Какими методами пользуется власть для выявления агентов

Примерно раз в два года правящие политические силы вспоминают про закон о люстрации. Этим они достигают совсем других целей, а закон о люстрации забывают до тех пор, пока он снова им не понадобится для чьего-то устрашения. Короче, власти играют с находящимися у власти агентами в кошки-мышки.

Заявка на принятие закона о люстрации сделана и теперь. Блажен, кто верует — посмотрим, примут ли они такой закон или нечто совсем иное.

На сей раз, как заявил вице-спикер парламента Михаил Мачавариани, поскольку агенты зарубежных — в первую очередь, российских — спецслужб, в том числе тайные сотрудники КГБ советских времен, и сегодня работают в госструктурах на высоких должностях, то Комитет по обороне и безопасности, по его словам, непременно получит спецзадание подготовить соответствующий законопроект. Как сообщил Мачавариани, основой для нового законопроекта о люстрации станет документ, разработанный в парламенте много лет назад.

В период, когда комитет возглавлял Резо Адамия, этот проект, в процессе длительных консультаций и дебатов, написали юристы Мамука Кикалеишвили и Леван Алапишвили. Тогда эта тема действительно была актуальной и принять такой закон имело смысл, но, «охмурив» этим законом министров и депутатов, им подсунули множество других решений, а люстрация как была проектом, так и осталась.

Если власть и в самом деле собирается освободиться от агентов, то существующий законопроект является самой либеральной и приемлемой из моделей, уже осуществленных на постсоветском пространстве.

Модель же «очищения» от русских агентов такова: заработает специальная «комиссия по люстрации», в которую, вместе с членами парламентской группы доверия, войдут министры безопасности и юстиции. Будут также созданы «реестр добровольно сознавшихся лиц» и «реестр люстрации». Короче, эта комиссия объявит, что в двухмесячный срок в ее офис должны явиться все действующие должностные лица, а также все кадровые офицеры, которые до 1991 г. тайно сотрудничали с советскими органами безопасности, МВД и ГРУ Генштаба. Под секретными сотрудниками подразумеваются агенты, резиденты и содержатели конспиративных квартир.

Явившись в комиссию, экс-агенты и резиденты расскажут все, что им известно о своей и чужой деятельности. Разумеется, эти лица будут сразу же освобождены от занимаемых должностей, но через 5 лет они снова получат шанс войти во власть. Их занесут в «реестр добровольно сознавшихся лиц». Те же, кто был советским агентом, но не явился в комиссию по люстрации и хочет остаться при должности, смогут лицезреть себя, профиль или анфас, на первой полосе газет или на телеэкране.

В соответствии с этим законопроектом, обязательным условием для государственной службы становится специальная справка из комиссии по люстрации о том, что данное лицо не было агентом советских спецслужб. Не предъявившие такую справку лица автоматически освобождаются от работы. Предъявление такой же справки обязательно и для кандидатов в депутаты при регистрации в избирательной комиссии.

Со своей стороны, МВД, службы безопасности, разведки и охраны обязаны предъявить комиссии по люстрации все имеющиеся в их распоряжении документы, касающиеся секретной деятельности времен КГБ. По одной легенде, эти материалы сгорели при пожаре, а по другой — они якобы были вывезены русскими и хранятся в Ярославле. Третьи же утверждают, что вовсе ничего не пропало, что это слухи распространяют чекисты, а все документы хранятся в архиве. Во всяком случае, все сходятся в одном: если не все «подписки» и доносы, то уж регистрационные карточки секретных сотрудников действительно существуют в архиве нашей безопасности. Это листки, на которых указаны имя, кличка, дата вербовки данного лица и фамилия работавшего с ним чекиста. Правда, использовать этот листок в качестве окончательного доказательства нельзя. Теоретически, такой документ могли завести на кого-то совершенно напрасно. Законопроект о люстрации дает человеку право обратиться с протестом в Верховный суд. Да и нельзя обвинить кого-то в том, что он был агентом и кого-то «заложил», на основании только такой регистрационной карточки.

А вообще-то, законопроект о люстрации предоставляет бывшим агентам и нынешним должностным лицам «интересный» выход: под этот закон не подпадают те лица, которые свою агентурную деятельность советских времен продолжили уже с грузинскими спецслужбами. То есть, должностные лица могут теперь бежать в госбезопасность или МВД, — дескать, перевербуйте — писать доносы уже для них и тем самым сохранить свою должность. Естественно, никто не тронет тех агентов, которые продолжили сотрудничать с грузинскими спецслужбами сразу после 1991 г.

Было бы очень хорошо, если бы закон о люстрации действительно приняли. Неясно только одно: ведь цель этого закона в том, чтобы к власти не приходили советские агенты, и, как говорит Михаил Мачавариани (он-то знает это лучше нас), в высших эшелонах власти таких немало. Неужели для этого нужен закон — разве все и так не в их руках? Если в Грузии осталось что-то вроде архивов, то все они сейчас сосредоточены в ведомстве Вано Мерабишвили. Прежде чем вносить кого-то в депутатские списки или назначать на должность, пусть хоть раз туда заглянут, и если окажется, что это был тайный агент КГБ, пусть не ставят его рядом с собой, — и этим все решится очень просто.