Россия и Казахстан выходят на предвыборную прямую

На первый взгляд это заявление выглядит парадоксально. Если для России «проблема-2008» действительно приобретает все большую актуальность, то казахстанская правящая элита успешно миновала избирательный отрезок 2004–2005 гг. и могла бы взять политическую паузу. Но это спокойствие обманчиво. И главным нарушителем спокойствия, судя по всему, является сам Нурсултан Назарбаев. Напомним, что одним из первых заявлений вновь избранного Президента РК было обещание скорейшего перехода страны от реформ экономических к политическим преобразованиям. Перечень актуальных реформ был неоднократно озвучен на заседаниях Комиссии по демократизации, и за прошедший год его можно было выучить практически наизусть: расширение полномочий Мажилиса, увеличение числа депутатов парламента, переход к выборам по партийным спискам, выборность акимов. Впрочем, разговоры о конституционной реформе шли уже не первый год.
Скептики полагали, что все благие пожелания Комиссии долгое время будут оставаться предметом теоретических изысканий и кабинетных дискуссий. Однако мнение оптимистов — реформа не за горами, оказалось явно ближе к истине. В политической тусовке Казахстана все активнее идут разговоры о наступлении часа Х, когда Президент объявит о масштабных политических реформах как о свершившемся факте. Очевидно, что если слухи обретут реальность, то неизбежны досрочные парламентские выборы по новым правилам, т.е. по партийным спискам. Осведомленные люди называют наиболее реальные сроки проведения выборов в Мажилис — конец 2007 или начало 2008 года.
Примечательно, что и российские и казахстанские власти в канун выборов занимаются примерно одним и тем же, пытаясь придать партийным системам РК и РФ большую устойчивость. Набор технологий политконструирования стандартен и крайне скуден. Из серии — власть должна опираться на две ноги (правую и левую). В России к «опорной» «Единой России» добавилась «социально ориентированная» партия господина Миронова. В Казахстане на смену сложной конструкции «Отан»-"Асар" пришел Единый «Нур Отан», а на роль «дополнительной» ноги претендентов несколько, но наиболее реальными шансами обладают «Ак жол» Алихана Байменова и объединенные социал-демократы Ж.Туякбая. «Настоящий Ак жол» при таких раскладах может окончательно оказаться за бортом политической истории РК. Контуры политического будущего страны четко обозначил сам Президент, проведя образцово-показательное совещание с членами фракции «Нур Отан» по кандидатуре нового премьера. Отановские босы были преисполнены законной гордости, вспомнив свои пророческие заявления образца 2004 года по поводу возможного участия победившей на выборах партии в распределении министерских постов. Ну, а для Нурсултана Назарбаева эта показательная акция была вроде как мастер-класс для казахстанской элиты. Из серии: мы будем жить теперь по-новому.
Исход парламентских выборов в РК и РФ абсолютно очевиден уже сейчас и нет никаких оснований предполагать, что картина расклада политических сил может измениться кардинальным образом. Партии власти побеждают за явным преимуществом, в парламенты двух стран будут допущены только «проверенные» оппозиционные партии. Причем в России критерий допуска представляется более жестким, чем в РК. Для казахстанской оппозиции вполне достаточным условием лояльности будет отсутствие прямых выпадов в адрес Первого лица. Алихан Байменов этому критерию соответствует, судя по регистрации ОСДП, Жармахан Туякбай также сделал надлежащие выводы.
Российской виртуальной оппозиции сложнее получить «коды доступа», поскольку на разных этажах Кремля продвигают альтернативные проекты раскрутки «правильных» борцов за «народное счастье». Пока не ясно кому из кандидатов на эту почетную роль улыбнется Фортуна.
Исполнительная власть в предвыборный период должна заниматься только одним делом — избегать резких движений, руководствуясь чисто врачебным принципом: не навреди! Российский премьер уже давно трудится на этой ниве, теперь настал черед смены декораций на казахстанском политическом Олимпе. Хотя Карим Масимов и числится в команде Тимура Кулибаева, сам этот факт вовсе не свидетельствует о силе нового главы кабинета. Недружественные среднему зятю Президента СМИ уже оповестили мир о недостатках господина Масимова — уйгур, слабое знание родного языка итд. Эпическая история о срыве селекторного совещания с регионами подтверждает мнение местных экспертов: слишком многие жаждут превращения Масимова в «хромую утку». Тут, конечно, не до самостоятельных политических игр.
Зато региональные элиты стремятся закрепить за собой как можно больше политических и финансовых преференций. Предвыборные периоды, в прежние времена, заставляли центральную власть договариваться с регионами, поскольку обеспечить нужный результат без поддержки местных элит было практически невозможно. Перспектива перехода к выборам по партийным спискам может положительно сказаться на ограничении явно возросших аппетитов региональных властей. Но, это в теории. А на практике, несмотря на многолетние усилия по ограничению «местничества», покончить с трайбализмом в самых различных формах его проявления казахстанским властям так и не удалось. Поэтому нельзя исключить вероятность того, что и при новой системе формирования Мажилиса региональное лобби будет достаточно влиятельным.
Собственно говоря, власти России и Казахстана уже сейчас сделали все возможное, для того, чтобы ближайший электоральный цикл завершился с наименьшими потерями и потрясениями. Для правящих элит конечно. Но, судя по некоторой нервозности, опасения все же остаются. Казахстанская и российская элиты ждут и никак не дождутся момента объявления наследника. Это многих сильно нервирует. Появляется желание упрочить собственные позиции с прицелом на будущее, ослабить своих потенциальных конкурентов. Каждый неверный шаг соперника сразу же транслируется через подконтрольные СМИ. Отсюда, кстати, невиданная активизация в медийном пространстве некоторых казахстанских политиков, которых прежде чтили как «серых кардиналов». Конфликт в Нурбанке и его информационное сопровождение можно изучать как учебную модель по черному пиару. И это ведь только начало
Конституционная реформа в Казахстане предшествует процедуре передачи власти именно потому, что практически невозможно передать новому лидеру страны тот механизм управления, который использовал на протяжении пятнадцать лет Нурсултан Назарбаев. Моноцентризм президентской республики, вероятно, близится к концу. Преемник, во всяком случае первоначально, окажется слабее Первого Президента и будет вынужден поделиться частью своих полномочий с представителями других ФПГ и только в этом случае будет принят в качестве нового лидера государства. Традиционная система сдержек и противовесов «по-назарбаевски» из коридоров власти будет перенесена в публичную политику. Но разбирая подобную схему, необходимо учитывать главное, до сих пор остающееся в силе обстоятельство, а именно — оснований выбирать, либо открыто тренировать преемника, у Назарбаева, на сегодняшний день, нет. В этом сходство путинской и назарбаевской модели принятия решений. Определенные перемены, о чем мы говорили выше, не лишены смысла, но не более того. В Казахстане зреет народное недовольство? Отнюдь. Назарбаев уйдет с политического олимпа до 2012 года? Дай бог ему здоровья, да и зачем ему такие эксперименты. Запад этого не требует. Реального давления оппозиции не существует. Группы влияния внутри, уравновешенны. Вопрос эволюции казахстанской политической системы находится в перспективе нескольких лет.
Так в чем сходство с Россией? Сходство в том, что все решается в последний момент.
В Кремле, кажется уже наступили все крайние сроки определится. Политические куранты в отличие от казахстанского времени показывают без пяти полночь — остается ровно один год, одна проблема накрывает другую. А что отвечает Путин? Ждите. Все в рамках предвыборной программы. Значит, реальный разговор о преемнике начнется только в декабре, за три месяца до выборов. Раньше времени Путин на этот вираж не выйдет. Также раньше времени на этот вопрос не выйдет и Назарбаев. Ясно, что все заинтересованные круги, включая СМИ и население могут гадать, строить версии, но этой «политикой» можно играть только в масштабах своего «загончика», то есть в пределах популярных изданий и круга политологов. Как получилось в России: населению сказали — вот вам два вице-премьера, к ним прицепилось определение «преемник», а дальше — тасуйте, играйте. Поэтому как этот переход будет реализован в российской, равно и казахстанской действительности — остается загадкой.
Хотя одно обстоятельство уже очевидно. Покидая президентский пост В. Путин, вряд ли оставит страну без надлежащего присмотра. В каком качестве? Это уже не столь важно. Важно, что его наследник будет просто обязан «сверять часы» по ключевым вопросам жизни «корпорации Россия» с духовным лидером и наставником.
Не так ли произойдет в Казахстане?
Мы конечно разные, социальные ритмы не совпадают, но политические модели во многом весьма похожи.

Алексей Власов, Александр Караваев