Демократию надо строить по-научному

- Близится срок окончания регистрации кандидатов в президенты РК на выборах 4 декабря. Ермухамет Кабидинович, каковы, на ваш взгляд, основные особенности предвыборной гонки к настоящему моменту? Ждать ли некой принципиальной новизны в грядущей с 25 октября агитационной кампании?

- Особенность нынешней избирательной кампании, наверное, в том, что много кандидатов-самовыдвиженцев. Обычно в странах развитой демократии нет самовыдвиженцев, а есть только кандидаты от ведущих политических партий. В Америке всегда два кандидата — от республиканцев и демократов. Несколько лет назад решил вклиниться третий — миллиардер Росс Перро. Ничего путного из этого не вышло, и даже его несметные богатства не помогли. Впрочем, миллиардеры в США вообще не имеют никакой перспективы на президентство. В прошлом один из отпрысков династии Рокфеллеров неоднократно пытался пробиться наверх, но: американцы не любят соединения богатства и власти.

Возвращаясь к нашей казахстанской предвыборной ситуации, еще раз скажу, что наличие самовыдвиженцев говорит о соответствующей политической культуре, сложившейся в обществе, своеобразном партийно-политическом поле, когда восемь политических партий поддерживают и выдвигают главу государства. Обычно каждая партия борется за власть. У нас же много партий, которые поддерживают власть и реформы. В любом случае политическая легитимность главы государства не вызывает сомнений.

Политический аспект легитимности гораздо важнее, чем правовой. Под политическим аспектом я подразумеваю то, что общество должно однозначно признать законность притязаний того или иного кандидата на лидерство в государстве. Также политически легитимны Байменов и Туякбай, выдвинутые политическими партиями и объединениями. Абылкасымов также политически легитимен, он выдвинут Коммунистической народной партией. И, пожалуй, в этом же ряду Мэлс Елеусизов, давний оппонент власти, лидер экологического движения «Табигат». Ну и все, собственно. По-моему, только эта пятерка и будет представлена в избирательном бюллетене 4 декабря. Потому что кандидатам в президенты, не обладающим политической легитимностью, практически невозможно собрать 86 тысяч подписей в свою поддержку. За редким исключением.

- Много шума наделали слухи о возможном объединении Казахстана и России, которые были мгновенно увязаны с предвыборной кампанией у нас. По мнению президента российского фонда «Политика» Вячеслава Никонова, они были вброшены нашей оппозицией, чтобы «поднять националистическую оппозицию против президента Назарбаева, который якобы отказывается от собственного государственного суверенитета». Существует и другая версия — о том, что слух якобы подброшен доброхотами главы нашего государства с целью привлечения голосов русскоязычного населения страны. Что думаете?

- Версия Никонова вполне правдоподобна, если учесть тот факт, что казахи составляют приблизительно 65 процентов избирателей. Относительно русскоязычного населения я могу сказать, что подавляющее его большинство действительно намерено поддержать действующего главу государства. За то, что Казахстан — единственное государство в СНГ, где не было никаких межнациональных конфликтов. За то, что президент Назарбаев все годы независимости проводил сбалансированную, продуманную политику в области межнациональных отношений. За то, что языковая политика не стала предметом спекуляций и не привела к напряжению в обществе, как это было в Молдове, Прибалтике, частично на Украине.

Сама мысль об объединении России и Казахстана абсурдна до невозможности. Это все равно, как если бы объединились в единое государство Франция и Бельгия. Зачем, если им и так хорошо? Россия и Казахстан наладили великолепные взаимоотношения, продемонстрировали всему миру, как надо строить сотрудничество новым независимым государствам после распада СССР. Мы — за интеграцию, мы — за открытую границу, мы — за единое демократическое, экономическое и информационное пространство с Россией. Мы — за Евразийский союз по типу Европейского союза. Но возрождения Советского Союза в новом обличье не будет уже никогда. Потому что межгосударственный союз и объединение в единое государство — это разные вещи.

- На рубеже XX и XXI веков в электоральные периоды, будь то выборы парламента или президента, все более заметна ставка противоборствующих сторон на молодежь. На мой взгляд, это палка о двух концах. С одной стороны, да, за молодежью — будущее любой страны, потому и старается перетянуть на свою сторону как можно больше молодых людей любой из кандидатов. Более того, задолго до президентских выборов, например, партия «Единая Россия» создает: «Молодую гвардию» во главе с шоуменом Иваном Демидовым. С другой стороны, посмотрите, что произошло, скажем, на Украине, где молодежь сделала очень много для прихода к власти Ющенко, а сейчас находится, мягко говоря, в растерянности от контраста между словами и делами «оранжевых». В этом, думается, больше закономерности, чем парадокса, потому что любая команда на постсоветском пространстве после завоевания власти обречена на непопулярные реформы. Так было в Восточной Европе, Казахстане (одна приватизация чего стоила!), многих других странах. И надо ли в этой связи, грубо говоря, сильно заигрывать с молодежью, рискуя после выборов обрести в ее лице не сторонников, а противников?

- Ударной силой всех революций была молодежь. Революционные вожди использовали ее в основном в качестве пушечного мяса. Ленин в 1917 году, в дни октябрьского переворота, говорил, что на самые горячие и опасные участки надо бросить матросов и молодежь. Молодые люди быстро поддаются влиянию, пропаганде и агитации. У них нет жизненного опыта, зато много энергии и сил. Сталин, Гитлер, Муссолини, Мао Цзэдун делали особую ставку на молодых людей (до 30-летнего возраста) как особую социальную группу общества в укреплении своих тоталитарных систем. Надо ли заигрывать с молодежью? Риторический вопрос. Будет то, что происходило и происходит, а именно: и власть, и оппозиция будут предпринимать шаги с целью иметь молодежь в качестве своего союзника. У власти больше рычагов влияния, но оппозиция, насколько мне известно, тоже ведет активную пропаганду в молодежной среде. В конце концов, каждый гражданин Казахстана, достигший 18-летнего возраста, уже имеет право избирать главу государства. Но я бы увеличил возрастную планку хотя бы до 21-летнего возраста:

- Почему?

- Потому что пацаны и девчонки, за редким исключением, ровным счетом ничего не понимают в политике. Ли Куан Ю говорил, что взрослый 40-летний мужчина, отец двоих детей, должен иметь два, а то и три голоса в отличие от желторотого юнца, который только вступает во взрослую жизнь. Полностью разделяю это мнение.

- Пока практически вся предвыборная идеология казахстанской оппозиции строится на критике действующей власти и президента. Это общая и уже наскучивающая черта борьбы за власть любой, не только нашей, оппозиции или существуют некие другие законные и, скажем так, более интересные пути к власти?

- Оппозиция сделала ставку только на протестный электорат. Это ее ошибка, поскольку есть широкие социальные группы людей, которые либо входят в президентский электорат, либо еще не определились с выбором. А потолок протестного электората — это 25 процентов. Всего избирателей 8 миллионов 600 тысяч. Думаю, что 1 миллион 600 тысяч не придут на выборы. Это перманентно, и во всех странах от 20 до 40 процентов избирателей не ходят на выборы никогда. Остается 7 миллионов, а из них 2 миллиона 100 тысяч «протестников» — это явно недостаточно для победы, даже если все «протестники» придут на выборы, что также проблематично.

Власть же проводит политику мультипликативного эффекта в самых различных социальных группах населения, и 4 миллиона голосов действующий президент получит. Это минимум. Но можно набрать и больше, если оппозиция и дальше будет совершать ошибки и промахи.

- В недавнем интервью «Комсомольской правде» известный писатель Михаил Веллер крайне нелестно отозвался о либерализме и демократии, считая, что именно они погубили Древний Рим, губят современную Европу и могут погубить Россию. Для нее, по мнению Веллера, лучшая форма правления — конституционная диктатура. Людей, как и Веллер, ставящих крест на эффективности и перспективности либеральности и демократии, становится все больше: О чем, по-вашему, это говорит — о росте субъективного пессимизма и безысходности или нарастании неких объективных тенденций в общественном мышлении?

- Веллер — средний писатель и никудышний политолог. Можно заболеть фашизмом, сталинизмом или еще какой-нибудь идеологией тоталитаризма. Можно восхищаться даже не Сталиным, а масштабами его тирании. Но в конечном счете можно излечиться от этой болезни. Но самая «заразная болезнь» — это демократия. От нее никогда не излечишься. И власть, и оппозиция — за демократию. Между ними идет борьба за обладание брэндом под названием «демократия». Другое дело, что рецепты оппозиции могут неожиданно и быстро от демократии перейти к охлократии. Известно же, что путь от коммунизма к демократии долгий и непростой. От демократии же к коммунизму можно перейти за неделю.

- И на чем, по вашему мнению, должна концентрировать свое внимание создаваемая на базе национальной государственная комиссия по вопросам развития демократии? Каковы должны быть в ее работе пропорции внимания к политическим, экономическим, другим вопросам?

- Нацкомиссию надо преобразовать в государственный комитет по вопросам демократизации (или по строительству гражданского общества). Создать полновесное министерство в составе правительства или агентство, подчиняющееся только президенту. Надо подумать. Пора от дискуссий и обсуждений перейти к масштабной работе в стране. Демократию тоже по-научному надо строить, а не абы как, наобум, по наитию.

- В одном из недавних интервью вы упомянули о том, что многие партии и кандидаты во власть привлекают зарубежных специалистов. Насколько полезной вы считаете эту практику в условиях Казахстана? Не преувеличивается ли в последние годы на постсоветском пространстве роль политтехнологов как таковых, вне зависимости от их гражданства? Ведь в конечном счете решение о том, следовать их советам или нет, принимают все-таки заказчики — кандидаты и партии:

- Ум хорошо, а два лучше. Эта аксиома особенно верна, когда речь идет о политтехнологах в избирательных кампаниях. Есть товар — голоса избирателей. Есть продавцы — избиратели. Задача: купить этот товар, и как можно больше. Намного больше, чем твой конкурент. В бизнесе ведь не задумываются над вопросом: привлекать ли западного специалиста в области маркетинга или финансов? Если это гарантирует прибыль и успех фирме, то кадровые вопросы решаются быстро и эффективно. За лучшие умы идет борьба в бизнесе, науке, управлении, во многих других сферах. Политтехнологи в СНГ многому научились и часто берутся даже за бесперспективные проекты. Впрочем, если заказчик платит, то почему бы и нет? Говорят же — со стороны виднее. Или: большое видится на расстоянии. У зарубежного политтехнолога нет тормозов, и он, не колеблясь, будет предлагать то, что смутит отечественного имиджмейкера. В общем, нужно сочетание и того, и другого опытов.

- Сторонники одного из лидеров оппозиции Жармахана Туякбая поднимают вопрос о пересмотре результатов приватизации одной из крупных корпораций — «Казахмыс». Это далеко не первый случай, когда оппозиция настаивает на ревизии прошедшей в стране приватизации, причем частенько это делается в период предвыборных кампаний. Чего больше в такой тактике — попыток передела собственности, популизма, дилетантства?

- Это тактика. Причем не нашими оппозиционерами изобретенная. Это тактика, которая прошла апробацию на Украине. Многие тактические ходы полностью списаны с украинского сценария. Ну, например, необходимость пересмотра приватизации. 11 декабря прошлого года Ющенко, будучи кандидатом в президенты, заявил, что в стране будет проведен пересмотр результатов приватизации и начнется он с «Криворожстали». Ну отобрала новая власть этот индустриальный гигант и передала в госсобственность, сейчас выставляют на аукцион. За это время резко замедлился экономический рост, упали показатели по производству чугуна и стали, большие прорехи в госбюджете. Бывший премьер Тимошенко собиралась реприватизировать 3000 предприятий, но уже сам Ющенко выступил против, остановился на цифре 30. И недавно заявил (дословно): «Мы готовы на амнистию капитала, намерены отказаться от преследований бизнеса». А в стране между тем тяжелый социально-экономический кризис, инфляция, бегство капиталов.

Что делает наша оппозиция? Создает общественную комиссию по итогам приватизации в Казахстане. Нашли «Криворожсталь» в лице «Казахмыса». Оказывается, неправильно приватизировали, передали, понимаешь, в частные руки. Как будто не знают, что приватизация — это переход права собственности от государства в пользу частных лиц, полная или частичная продажа государственных предприятий частным лицам. Я вовсе не хочу сказать, что приватизация в Казахстане прошла безупречно. Были и негативные моменты, корыстный интерес. Почитайте материалы Верховного суда по Кажегельдину и убедитесь. Но мы провели быструю приватизацию, создали новый класс частных собственников — основную базу социальных реформ. Оппозиция не прямо, но косвенно разжигает социальную вражду и страсти на тему «кому и сколько принадлежит процентов акций». А почему они не говорят, что только в прошлом году «Казахмыс» заплатил 320 миллионов долларов налогов?! А с 1996 года счет идет на миллиарды! Хотят сформировать в общественном мнении миф, что приватизация — это плохо, не говоря, что приватизация — ядро радикальных преобразований, инструмент государственного регулирования долговременного характера.

Напомню основные цели приватизации. Экономическая — повышение эффективности хозяйствования. Фискальная — увеличение доходов бюджета за счет продажи собственности в частные руки. Социальная — обеспечение социального мира. Во время приватизации в Казахстане обязательными условиями для новых потенциальных владельцев были инвестиции, совершенствование управления, сохранение определенного уровня занятости и социального обеспечения, формирование, поддержка средних слоев.

Вот о чем надо говорить в период избирательной кампании! Это, кстати, важный элемент честных и справедливых выборов. А не обманывать народ, что если, мол, возвратим приватизированный объект в госсобственность или другому частному лицу, то все изменится к лучшему! Вранье все это.

- Сейчас практически нет людей, кто бы сомневался в победе действующего главы государства 4 декабря 2005 года. Ее очевидные плюсы — сохранение стабильности управления страной и вообще правил игры в нашем обществе на предстоящие семь лет, а также международного положения Казахстана. Но как их обеспечить и после 2012 года? Все мы помним, как в последние три-четыре года правления Бориса Ельцина регулярно муссировались слухи о его возможном преемнике, среди которых назывались Примаков, Степашин, Строев, Лебедь, Громов, Кириенко, Явлинский и другие персоны. Но действительного преемника назвал сам Борис Николаевич, с которым в итоге согласилось большинство российских избирателей. Вы допускаете подобный вариант в Казахстане? И не слабо ли вам, как человеку, умеющему в своих прогнозах рисковать, очертить круг вероятных преемников Нурсултана Абишевича в 2012 году?

- Какой риск? Да бога ради! Могу кого угодно спрогнозировать на роль преемника в 2012 году. Просто меня тема преемника сейчас абсолютно не волнует. Я вижу президента сильным и целеустремленным, уверенным и харизматичным, нацеленным на борьбу и победу. В стране сейчас много молодежи, получившей элитное образование в лучших университетах мира (многие учились по президентской программе «Болашак»). Они — грамотные специалисты, свободно владеющие казахским, русским, английским языками. Сейчас они работают в администрации президента, правительстве, областных акиматах, крупных национальных компаниях, различных бизнес-структурах. Когда Борис Ельцин победил в июне 1991 года на президентских выборах, Владимир Путин был всего лишь заместителем мэра Санкт-Петербурга. До 2012 года еще много воды утечет. Я думаю, что сам Нурсултан Назарбаев еще не знает конкретно своего преемника.