Борьба с коррупцией: PR-акция или тенденция?

На прошлой неделе Международная антикоррупционная организация Transparency International опубликовала индекс взяткодателей. Чтобы выяснить, представители каких страны чаще других предлагают взятки своим бизнес-партнерам и чиновникам, Transparency International опросила 11 тысяч предпринимателей из 125 стран мира. В результате был составлен рейтинг 30 стран — самых больших мировых экспортеров. Выяснилось, что самые скупые на «подарки» швейцарцы, шведы и австралийцы. Самые щедрые — индусы, китайцы и россияне. «Тот факт, что компании из стран-членов ОЭСР продолжают предлагать взятки по всему миру в то время, как их правительства лишь делают вид, что претворяют в жизнь нормы антикоррупционных законов, невозможно назвать ничем иным, как лицемерием. Индекс Взяткодателей Transparency International ясно показывает, что они делают далеко не все, что в их силах, для противодействия подкупу иностранных должностных лиц», — заявил Дэвид Нуссбаум, исполнительный директор организации.

По словам Нуссбаума, «нет недостатка в нормативно-правовых актах и инструментах, как на уровне правительств, так и компаний. После присоединения к антикоррупционным конвенциям ООН и ОЭСР, во многих странах были приняты соответствующие внутренние законы, тем не менее, по-прежнему остро стоит проблема их применения на практике».

В странах «новых экспортерах» проблемы стоят несколько иного плана. Индия, Китай и Россия не ратифицировали антикоррупционную конвенцию ОЭСР, правда, Китай и Россия все же поставили свои подписи под конвенцией ООН. Активная взяточническая деятельность компаний из этих стран, по мнению Transparency International, подрывает мировую экономику, сообщает «Newsru.com».

«Компании, предлагающие взятки, подрывают даже самые серьезные усилия правительств развивающихся стран, направленные на совершенствование государственного управления и тем самым поддерживают порочный круг нищеты», — заявила Угетт Лабелль, президент Transparency International.

Итак, Россия заняла 28-е место из 30 возможных в рейтинге коррумпированности экспортной экономики (5,16 пункта). Хуже России дела обстоят только у Китая (4,94)и Индии (4,62). Немного лучше — в Турции (5,23 пункта) и Тайване (5,41 пункта). Так обстоят дела в сфере бизнеса.

Какова ситуация в сфере бытовой коррупции? Данные исследования GfK «Коррупционный климат в Европе» свидетельствуют о том, что в России взятки чиновникам дает не так много людей, как кажется. При этом россияне почти никогда не доносят на коррупционеров и не верят, что с коррупцией можно бороться. Эксперты объясняют это слабостью российского госаппарата и недоверием к нему со стороны населения, отмечают «Ведомости». В среднем 37% жителей охваченных исследованием стран считают, что взятки — «естественная часть жизни». Но если в Швеции таких взглядов придерживается 8% населения, то в Румынии — 61%, в Боснии и Герцеговине — 58%, в Чехии — 57%. Россия находится в середине списка (41%), при этом ее результаты лучше, чем у Латвии и Украины. Из постсоветских государств только Эстония показывает результат на уровне обычной западноевропейской страны (24%). При этом 66% россиян заявили, что они никогда не дают взятки. В Португалии таких граждан 94%, в Эстонии — 82%, в Румынии — лишь 38%.

Самыми коррумпированными секторами большинство европейцев считают правительство и учреждения здравоохранения. Однако в России лидерами коррупции считаются «учреждения, выдающие лицензии и сертификаты» (13%), за ними следует правительство (11%) и только потом здравоохранение (7%). При этом в развитых странах коррумпированной часто называют сферу бизнеса: таких взглядов придерживаются 53% голландцев, 39% шведов и 20% англичан. В России бизнес, напротив, пользуется наивысшим доверием. «Коррупция в госструктурах выходит на первый план, прежде всего, в переходных экономиках, где госаппарат слаб и неэффективен», — объясняет директор российского отделения Transparency International Елена Панфилова. В развитых странах чиновники, напротив, находятся под эффективным общественным контролем, в то время как бизнес относительно свободен в своих действиях, говорит она.

Оказалось, что Россия — одна из самых терпимых к взяточничеству стран из охваченных исследованием. По данным опроса, каждый второй британец, став свидетелем дачи взятки, сообщит об этом правоохранительным органам. Но лишь 11% россиян и 9% украинцев готовы к аналогичному проявлению гражданского мужества. При этом 61% россиян считают, что с коррупцией бороться бесполезно — она «была, есть и будет». Эксперты объясняют это недоверием населения к власти. «Во время исследования в прошлом году мы задали респондентам вопрос: как они относятся к практике анонимных сообщений, принятой во многих странах?» — рассказывает президент фонда «Индем» Георгий Сатаров. Но всего 18,5% согласились с необходимостью появления такой процедуры. 25% ответивших полагают, что анонимность сохранить не удастся, а 22% убеждены, что коррупция — «неотъемлемая часть нашей жизни, которая помогает решать проблемы».

Любые исследования коррупции измеряют не само явление, а отношение к нему со стороны опрашиваемых, считает Катинка Бариш из лондонского Центра европейской реформы. Поэтому сравнивать уровни коррупции в разных странах трудно, рассуждает она. Кроме того, коррупция бывает «эффективной» и «неэффективной». «В восточноевропейских странах, когда вы хотите построить здание, вы платите, получаете все необходимые разрешения и строите его, в России же поборам не будет конца, к вам будут приходить снова и снова», — говорит Бариш. По ее мнению, ситуация ухудшается из-за падения качества российской судебной системы, которая не служит защитой от коррумпированных чиновников.

GfK Group — международная компания в области маркетинговых исследований со штаб-квартирой в ФРГ. Исследованием коррупции была охвачена 21 страна: Россия, Босния и Герцеговина, Болгария, Хорватия, Чехия, Эстония, Италия, Латвия, Венгрия, Нидерланды, Польша, Португалия, Австрия, Румыния, Греция, Словакия, Словения, Сербия и Черногория, Швеция, Украина и Великобритания. Эксперты GfK подсчитывали уровень коррупционного климата в обследуемых странах по четырехбалльной шкале, при этом один балл означал максимально способствующий коррупции климат, а четыре — минимальный. Баллы высчитывались на основе социологических показателей, говоривших о терпимости населения к взяткам и частоте дачи взяток в каждой из стран. Показатели в диапазоне 1,75–2,5 соответствовали значительному, а 2,5–3,25 — низкому уровню коррупции. Результаты исследования находились в диапазоне от 2,27 (Россия) до 2,68 (Швеция). Самыми близкими к российским оказались результаты Украины, Болгарии и Словакии — 2,30…

Как известно, президент России Владимир Путин говорит о разгуле коррупции в стране и необходимости противодействия ей регулярно, с момента прихода к власти в 2000 году, когда борьба с коррупцией была обозначена одной из главных задач его пребывания на президентском посту, до недавней взбучки министрам на совещании в Кремле, в ходе которого Путин констатировал «cплошную коррупцию в административном аппарате и в правоохранительных органах».

Ему вторит пропрезидентская партия «Единая Россия», которая в начале октября обнародовала  основные положения своей новой идеологической платформы. Борьба с коррупцией провозглашена функционерами партии одной из главных задач. По иронии судьбы, примерно в это же время политический оппонент ЕР — компартия, опубликовала аналитический доклад под названием "«Единая Россия» и коррупция", в котором приведена "коррупционная хроника «ЕР» как силы, способствующей росту преступности в обществе", и сделан вывод — парламентская фракция «Единой России» является политической крышей для коррупции.

И хотя очевидно, что партийные дебаты на тему коррупции с точки зрения осуществления каких-либо реальных шагов в этой сфере значат неизмеримо меньше, чем одно, сказанное в присутствии телекамер, слово президента, тенденция налицо — борьба с коррупцией вновь становится актуальной и под этим знаменем стоит ожидать громких отставок и кадровых перестановок. Однако изменит ли это ситуацию в стране в целом?  Или нынешняя  антикоррупционная риторика обусловлена лишь конъюнктурными соображениями? А Россия как была, так и будет оставаться одной из самых коррумпированных стран? Ответить на эти вопросы МиК попросил Елену Панфилову, директора российского отделения Transparency International:

- Ситуация с коррупцией в России сейчас такова, что  очень уместно будет охарактеризовать  ее так: цыплят по осени считают. И абсолютно уверенно ответить на этот вопрос — что сейчас доминирует: риторика или реальная борьба с коррупцией — я могла бы только к концу осени, к декабрю, потому что сейчас действительно параллельными направлениями развиваются два процесса. Первый — это риторическая антикоррупция, словесная, вербальная — то есть, мы видим, что  все об этом говорят, много обещают, и инициативы льются рекой: то Кудрин с подарками, то Медведев с госзакупками, то Высший арбитражный суд — с декларациями о доходах…То есть, очень много всего происходит, но это носит вербальный характер.

Параллельно же идет не очень заметное, но определенное движение, связанное с возобновлением старых коррупционных дел, вынесением приговоров по длинным коррупционным делам, разоблачением оборотней в погонах и т.д.

Однако сказать, что из однократных акций это превращается в тенденцию,  я не могу. И то, что вербальные действия по эффекту и объемам соотносятся с реальными действиями, также сказать нельзя. Мы имеем слишком  мало реального материала. Но некий процесс, очевидно, идет, и подвижки имеются. Они начались в мае чередой событий, три главных из которых — выступление президента, где он сказал, что больше терпеть разгул коррупции не будет, и довольно четко это продемонстрировал, заставив ратифицировать две антикоррупционные конвенции, которые много лет лежали в Госдуме; второй значимый момент — это отставка Устинова и его замена на Чайку; третий — реанимация дела «Трех китов» и «Гранта» и арест достаточно крупных фигур в правоохранительных органах и бизнесе.

С тех событий начались какие-то действия, и пока нельзя сказать, что они затухли, но также и нельзя сказать, что они пошли по нарастающей. Но что-то все-таки происходит, и параллельно идет риторика. И я думаю, что уже в ближайший месяц мы увидим — либо эта кампания затухнет и окажется, что все эти заявления являются очередной PR-акцией, либо мы увидим более содержательные действия и поступки, чем просто декларирование о намерении сделать что-то.

- А на Ваш взгляд, меняется ли характер коррупции в России?

Да, и об этом свидетельствуют наши рейтинги коррупции, которые  выходят ежегодно — это индекс взяткодателей с оценкой бизнеса, индекс восприятия коррупции с оценкой ситуации в стране, и антикоррупционный барометр — это оценка коррупции по секторам общества. Даты выхода очередных выпусков: первый вышел 4 октября, второй — выйдет 7 ноября, и третий — 8 или 9 декабря. Изменения в этих исследованиях основных показателей, безусловно, есть, и они зафиксированы. Но сказать, что они позитивные, я, к сожалению, не могу.

А что думает народ?

В марте 2006 года Аналитический центр Юрия Левады (Левада-Центр) провел репрезентативный опрос 1600 россиян в возрасте 18 лет и старше в 128 населенных пунктах 46 регионов страны. Статистическая погрешность подобных опросов не превышает 3%.

Приходилось ли вам в течение последних пяти лет давать где-либо взятку?

Приходилось ли вам давать где-либо взятку в течение последних 12 месяцев?

Какого размера взятку (сколько рублей) вы давали в последний раз?

Представленные данные позволяют ориентировочно оценить масштабы взяточничества в современной России. Каждому третьему взрослому россиянину приходилось когда-либо где-либо давать взятку, почти все они (28–33%) давали взятку в последние пять лет, а около половины из них или больше (15–20%) — в последние 12 месяцев. (Ввиду известной деликатности заданных вопросов, отказы от ответа, нежелание отвечать означают, чаще всего, что взятку давать приходилось: не отрицают).

Анализ распределения взяток по их размеру показал следующее.

Каждая третья взятка — это или 500 рублей, или 1000 рублей. Это самые распространенные взятки, причем одинаково распространенные. Вслед за ними, на третьем месте — взятка в 3000 рублей. (По-видимому, здесь может подразумеваться и банкнота в 100 долларов или евро). Но это уже только каждая десятая взятка.

Представление о том, какую взятку может в среднем ожидать ее средний получатель от среднего взяткодателя, дает медиана. (Медиана — это число, которое является серединой множества чисел, то есть половина чисел имеют значения большие, чем медиана, а половина чисел имеют значения меньшие, чем медиана). Медиана в нашем случае — это 1000 рублей. Взятки больше и меньше 1000 рублей встречаются примерно одинаково часто.

Реже всего взятки приходится давать в Сибири. «Никогда не приходилось» - 83%, приходилось в последние пять лет — 17%, в последние 12 месяцев — 12%. Но чем ближе к столице, тем чаще приходится давать взятки. Соответствующие цифры таковы. Уральский регион: 72–29–13. Поволжский: 68–32–20. Центральный: 57–42–25. Москва: 47–53–37. Взятки давали (и дают, надо полагать) половина всех москвичей, в последние 12 месяцев — каждый третий москвич. («Нелегалы» не учтены). Северо-Западный регион: 68–36–16. Южный регион: 60–39–26. Дальневосточный регион: 65–35–21.

Какого размера взятку (сколько рублей) вы давали в последний раз?