На протяжении многих столетий Месопотамия, по которой проходила граница между Османской империей и Персией, между арабами и персами, между суннитами и шиитами, являлась ареной ожесточенной военной и политической конфронтации. В 1932 г., после получения Ираком независимости, власть в стране оказалась в руках арабов-суннитов, которые удерживали ее при всех сменявших друг друга режимах вплоть до американской оккупации в 2003 г. При этом вражда между арабами-суннитами, с одной стороны, и шиитами и курдами — с другой, продолжала оставаться одним из основных факторов, предопределявших развитие внутриполитической обстановки в стране. Особенно острый характер этот конфликт приобрел после победы «исламской революции» в Иране, когда поддержка Тегераном иракских шиитов стала одной из причин нападения Ирака на ИРИ в сентябре 1980 г.
В марте 1991 г., после поражения Ирака в войне за освобождение Кувейта, шииты подняли восстание и захватили обширную территорию от Басры до Хиллы — города, расположенного в 100 км к югу от Багдада. Восстание было спровоцировано обращением президента США Дж. Буша к иракскому народу с призывом свергнуть режим президента С. Хусейна. При этом американцы, плохо разбиравшиеся в ситуации в стране, надеялись, что к власти в Багдаде придут при их поддержке неизвестно откуда взявшиеся «демократические силы». Реальность оказалась совсем иной: возникла угроза образования в южном Ираке «исламской республики» хомейнистского образца. В результате в Вашингтоне решили не вмешиваться в происходящее, позволив С. Хусейну беспощадно подавить мятеж шиитов. При этом восставших в то же время курдов американцы на произвол судьбы не бросили, введя в апреле 1991 г. в северный Ирак свои войска и создав там «зону безопасности»(1).
В конце 70-х — начале 80-х гг. обострилась обстановка и в Саудовской Аравии, где происходили массовые антиправительственные выступления шиитов(2). Однако принятые властями меры по снятию социальной напряженности в Эль-Хассе (где проживает большинство шиитского населения КСА) позволили нормализовать ситуацию(3).
В Ливане шииты не принимали активного участия в гражданской войне за исключением периода с мая 1986 г. по январь 1988 г., когда группировка «Отряды исламского сопротивления» (АМАЛЬ) вела ожесточенную борьбу с палестинцами за контроль над лагерями беженцев в Бейруте, Тире и Сайде(4). В то же время шииты проводили эффективные боевые операции против находившихся в стране в 1982–1984 гг. Многонациональных сил и против оккупировавших юг Ливана израильтян.
Качественно новый виток шиитско-суннитской конфронтации начался после того, как Ирак заняли американские войска. Сформированная в стране политическая система, основанная на механическом перенесении на иракскую почву принципов западной демократии, позволила шиитам, составляющим более 60% населения, занять господствующие позиции на политической арене: в избранном в январе 2005 г. парламенте Объединенный иракский альянс, в котором доминируют шиитские партии, получил 140 мест из 275.
Вместе с тем социально, политически и идеологически иракские шииты неоднородны. Среди них есть небольшая по численности группа, придерживающаяся секуляристских воззрений. В парламенте ее представители входят во фракцию Иракский список, возглавляемую шиитом А. Алауи.
Крупнейшими шиитскими политическими организациями являются Высший совет исламской революции в Ираке и «Даава», выступающие с исламистских позиций, а в политическом плане следующие умеренному курсу. Их духовным лидером считается великий аятолла А. ас-Систани, а блок шиитских партий в парламенте возглавляет А. А. аль-Хаким. Умеренные исходят из того, что следует дать возможность американцам подавить вооруженное сопротивление, сформировать с их помощью силы безопасности и армию, способные эффективно контролировать обстановку в стране, а затем — после вывода войск коалиции — политическим путем, опираясь на численное превосходство шиитов, добиться превращения Ирака в «исламскую республику». Такая линия пользуется поддержкой старшего поколения клерикалов, призывающих шиитов набраться терпения и шаг за шагом добиваться упрочения своих позиций (5). Таким образом, американцы, свергнув С. Хусейна, повторно наступили в Ираке на «шиитские грабли», сами подготовив почву для прихода фундаменталистов к власти в Багдаде.
Экстремистской шиитской группировкой является «Армия Махди», насчитывающая 10 тыс. боевиков и возглавляемая М. ас-Садром. «Махдисты» требуют вывода из страны до конца 2007 г. войск коалиции, совершают нападения на американцев и иракские силы безопасности, устраивают террористические акты против суннитов. В 2004 г. М. ас-Садр дважды поднимал вооруженные восстания. Его организация несет основную ответственность за разгром 90 суннитских храмов в ходе так называемой войны мечетей. В стратегическом отношении цель «махдистов» совпадает с целью умеренных исламистов — превратить Ирак в теократическое государство иранского образца. Но при этом они предпочитают действовать силовыми методами, считая их единственно эффективными. В социальном плане «Армия Махди» опирается на обездоленную шиитскую молодежь(6).
События в Ираке с обеспокоенностью воспринимаются в Саудовской Аравии, где шииты составляют 10% населения(7). Однако единого подхода в отношении к складывающейся ситуации в Эр-Рияде нет. Часть религиозных деятелей убеждены, что в отношении шиитов, представляющих «пятую колонну врагов подлинного ислама», следует придерживаться максимально жесткого курса. В то же время большинство саудовских улемов полагают, что с шиитами надо налаживать взаимопонимание, поскольку главное сейчас для мусульман — сплотить свои ряды, опираясь на ислам как основу уммы, оставив в стороне споры о юридических разночтениях и забыв об исторических обидах.
В Ливане также налицо укрепление позиций шиитов, составляющих 35% населения(8), и прежде всего «Хизбаллы», ставшей для ливанцев своего рода символом способности арабов успешно противостоять Израилю.
Но при всем этом основным фактором, определяющим ситуацию в шиитско-суннитских отношениях, в Ближневосточном регионе остается и будет оставаться развитие обстановки в Ираке. Можно предположить, что казнь С. Хусейна, совершенная к тому же в главный мусульманский праздник — Ид аль-Адха, еще более усилит озлобленность суннитов и повлечет за собой дальнейшее нарастание религиозной конфронтации. Не исключено, впрочем, что именно в этом состояла цель тех, кто выбирал дату казни бывшего президента Ирака.
1. R. Hilsman. George Bush vs Saddam Hussein: Military Success! Political Failure? Novato (CA), 1992, p.133–139.
2. Арабский сборник. М., 2000, с. 56.
3. Там же.
4. The Europa World Year Book. 1995, vol. II. L.,1995, p.1856–1857.
5. Аль-Вифак аль-араби, 2003, № 54, с. 11.
6. Там же.
7. Страны мира: Справочник. М., 1999, с. 361.
8. Political Encyclopedia of the Middle East. Jerusalem, 1999, p. 467.
А. Б. Подцероб
