из «Аль-Кайды» — обыкновенные уголовники.

Реальность: очень немногие террористы из «Аль-Кайда» имеют уголовное прошлое. Ни один из 19 террористов, совершивших теракты 11 сентября 2001 года на территории США, не был уличен в совершении каких-либо преступлений в какой-либо стране. Однако такое положение дел меняется, особенно в Западной Европе, поскольку новобранцы «Аль-Кайды» являются представителями «отверженного» поколения, вынужденными совершать мелкие преступления или торговать наркотиками, чтобы свести концы с концами.

Миф: террористы из «Аль-Кайды», особенно самоубийцы, являются просто безумцами или страдают психическими расстройствами.

Реальность: данная выборка характеризуется почти полным отсутствием психических расстройств. Это принципиальный момент, поскольку люди с психическими расстройствами обычно быстро «отсеиваются» из любой тайной организации по соображениям безопасности.

Миф: террористов из «Аль-Кайды» вербуют харизматические лидеры, которые ведут охоту на одиноких, уязвимых жертв.

Реальность: вербовка в «Аль-Кайду» велась среди друзей и родственников террористов, а не силами специальных вербовщиков. Примерно две трети выборки дружили до того, как впервые задумались о вступлении в ту или иную террористическую организацию. Их умонастроение стало более «радикальным» в группе, и они коллективно решили вступить в «Аль-Кайду». Лучшим примером в этом смысле является гамбургская группировка, которая руководила операцией 11 сентября 2001 года. Восемь друзей решили объединиться и вместе отправились в Афганистан двумя партиями. Те, кто входил в первую партию, позднее стали пилотами захваченных самолетов, а во вторую — членами группы поддержки. Девятый член группировки вступил в нее из родства. Их близкие родственники, отцы, братья или двоюродные братья уже являлись членами «Аль-Кайды». Они просто «воссоединились» со своими семьями.