Власти Таджикистана становятся строже к исламисткам

Власти считают женщин, вступающих в «Хизб-ут-Тахрир», марионетками в руках мужчин-участников этой запрещенной группировки, но настаивают на их тюремном заключении.

Власти Таджикистана уже выносят женщинам-членам «Хизб-ут-Тахрир» строгие тюремные приговоры, однако, пока так и не могут объяснить, что же подталкивает их к вступлению в запрещенное движение.
В конце мая в Ходженте (Согдийская область), закончилось несколько судебных процессов по делам женщин, причастных к «Хизб-ут-Тахрир». Каждая из участниц получила от 5 до 11 лет тюремного заключения.
Тем не менее, ни одной из женщин не было предъявлено каких-либо обвинений в тяжких преступлениях; самыми серьезными обвинениями были призывы к государственному перевороту, распространение пропагандистских листовок и вербовка других женщин в члены «Хизб-ут-Тахрир».
«Хизб-ут-Тахрир» («Партия освобождения») впервые появилась на Ближнем Востоке. В девяностых годах движение появилось и в Центральной Азии, в период политической неопределенности и экономического спада. Впервые партия активизировалась в Узбекистане, призывая к созданию «халифата», основанного на принципах ранних исламских государств. Тем не менее, с самого начала партия всегда исповедовала только мирные пути для достижения своей цели.
Власти всех центрально-азиатских стран обвиняют «Хизб-ут-Тахрир» в организации ряда актов насилия на территории всего региона, однако доказать все эти обвинения крайне сложно.
Но, несмотря на тысячи арестов действительных и предполагаемых членов «Хизб-ут-Тахрир» в Узбекистане, организация выжила путем создания целой структуры изолированных подпольных ячеек партии, и далее распространилась в Таджикистан, Кыргызстан и Казахстан, первоначально через узбекские меньшинства, проживающие в этих странах, а затем охватив и другие этнические группы.
Правительства стран Центральной Азии относятся с опасением к любым формам оппозиции, в особенности, если это форма политизированного ислама, предлагающего простые решения бесчисленных проблем социального и экономического характера, а также социальной изоляции, существующей в регионе. Другой причиной популярности политизированного ислама являются его корни, берущие начало от традиций, которые являются более древними, чем советский коммунизм и сменивший его неонационализм.
По словам помощника прокурора Согдийского региона Асатилло Урунова, одна из женщин, получившая 11 лет тюремного заключения, была главой женской ячейки «Хизб-ут-Тахрир», и осуждена за активное участие в распространении пропагандистских материалов.
Всего в Согдийской области с начала года по схожим обвинениям арестовали 21 женщину, девять из которых проходили в майском деле.
Урунов сообщил, что широкомасштабные аресты женщин начались только в этом году, в связи с их изменившейся ролью в партии.
"До 2006 года среди задержанных членов «„Хизб-ут-Тахрир“» женщин практически не было, — сказал Урунов, — мы не привлекали раньше их к ответственности только из-за гуманности нашего законодательства. Но, злоупотребляя этим, они активизировали свою деятельность".
Причины, подталкивающие женщин к вступлению в «Хизб-ут-Тахрир», так и не выяснены. Официальные лица выдвигают различные версии, начиная от давления со стороны родственников мужчин, финансовой выгоды, и до, как предположил один следователь, склонности к фанатизму. Но не чересчур ли упрощенными являются такие предположения?
Камнем преткновения в майском судебном процессе стал тот факт, что женщины вступали в «Хизб-ут-Тахрир» под давлением мужей, братьев и других родственников мужчин.
Судья одного из майских процессов Мархабо Турдиматова сказала IWPR: «Нам было очень больно видеть слезы мужа-коммуниста, когда его жена была осуждена за членство в экстремистской партии, где она оказалась под воздействием своего брата»
Сестра женщины, получившей 10 лет тюрьмы, на условиях анонимности рассказала, что ее заставил вступить в «Хизб-ут-Тахрир» ее муж.
«Раньше, когда она узнала, что муж проводит активную пропагандистскую деятельность, она пыталась отговорить его, но он очень сердился и даже подымал на нее руку. А потом стал заставлять сестру разносить листовки среди женщин нашей улицы. Она сопротивлялась, но он пугал ее разводом и тем, что отберет детей. Она боялась этого. Но лучше бы она не согласилась, и мы ее не уберегли, теперь вот оторвана от своих четверых детей на долгие годы, а ей всего лишь 40 лет»
Одним из способов появления женщин в «Хизб-ут-Тахрире» является вербовка членами движения. По словам прокурора, даже предполагаемая женщина-лидер ячейки присоединилась к движению «Хизб-ут-Тахрир» после встречи с другими женами во время свидания со своим мужем в тюрьме.
В стране, где безработица и бедность приняли невероятные масштабы, даже самые скромные суммы денег служат сильным убеждающим фактором. Прокуратура сообщила, что обвиняемые получали за распространение листовок до 30 американских долларов. «За выполнение разового поручения они получали среднемесячную зарплату некоторых сотрудников бюджетных организаций», — говорит представитель прокуратуры.
И все же, аргумент, что женщины начинают играть все большую роль в «Хизб-ут-Тахрир» небезоснователен. Это происходит из-за того, что множество мужчин-членов партии оказались за решеткой.
«Убедившись, что правоохранительные органы увеличили задержания среди ярых защитников из числа мужчин, они передали часть полномочий женщинам», — сказала IWPR юрист Мухаббат Джураева.
Однако, если по официальной версии женщины «Хизб-ут-Тахрира» являются всего лишь жертвами, принудительно вступившими на неверный путь, то так и остается неясным зачем властям сажать их в тюрьмы на сроки от 10 лет и более.
Похоже, что здесь власть просто берет на себя роль карателей.
Даже юрист Гульчехра Рахмонова, предоставляющая бесплатную юридическую поддержку в Согдийской области, с неприязнью относится ко всем, кто оказывается в «Хизб-ут-Тахрир», независимо от причины.
«Перед законом все равны. Нет разницы — женщина эта или мужчина. Судами учитывается лишь наличие у женщин несовершеннолетних детей. 10 лет лишения свободы — это минимальный срок наказания. Мужчинам-»тахрировцам" дают за это же преступление до 15 лет", — сказала Рахмонова, которая возглавляет региональное отделение центра юридической поддержки ИНИС.
«Лишь наказание может частично остановить их от преступлений. Они совершают преступления против государства. Не карать их, значит, признавать их деятельность».
Похоже, что люди, придерживающиеся такого мнения, просто игнорируют возможность того, что женщины могут вступать в «Хизб-ут-Тахрир» по собственному желанию из истинных религиозных побуждений, даже если они и несколько неуместны.
Предположение, что женщины, вступающие в партию необразованны и потому ими легко манипулировать, тоже отчасти можно опровергнуть имеющимися данными о том, что многие из женщин членов «Хизб-ут-Тахрир» закончили колледжи и университеты.
«Нельзя сказать, что членами партии являются необразованные люди. Среди осужденных женщин есть и с высшим образованием. Причем, их около половины. Одна, например, врач-педиатр местной поликлиники», — говорит судья Турдиматова.
"Каждый свидетель говорит о том, что женщины одевают хиджаб, пять раз в день читают намаз (молитву), приобретают у своих соратников книги и еженедельно участвуют в женских «посиделках», — говорит заместитель прокурора.
Кроме 9 человек осужденных в мае, отдельное дело было заведено еще на одну женщину, которая вступила в «Хизб-ут-Тахрир» предположительно после того, как увидела, как изменился под влиянием партии ее муж. Сестра мужа этой женщины, пожелавшая не раскрывать своего имени, сказала: "Муж моей золовки очень часто и много пил. Во время своих запоев он периодически избивал ее, семейное положение было в упадке. В 2004 году он резко изменился. Стал молиться, приносить домой деньги. Оказывается, он стал членом «Хизб-ут-Тахрир». Жена, последовав за своим мужем, так же как и он оказалась за решеткой. Она получила 10 лет лишения свободы, а ее муж 16.
Мужчина, сын которого уже отбывает срок за членство в «Хизб-ут-Тахрир», вспоминает, как его сноха также оказалась вовлеченной в движение. По его словам, ее убедили вступить: «Она закрывалась в комнате и читала какие-то книги. Постоянно встречалась с женщинами в хиджабе. Мы предупреждали ее не вступать в запрещенную партию. Она утверждала, что это — ее судьба».

Мадина Саифиддинова, северный Таджикистан.