Цена запроса

Если зимой для пушкинских крестьян наступает время не вполне обоснованного торжества, то для студентов — абсолютно обоснованной тоски. Пропущенные занятия остались в далеком прошлом, а в суровом настоящем наступила сессия. Да-да, тот самый период беготни, уговоров, истерик — настоящих и не очень, ну и, разумеется, финансовых затрат. Последний пункт особенно актуален для тех студентов, которые проблему «как сдать?» привыкли решать с помощью простого вопроса — «сколько?».
Спрос, как известно, рождает предложение. Эта прописная экономическая истина в полной мере характеризует ситуацию, сложившуюся в вузах Казахстана. Студенты платят, а сотрудники университетов предлагают. Причем отнюдь не дополнительные предметы или методическую литературу, а вещи куда более приземленные: «развод» сессии, коррекцию экзаменационных ведомостей, написание курсовых работ. Но обо всем по порядку.

Эпизод первый. Оптимистичный

Ирина Сорокина (имя и фамилия изменены) — студентка-третьекурсница элитного казахстанского вуза. Девушка учится по кредитной системе, заимствованной у Запада и введенной в Казахстане несколько лет назад. Советских зачетов у «кредитников» нет, их заменили «рубежные контроли», которые выставляются через семь недель обучения (в одном семестре, как правило, два рубежных контроля). Балл, полученный студентом за «рубежку», складывается из посещения занятий, ответов на семинарах, а также количества сданных работ. От него во многом зависит конечная оценка, выставляемая студенту, поэтому-то нынешние «грызуны» науки больше боятся злосчастных «рубежек», нежели самих экзаменов.
- Когда мы поступили на первый курс, кредитную систему как раз только ввели, и никто толком не знал, как можно «разводить» сессию, — рассказывает Ирина. — Но сейчас механизмы наладились. В сентябре я устроилась на работу и на занятия не ходила. Потом обратилась за помощью к нужным людям и в общей сложности отдала за рубежные контроли 24 тысячи тенге. Экзамены пытаюсь сдавать сама.
«Нужные люди» — это приятные тетеньки, которые есть практически на каждом факультете любого вуза. Как правило, они младшие сотрудники деканатов, знают всех преподавателей и вхожи во все кабинеты. Обычно в суммы, которые они запрашивают со студентов, включаются и их услуги (от тысячи тенге и более — кто во сколько себя оценивает). В колледжах попроще — цены пониже (если хорошо постараться, сессию можно «закрыть» и за 15 тысяч, в регионах эта сумма и вовсе снижается до 5 тысяч); в тех университетах, которые имеют какой-никакой статус, ставки, соответственно, выше — от 30 тысяч тенге и более.
Кстати, нельзя не отметить, что кредитная система стала еще одним неплохим способом заработка для не совсем честных преподавателей. Если раньше студенты платили либо за зачет, либо за экзамен, то теперь им приходится раскошеливаться и за «рубежки», и за экзамены. Рыночные отношения, ничего не поделаешь…

Эпизод второй. Пессимистичный

Свою первую сессию Индира Ахметова до сих пор вспоминает со слезами на глазах. Вчерашняя школьница-отличница без труда справлялась и с программой университета. Первых экзаменов ждала больше с любопытством, нежели со страхом. Да только под Новый год преподаватель казахского языка преподнесла девушке совсем не праздничный сюрприз. На последнем занятии умудренная педагогическим опытом женщина объявила студентам всей группы, что на экзамен каждый из них должен прийти не со светлой головой и зазубренными правилами, а с 5 тысячами тенге в кармане. Для приехавшей из Шымкента девушки, чьи родители давно вышли на пенсию, сумма, запрошенная преподавателем, была просто астрономической. А еще не давала покоя мысль, что ей, отлично владеющей языком, придется платить за преподавательский «автограф». Расставшись с большей частью стипендии и заняв деньги на билет, Индира поехала домой. Встречать первые студенческие каникулы.
- Система образования коррумпирована снизу доверху, — отмечает Ирина Медникова, директор Молодежной информационной службы Казахстана. — И процесс борьбы со взяточничеством будет очень долгим и болезненным. Нужно работать и с преподавателями, и со студентами. Молодые люди должны поменять свое мировоззрение, а кроме того, стране просто необходимо повысить мотивацию преподавателей.
Под «повышением мотивации» у нас принято понимать повышение заработной платы. И это вполне логично. Для того же Алматы зарплата преподавателя 30–40 тысяч тенге — более чем скромная. Вот и приходится педагогам изыскивать дополнительные источники заработка. Кстати, справедливости ради надо отметить, что не все преподаватели промышляют только «сбором дани». Многие пишут по заказу своих же студентов рефераты (их стоимость в зависимости от сложности варьируется от 500 до 1500 тенге), курсовые работы (от тысячи и выше), дипломы (от 50 тысяч).

Эпизод третий. Заключительный

Конечно, все это могло бы быть очень смешно, если бы не было так грустно. У нас, видно, менталитет такой. В университете молодые люди «разводят» сессии, после — «покупают» рабочие места, дальше — «улаживают» возникшие проблемы с госорганами. И если в управлениях, департаментах и прочих ведомствах страны антикоррупционная борьба идет полным ходом, то учреждений высшего образования она практически не касается. Причина банальна: ни один студент никогда не признается, кому, когда и, главное, сколько он заплатил за успешную сдачу сессии. О вымогательствах со стороны преподавателей тоже вряд ли кто-то бросится кричать — диплом дороже.
За эту проблему пробовали взяться общественники, да только дальше выпуска рекламных роликов и проведения пресс-конференций дело не пошло. В Государственном фонде развития молодежной политики о коррупции в вузах тоже наслышаны, но как с ней бороться — не знают. И не они одни. Бывший министр образования и науки госпожа Айтимова неоднократно говорила о том, что собирается объявить войну взяточничеству. Видимо, не успела. Теперь продолжить «боевые действия» предстоит новому министру — Жансеиту Туйменбаеву.

София Сон, фото Сергея Ходанова, Алматы