Несостоявшиеся государства

Когда государственные институты, — в особенности, органы правопорядка и обеспечения безопасности, — перестают функционировать,  их рано или поздно заменяют внутренние или внешние экстремистские силы.  Примерами могут служить Афганистан, Ирак, Судан, Сомали… Государственные органы этих стран стали настолько недееспособными, что террористы всех мастей получили возможность проникнуть во властные структуры и пустить там глубокие корни. 
Бывший офицер разведки, а ныне сотрудник одного из мозговых центров в Вашингтоне Кэл Темпл отмечает: «Несостоявшиеся государства неизбежно становятся пристанищем террористов, потому что в них отсутствует координирующая центральная власть. В результате их социально-политические структуры разваливаются.  Слабость гражданских институтов, неучастие населения в политической жизни и фрагментация общества открывают перед террористами широкие возможности».
Авторитетный вашингтонский журнал  Foreign Policy  («Международная политика») составил индекс таких несостоявшихся государств. Помимо распада системы внутренней безопасности их отличают нелегитимность центрального правительства, общественная фрагментация, разобщенность этнических и религиозных групп, отсутствие экономических свобод и прав человека. 
«Сомали — классический пример страны с недееспособной системой власти, — говорит сотрудник журнала Дэвид Боско. — Законное правительство реально контролировало только один город, остальные части страны находились в руках различных вооруженных формирований. Другая африканская страна, Судан, не укладывается в классическую норму несостоявшегося государства, но там сейчас бушует гражданская война, и правительство не в состоянии обеспечить неприкосновенность границ».
В списке журнала Foreign Policy Судан стоит на первом месте; за ним идут Демократическая республика Конго, Чад и Ирак. Афганистан занимает десятое место, но о нем следует сказать особо.
Теракты 11 сентября ярко проиллюстрировали опасность, исходящую от несостоявшихся стран. Организаторы  нападений на Нью-Йорк и Вашингтон, принадлежали к «Аль-Кайде», которая свободно орудовала в Афганистане, после того как талибы захватили там власть в 1989 году. По словам Джеймса Доббинса из института РЭНД,  «в конечном итоге Афганистан во всех отношениях, в том числе экономическом, поддерживался международными террористами».
Кэл Темпл отмечает, что американская интервенция в Афганистан вписала новую страницу в историю международных отношений: «Дипломатия и экономическая помощь представляют собой  традиционные формы поддержки правительства, попавшего в кризис или борющегося с терроризмом. Но если дипломатия и экономическая помощь не приносят желаемого эффекта, возникает необходимость прибегать к силовым методам».
Администрация Буша, обосновывая интервенцию в Ирак, ссылалась, среди прочего, на связи режима Саддама Хусейна с «Аль-Кайдой». Но если эти связи и не были доказаны, то не подлежит сомнению, что после свержения Саддама «Аль-Кайда» действительно обосновалась в Ираке. Ее действиями  руководил иорданец  Абу Мусаба аз-Заркауи, который был ликвидирован в июне этого года.
И в Ираке, и в Афганистане коалиция во главе с США создает новые силовые структуры. Бывший сотрудник американских спецслужб Пол Пиллар, сейчас преподаватель Джорджтаунского университета в Вашингтоне, подчеркивает важность этих мероприятий: «Нам необходимо предоставить властным структурам во всем мире сильную поддержку. Без этого нельзя рассчитывать на сохранение их дееспособности».
Противодействие попыткам террористов укорениться в несостоявшихся государствах требует заботы не только о внутренней безопасности. Аналитики в один голос говорят, для этого нужна также социально ответственная экономика, дающая людям шанс на достойную жизнь. Чем выше надежда людей на материальное благополучие,  тем меньше шансов, что они обратятся к экстремизму.
Теракты 11 сентября со всей определенностью показали, что международное сообщество не может игнорировать несостоявшиеся государства и должно быть готово нести реальные жертвы для исправления ситуации. 

Джеффри Янг