На первый - ВТОрой рассчитайсь!

Ведущие экономисты России считают, что цена вступления их страны в ВТО — потеря в 7,2 миллиарда долларов.
Своих потерь аграрии Казахстана не считают, но в том, что они неизбежны, мало кто сомневается. Что предпринять, чтобы свести их к минимуму? На этот вопрос отвечает директор Северо-Западного НПЦСХ, бывший министр сельского хозяйства Казахстана Валентин Двуреченский.

- Валентин Иванович, может быть, не так страшен черт, как его малюют?

- Давайте вспомним: в 80-х Всемирная торговая организация существовала как генеральное соглашение по тарифам и торговле. Так вот, 20 лет назад Советский Союз предпринял попытку стать участником этого соглашения, но США категорически воспротивились. Только в 1990 году СССР получил статус наблюдателя. Почему нас тогда не принимали? Косвенно на этот вопрос отвечает статистика того времени. По производству зерна на душу населения мы были на втором месте в мире после США, по картофелю, сахару, маслу животному — на первом, по производству молока — на втором после Германии, по улову рыбы — на втором после Японии. И только по производству мяса в убойном весе занимали призовое третье место после США и Германии. То есть мы были в равных весовых категориях, а кое в чем превосходили соперников.
Возьмем для примера сахар: в СССР его тогда производилось на душу населения 29 килограммов, в США — 24. И вы хотите, чтобы янки распахнули ворота своего сахарного рынка? У них сахарная программа — предмет национальной гордости и классический пример государственного протекционизма. В чем ее суть? Цены на сахар на внутреннем рынке США в два раза выше мировых, тем не менее введены жесточайшие квоты на импорт сладкого продукта. В итоге доля импорта за последние три десятилетия сократилась с 30 процентов до 3. Зато 15 тысяч производителей сахара сохраняют рабочие места для 100 тысяч американцев, а производство выросло настолько, что уже готово выйти на мировые рынки сахара. В то же время, приветствуя вступление других стран в ВТО, американцы требуют от них отмены или резкого сокращения субсидий аграриям. Их экономисты просчитали: реализация всех договоренностей в рамках ВТО даст потребителям продуктов в США около 30 миллиардов долларов ежегодной экономии.

- В таком случае что просчитывает экономическая наука Казахстана? Чего ждать от вступления в ВТО нашему сельскому хозяйству?

- Нашему аграрному сектору необходимо еще лет 5–7, чтобы адаптироваться к требованиям ВТО. В нынешнем состоянии не все отрасли сельской экономики конкурентоспособны. Возьмем молоко, производство 90 процентов которого сосредоточено на частных подворьях. Международный стандарт числа бактерий в единице объема — не более 400 тысяч. У нас — от 2 до 4 миллионов! Невозможно в антисанитарных условиях частного подворья выдержать международный стандарт — нужны современные молочно-товарные фермы. Мы на производство килограмма курятины затрачиваем 208 тенге, а США и Европа — в два раза меньше. Необходимо возрождать комбикормовую промышленность и переходить на современные технологии.
Особый разговор о зерне. США ежегодно производят его в пределах 400 миллионов тонн и перепроизводством не болеют: до 270 миллионов тонн у них идет на скармливание скоту и птице, они крупнейшие экспортеры мяса. При этом у них норма среднедушевого потребления мяса 120 килограммов в год, а у нас, где мясо — продукт национальный, втрое меньше. Между тем у нас есть аулиекольская порода мясного скота, обладающая энергией роста в полтора килограмма привеса в сутки! Американские фермеры о такой породе только мечтать могут, а мы у них мясо покупаем.
Мы можем выращивать массу культур, которые востребованы на мировых рынках, но уперлись в пшеницу. Единственное достижение в растениеводстве — научились без ошибок выговаривать слово диверсификация. Иногда я думаю: может, и в самом деле должен грянуть гром ВТО, чтобы наши мужики начали креститься?

- Хорошо, гром грянет. Перекреститься сумеем? Ведь по большому счету речь идет не только о рынке продовольствия. Вступление в ВТО предполагает открытие рынка труда, приведение тарифов к мировому уровню. А на этом уровне литр бензина стоит 1 доллар…

- Да, наши ближайшие соседи — Китай и Киргизия — уже члены этой организации. И нужно быть готовыми к наплыву дешевой рабочей силы. Но ведь рынок труда открывается и для наших граждан, многие из которых, например, имеют опыт вахтовой работы на нефтепромыслах Сибири. В последние годы их оттуда выдавили, но с вступлением России в ВТО ситуация изменится.
С другой стороны, Казахстан приступил к индустриализации экономики, громадные планы по строительству жилья и дорог — потребность в квалифицированных рабочих растет. Подчеркиваю: в квалифицированных, которых уже сегодня остро не хватает. В том числе и в сельском хозяйстве. Проблема из проблем: кому доверить посевной комплекс, оснащенный спутниковой системой контроля. А таких комплексов только в нашей области уже около двух сотен.
Мы сегодня занимаемся самообманом, считая рабочие места. Надел оранжевый жилет, взял в руки метлу — вот вам еще одно рабочее место. Считать нужно квалифицированные рабочие руки, тогда это будет означать прогресс. Тогда это будет означать высокое качество труда и соответствующую зарплату, при которой литр бензина за 1 доллар будет по карману.
А возьмем железнодорожные тарифы. Беларусь уже сегодня готова покупать наше зерно по 130 долларов за тонну на своей границе, но Россия берет с тонны по 40 долларов за перевоз. Мы разработали схему обмена нашего зерна на белорусские трактора — снова барьер на их транзит по российской территории. Эти проблемы можно будет решить через экономический суд ВТО…
Словом, есть свои плюсы, есть и минусы, но в любом случае переход на международные стандарты неизбежен. Сколько лет мы об этом говорим? А предприятия, получившие сертификаты ИСО, в Костанайской области можно пересчитать по пальцам. Да и в Казахстане их не густо. Что будут делать остальные, когда Казахстан вступит в ВТО, — вопрос риторический. Но время ответить на него еще есть…