Грузия: лидеры оппозиции недовольны недостатком прозрачности в процессе приватизации

Лидеры оппозиции выражают недовольство, что процессу приватизации в Грузии по-прежнему недостает прозрачности. Как утверждают критики грузинского правительства, недавняя приватизация энергораспределительной сети еще раз подчеркнула отсутствие ясности в этом вопросе.
5 февраля, почти через девять месяцев после официально выигранного ею тендера на приватизацию главной энергораспределительной компании и ряда гидроэлектростанций Грузии, чешская компания Energy-Pro подписала с грузинским правительством контракт, обеспечивающий ей контроль над большей частью энергораспределительной сети страны.
По результатам состоявшегося в июне аукциона, Energy-Pro предложила за эти объекты цену в 312 млн. долларов США. Однако спустя пять месяцев после того, как аукцион был официально закрыт, а победитель объявлен, правительство еще не подписало контракт с Energy-Pro. Несмотря на упорные — и неподтвержденные — слухи о том, что Energy-Pro финансирует какой-то русский инвестор, правительство не предпринимало шагов, чтобы пролить свет на эту ситуацию.
Масла в огонь подлил тот факт, что, к моменту объявления о заключении окончательной сделки на этой неделе, Energy-Pro была согласна выплатить правительству за энергораспределительную компанию и гидроэлектростанции лишь 132 млн. долларов. Правительство объяснило это расхождение, указав, что вместе с договором купли-продажи компания подписала еще и инвестиционный договор на сумму в 285 млн. долларов. Хотя в сумме это и превышает изначально предложенную цену, правительство все же получает за эти энергетические объекты меньше, чем Energy-Pro обещала заплатить по условиям своей первоначальной заявки.
Как отметил лидер Республиканской партии Давид Усупашвили, если результаты ранее проведенного аукциона не были аннулированы, то непонятно, почему правительство позволило компании не выполнить свои изначальные тендерные обязательства.
«Что произошло с этой приватизацией…что происходило в течение всех этих месяцев?» — задает он вопрос. «Какой пример подают такого рода сделки…компаниям, которые в будущем захотят что-либо приватизировать и принять участие в других тендерах? Это смешно».
Георгий Исакадзе, исполнительный директор Федерации бизнесменов Грузии, также считает, что проблемы, связанные с соблюдением прав собственности, отражаются в том, как правительство проводит процесс приватизации. «Основной ошибкой, которую в данный момент совершает правительство, является то, что оно не пользуется законными путями…что вредит его имиджу. У них в руках все юридические механизмы, — сказал Исакадзе, отметив, что, хотя судебный процесс и занимает больше времени, его результаты больше устроят всех.
»Были прозрачные случаи, но был и ряд процессов, где очень много вопросов оставалось без ответов, — сказал далее он. — Правительству лучше дать ответы [на эти вопросы] и сделать процесс прозрачным".
Приватизационная сделка с компанией Energy-Pro — не первая проблемная сделка. Приватизация в январе 2005 года нефтяного терминала Батуми — один из первых случаев масштабной приватизации в стране — повторялась много раз без особых объяснений.
По словам Исакадзе, горнодобывающий комплекс в Чиатуре на западе Грузии стал еще одним случаем многократной приватизации с непрозрачным исходом. В 2005 году российская компания «Евразхолдинг» выиграла права на эту компанию в результате приватизации, перешедшей в процедуру банкротства. Однако несколько недель спустя компания без объяснения причин отказалась от сделки, оставив Грузии задаток в размере 20 млн. долларов США.
Подобные вопросы возникают и вокруг продажи металлургического завода в Рустави — обширного промышленного комплекса советских времен, который годами медленно умирал и ржавел, находясь на грани полного разрушения. Он был внесен в списки приватизации летом 2005 года. Однако, после того, как несколько компаний проявили интерес к этому объекту собственности, приватизационный механизм был изменен на банкротство — процесс, осуществленный управляющим по банкротству, а не самим государством.
По имеющимся сведениям, завод в Рустави приватизировался по меньшей мере два раза, и теперь оба объявленных владельца предъявляют права на собственность. Утверждается, что в 2003 году президентским указом почти 100 процентов этой собственности было передано итальянскому инвестору, компании Metal-Geo.
С тех пор этот комплекс преподносится как пример потенциала приватизационной кампании Грузии. Оффшорная компания Energy and Industrial Complex, приобретшая большую часть этого объекта на аукционе обанкротившихся компаний, организовала по случаю открытия в ноябре 2006 года большое мероприятие, на котором присутствовал президент Саакашвили, который и объявил завод открытым.
Однако, в телефонном интервью EurasiaNet в январе 2007 года Петре Маруашвили, глава администрации завода в Рустави, подтвердил слухи о том, что завод до сих пор ожидает «прихода» финансирования, и сказал, что еще «слишком рано» говорить об успехах завода и его проектах.
Зураб Меликишвили, губернатор Квемо-Картлинской области, где расположен этот завод, сообщил EurasiaNet, что сейчас завод производит лишь электронагревательные приборы и трубы, и что весь завод, возможно, начнет работать не раньше 2008 года.
Пока же споры, омрачающие процесс приватизации в Грузии, похоже, не сказались на интересе к нему зарубежных инвесторов. По словам Исакадзе, несмотря испытываемую им обеспокоенность в связи с недостатком прозрачности в ходе приватизации, он не заметил серьезного беспокойства среди инвесторов. Согласно последним данным МВФ и Всемирного банка, в 2006 году Грузия получила зарубежных инвестиций на сумму в 1 млрд. долларов США — почти вдвое больше ожидаемого.

Молли Корсо, внештатный журналист и фоторепортер в Тбилиси.